— Да ну вас к чёрту, — Сара отложила приборы и вышла из-за стола.

— Вот глупая, — Клара закатила глаза.

— Тут даже я согласна, — Соня подпёрла голову рукой.

— Грядёт повторение! — все вздрогнули от голоса влетевшей в столовую Касперович. — Гроза грядёт! — звякнув многочисленными браслетами, она театрально воздела руки к небу и прошла к столу преподавателей под сдавленный смех учеников. Цыганка приложила к глазу монокль и окинула взглядом зал.

— Зря смеётесь. Карты не врут.

— Эсмеральда, сядьте, наконец, — строго сказала директор.

— Увидите. Все увидите! Сирота осиротеет, — по столам пронёсся хохот. Больше всех гоготали мальчишки-старшекурсники.

Лея смотрела на заливающихся смехом подруг, а саму её охватил леденящий ужас и боль. ЕГО боль. Чужая. Человек в чёрном появился в дверях и жестом позвал кого-то из преподавателей выйти. Директор встала и взяла под локоть цыганку. Та не унималась. Проходя вдоль столов она снова заголосила на весь зал:

— Карты не врут. Судьбу не изменить. Убийца здесь.

Глава 24. Ключ

Лея нашла в лесу небольшую полянку, скрытую от посторонних глаз зарослями черёмухи. Здесь было светло и ровно. Трава невысокая и такая мягкая, что можно было заниматься босиком. Идеальное место для практики тайцзы. Она приходила сюда после вечернего чая, тренировалась, потом гуляла до побережья и шла на ужин. А рано утром занималась на пляже и, возвращаясь к школе, всегда высматривала на старой башне человека в чёрном. И если не видела, то подходила к его окнам. Но больше не заглядывала внутрь. Просто стояла какое-то время у стены и убегала. В дождливые дни занималась тайцзы на лестничной площадке шестого этажа. Не идеальное место, но... лучше, чем ничего. В спальне при девочках Лея не решалась больше практиковать. После того, как по весне Клара высмеяла её перед всем боксом. Если бы не Соня, их дружбе мог прийти конец.

— Эй, скучаешь по дому? — в один из дождливых июньских дней спросила подруга.

— Мой дом теперь здесь. Скучаю по людным вечерним городам и тихим тибетским рассветам. Скучаю по Китаю. А ты? Хочешь домой?

— Не знаю, — ответила Соня и забралась с ногами на широкий подоконник, пригласив Лею присоединиться. — Я с пяти лет здесь. Эль Кастильо — мой второй дом. Как я буду без Сары через год? Мы бегали друг к дружке, когда она перешла в старшие классы. А теперь... она рядом, но... — подруга с грустью смотрела на подтёки дождя на стекле.

— Сара выросла, — сказала Лея.

— Эй, я тоже не маленькая. Скорей бы домой. Целых два месяца, — Соня мечтательно потянулась. — Мама обещала нам семейное путешествие. А ты где лето проведёшь?

— В Сингапур хочу. Или в Таиланд. Но от тёти давно никаких вестей. Я даже не знаю... — Лея замолчала, испугавшись собственных мыслей. — Ты уже обменяла мэджики?

— Не-а. Зачем? У меня и так деньги есть. Вкусняшки тоже присылают, — Соня спрыгнула с подоконника.

А Лея нарисовала пальцем на запотевшем стекле иероглиф "дом", а потом добавила ещё один, и получилось "семья". Почему не пишет тётя? Где она? Что с ней? Всё ли в порядке? Где они проведут каникулы? А главное, где Лея будет продолжать учёбу? Хотелось бы вернуться в Эль Кастильо. Несмотря на холод. Ведь здесь друзья, удивительная природа, рассветы над заливом и старинный замок с драконом. И тайна... о её матери. Как же разговорить мистера Ланде? Да хотя бы просто застать его без посторонних.

— Вот, — Соня вывалила на подоконник гору кругленьких деревяшек — мэджиков. — Забирай. Я слышала, ты хотела купюру с Елизаветой. Здесь на девятнадцать долларов. Добавишь один, и будет королева.

— Ты серьёзно? — Лея с подозрением посмотрела на подругу, глаза которой радостно светились.

— Эй, ну конечно. Я же говорю, не нужны они мне. Я ещё карманные не все потратила. До каникул хватит точно. Забирай.

— Соня, спасибо, — Лея аккуратно слезла с подоконника, чтобы не смахнуть монеты на пол, и крепко обняла подругу.

— Прячь, пока девчонки не пришли.

— Безумие. Мне так неловко. Это ведь ты их заработала.

— Эй, брось. Я не ради деревяшек учусь. Они мне, правда, ни к чему.

На банкноте в 20 канадских долларов была изображена королева Елизавета II. Конечно, Лея была безмерно счастлива и благодарна Соне. Она поделилась, что оставит купюру на память в знак их дружбы, если вдруг... тётя решит снова поменять ей школу. Клара, конечно, подняла идею на смех. И Кэтрин с Натали её поддержали. Весь вечер девочки предлагали варианты, как можно распорядиться деньгами. В итоге угомонились, лишь когда Соня пообещала проредить им шевелюры.

На уроке шахмат Лее попался в пару Дэн. Мальчишка неплохо играл, но тем не менее был значительно слабее. Получив шах и мат, он не очень-то хотел взять реванш.

— Может, пойдём прогуляемся?

— Но, Дэн, я хочу ещё сыграть с кем-нибудь.

— Ничего не изменится — ты снова одержишь победу, — улыбнулся мальчишка. Кажется, он нисколько не расстроился из-за проигрыша.

— Мне нравятся шахматы.

— Мне тоже. Но есть кое-что поважнее, — Райс склонился над доской и перешёл на шёпот.

— Что? — Лея тоже подалась вперёд так, что они столкнулись лбами.

— Прости.

— Да нет, ты... прости.

— Выйдем?

Ребята поднялись на лестничную площадку шестого этажа.

— Крис нашёл ключ, — шепнул Дэн.

— Что?

— Ключ. Старый. На кожаном ремешке.

— И?

— Он нашёл его в лесу.

— Дэн... — дыхание ускорилось. — Покажи.

— Крис не отдаёт. Он хочет проверить каждую дверь. Пока мы лишь первый этаж обошли. Только никому не говори. Ладно?

— Ладно. А мне ты зачем рассказал?

— Не знаю. Просто, — мальчишка почесал затылок. — Ты... своя.

Лея смущённо улыбнулась. Только бы тётя не перевела её в другую школу.

— А у меня есть королева, — зачем-то сказала Лея.

— Что?

— Двадцать долларов.

Райс улыбнулся: