— У него своих дел выше крыши, этим трупом он точно заниматься особо не станет. Я хоть и недавно работаю, а такие вещи определять уже научилась.

— А я буду?

— Не знаю. Но мне кажется, что да. У тебя блеск в глазах есть, ты, в отличие от Семенова, эту женщину со счетов сразу не спишешь и по дружбе станешь меня в курсе дела держать. А я, если что, тебе запросы какие надо подмахну и, если все совсем кисло сложится, с «отказным» прикрою. Договор?

— Договор. — Ровнин пожал крепкую и на этот раз теплую руку Куваевой. — Держи карточку.

— Только нам еще разок надо будет встретиться, — добавила Анфиса, убирая визитку в сумочку, — протокол подписать. Завтра-послезавтра созвонимся, договоримся и пересечемся. Ладно?

— Ладно, — снова согласился Олег, в душе восхищаясь старым и мудрым экспертом Гофманом. — И свой телефон оставь тогда.

— У меня визитки нет, — вздохнула девушка, туша сигарету об урну, — не положена пока. Так записывай.

В результате вся эта история, заметим, довольно кровавая и грустная по своей сути, да еще и сулящая потенциальные немалые хлопоты в будущем, перекрыла собой воспоминания о крайне неудачном начале дня, и к конечной точке своего пути Олег прибыл, если можно так сказать, обнулившимся.

А таковой являлась сравнительно недавно открывшаяся в Измайлово, но уже набравшая популярность среди местного населения чайхана под названием «Шеш-беш».

Глава 5

Газван абу Джарван, здоровяк в пестром шелковом халате, с иссиня-черной бородой и глазами чуть навыкат, в тот момент, когда Ровнин зашел к нему, точно нарочно полностью оправдывал название своего заведения. Сидя в отделенном от общего зала кабинете, он полулежал на подушках, разложенных прямо на полу, и играл в нарды с управляющим.

— Джеар-шеш, — с довольным видом сообщил он противнику, метнув кости. — Ха! Еще немножко, и ты еще одну неделю станешь на меня бесплатно работать!

— Ваша удача велика, хозяин, — печально отозвался невысокий узбек, которого звали Турсун. — Как и всегда!

— Ладно, не грусти, — расхохотался хозяин кафе, отчего его объемистое брюхо заколыхалось. — Удача хороша, когда ей делишься. Прощаю тебе проигрыш!

— Мое почтение, Газван, — поприветствовал любителя нардов Ровнин. — Все ли хорошо в твоем доме? Не посетила ли его беда?

— Олег Георгиевич! — радостно пробасил здоровяк, несмотря на тучность, легко поднимаясь с подушек. — Рад тебя видеть, дорогой мой!

Само собой, он заметил оперативника еще в тот момент, когда тот только появился в дверях, но для абу Джарвана внешняя сторона вопроса, особенно такого серьезного, как проявление уважения, всегда была важнее реального положения дел.

Штука в том, что Газван по сути своей был дэв, причем не абы какой, а очень непростой. С его слов, род он вел от мазандеранских дэвов, на заре времен созданных богом Ариманом. Ровнин понятия не имел, кто такие мазандеранцы (или мазандеране), но зато при случае выяснил, чем таким прославилось произведшее их на свет божество. Оказалось, что Ариман являлся сущностью непростой и сильно недоброй, по версии зороастрийцев он был чуть ли не посланником смерти, но при этом, как случается с древними богами, существом весьма справедливым и очень ответственно относящимся к вопросам соподчинения и глубокого уважения. Само собой, абу Джарван не мог игнорировать требования своего прародителя, потому из любого события, будь то наказание провинившихся, поощрение отличившихся или же визит Ровнина, он создавал маленький спектакль. Олега такой подход к делу немного забавлял, но, с другой стороны, чем бы дитё ни тешилось, лишь бы по обоюдному согласию.

Плюс ко всему, несмотря на свое непомерное тщеславие и любовь к театральности, Газван являлся личностью крайне хваткой, расчетливой, отважной и, что скрывать, безжалостной. С теми, кто пытался его обмануть или запугать, он расправлялся жестоко и кроваво, в стиле своей родины, которой, опять-таки с его слов, являлась граница между Туркменистаном и Ираном. Ну а тот факт, что в обоих этих государствах с незапамятных времен придумано множество самых разных способов наказания преступников всех мастей, является общеизвестным.

Впрочем, ни одной претензии за последние три года ни Морозов, ни его коллеги абу Джарвану не предъявили, поскольку всякий раз пострадавшие либо не являлись людьми и потому не подпадали под юрисдикцию отдела, либо лишались жизни исключительно по своей собственной инициативе. Ну не вменять же дэву в вину то, что он прикончил пяток залетных бандитов, сначала обстрелявших в ночи из калашей его кафе, а потом собравшихся его подпалить? Тут он в полном праве, поскольку защищает свой дом и свое дело.

Да и вообще из многочисленных соискателей легкого столичного счастья, которых в Москву из разных городов и весей за последние годы пожаловало немало, Газван, пожалуй, добился самого большого успеха.

Прибыв в город под самый занавес двадцатого века, невероятно деятельный дэв развил огромную активность, и если миллениум он встречал в маленькой комнатушке, находящейся в одном из общежитий, битком набитым смуглыми азиатами, то сейчас у него имелась пусть и съемная, но отдельная квартира, небольшой офис и вот кафе. Его он перекупил у какого-то азербайджанца с полгода назад, подновил здание, выморил тараканов, сменил кухонное оборудование и привез из Узбекистана двух отличных поваров. Как результат — вечером, особенно по выходным, в заведении яблоку было некуда упасть. Восточная кухня, как раз входящая в Москве в моду, экзотическая атмосфера, напоенная особой негой, традиционно уважительное обслуживание и вполне сносные цены сделали свое дело, выведя «Шеш-беш» в лидеры местных предприятий общественного питания.

Ну и отдельно, конечно, гостей радовало то, что где-где, а тут внезапной заварушки со стрельбой случиться не могло. Нет, в столице в целом стреляли куда меньше, чем несколько лет назад, особенно в центре, но Измайлово все же было от него далековато. Плюс горожане, за десятилетнее лихолетье отлично изучившие внутренние криминальные расклады, знали, что Измайловская братва наравне с Солнцевской и Ореховской входит в московский бандитский триумвират. И даже то, что в прошлом году в результате несчастного случая погиб Антон Измайловский, а следом за ним покинули этот мир Марикело и Витя Роман, структура трещину, как это нет-нет да и случалось в подобных случаях с другими ОПГ, не дала, очень уж все было ладно скроено и крепко сшито. Да и не на них одних она крепилась, имелись и другие старшаки.

Так вот, Газван сумел договориться и здесь, потому в его заведении никогда