– А если бы… – хрипло шепнула Мира мне в губы, – если бы я и правда оказалась шпионкой, виан?

– А ты шпионка, моя человечка?

– Нет, конечно… я… теоретически…

Этот подтон её голоса я уже научился различать. Благодаря прошлой ночи. В нём был… нет, не призыв. Требование. Мира перенервничала. И теперь, насколько я мог судить, хочет успокоиться. И я прекрасно знал, как её расслабить.

– Если бы вы были шпионкой, моя виана, я бы… – я нежно поцеловал её губы уже чуть длиннее, с удовольствием отмечая, как она чуть прикусила мою губу в ответ.

– …Что бы вы сделали?.. – снова шепнула Мира. Она и мимикой, и жестами показывала, что одобряет мои действия, однако ей приятно, чтоб инициатива была у меня. Человечка любила, чтоб я над ней… кхм… доминировал. Но не в социальном плане. Почему-то.

– Я бы… пытал вас. Виана-человечка.

– Как?..

– Показать?

– Покажи… те…

Следующий поцелуй был глубоким и жадным. Мира шутливо отбивалась от него, одновременно притягивая меня за край форменного мундира. Притом делала это так отчаянно, словно задохнётся, если я её отпущу.

Мира

Он показал.

“Пытки для человечки”.

Я так перепсиховала за эти сутки… что. Ох, и где та тихая Мира, которая в ведомстве ходила тенью, лавируя между чванливыми атлантианцами, словно служительница серпентария при зоопарке?

Но мне сейчас очень нужны положительные эмоции. Просто постоять с начальником в обнимку. Просто повдыхать полной грудью кофейные и мятные нотки аромата его тела. А потом…

Моё тело просто возликовало, когда виан Арон подхватил меня за талию. И, удерживая меня на весу одной рукой, после моего согласного кивка, второй рукой босс скользнул мне под платье.

От белья он меня избавил быстро. Кружевная ткань скрылась в кармане его мундира.

А пальцы горячо и быстро пробежались по внутренней поверхности моего бедра вверх и принялись ласкать…

Смотреть при этом в чёрные атлантианские глаза было невыносимо-сладкой пыткой. Этот взгляд – даже интимнее пальцев, которые были уже во мне, и двигались так, что…

“Он наверно умеет играть на виолончели…” – сорвалась непреднамеренная мысль.

Виан Арон усмехнулся, не разрывая со мной зрительного контакта. Я истолковала это как “да”.

Я запуталась в том, что происходит между мной и этим атлантианцем. Не хотела думать. Хотела быть – лишь голым удовольствием в его нежных умелых руках.

Я стонала.

Я сжимала его пальцы в себе. Он то погружал их глубже, то ласково оглаживал мои увлажнившиеся складочки, мягко сдавливал клитор, и вновь погружал в меня пальцы – безошибочно находя ту самую, единственно-верную зону приложения. И воздействуя на неё ровно так, как надо.

Пока меня уже знакомо и почти привычно не толкнули с чувственной грани, на которой я балансировала – в жёсткий потрясающий оргазм.

Космос Великий!..

Одной рукой я крепко обняла босса за шею, второй – потянулась к поясу его штанов.

Мне уже было плевать, при каких обстоятельствах я оказалась в этой подсобке. Мне просто сорвало крышу. И судя по озорным искоркам, плясавшим в глазах атлантианца, – не мне одной.

Виан-тиран… виан… виолончелист!

И как это произошло-то?

– Я сейчас уведу тебя в спальню, Мира. – прорычал начальник мне на ухо, – любопытствующим скажу, что на допрос с пристрастием. Я сделаю это с тобой два раза, Мира. Максимум три… а потом у нас с тобой срочная работа.

– Конечно, работа… разумеется, виан-начальник, – а потом босс впился в мой рот яростным поцелуем. Нет, это был не поцелуй, а стихийное бедствие!

Моя рука лежала на области паха начальника, я чувствовала его каменную эрекцию через ткань брюк.

Выходить отсюда и возвращаться в спальню через взбудораженную Эвонисом толпу совершенно не хотелось (виан Арон там ПЫТАЕТ человечку! Возмутительно!).

– Руки, виана Мира, иначе всё случится прямо здесь, даже не дойдём до спальни.

Я нехотя подчинилась. И стала обнимать босса за шею уже двумя руками. Хотя тактильная память о его мужском желании и осталась – жаром на моей ладони.

Я позволила атлантианцу взять себя на руки.

Мне хотелось снова начать его целовать.

Но это и впрямь было опасно.

Почему-то мне и моему неприступному ледяному боссу на фоне всех этих интриг с толпой, негодующей за стенкой, – натурально срывало крышу в порыве какой-то животной страсти. Аж руки дрожали.

Виан Арон призвал накса, вновь сложил его в компактный цилиндр, спрятал в поясную кобуру и… вышел со мной на руках через незамеченную мною ранее боковую дверку (я даже ненароком подумала, что накс её только что сотворил!).

Виан Арон быстро понёс меня в сторону наших апартаментов окольными коридорами.

– Арон! – прилетело ему в спину.

Я, сидящая у начальника на руках, прищурилась, разглядывая преследователя.

Им оказался драконоид. Гидеон.

– А ну, стой, мерзавец… – прошипел драконоид, и в свете фигурных наноламп отчётливо обозначилось серебро чешуи. Кажется, драконоид балансировал на грани трансформации.

Виан Арон остановился. Повернулся лицом к драконоиду. А тот очень быстро, яростно чеканя шаг, сокращал расстояние между нами по коридору:

– Методы достигаторства у Эвониса гнилые, но… Но должен быть суд. Пытать людей… даже если они шпионы – это дно, Арон. Да не прикройся ты своей чёртовой ментальной глушилкой – я бы выбил дверь сразу! Отпусти человечку! Сейчас же.

Глава 14

Арон

Идеологически – я бесконечно далёк от шиарийцев или драконоидов. В них много животного. Они балансируют постоянно на грани боевой формы.

Атлантианцы же в аналогичной ситуации скорее склонны закатить глаза, мол, вот же вы (шиарийцы и драконоиды) – нецивилизованное зверьё.

Но по мере погружения в эту миссию, осуждения к звероподобным гуманоидам у меня всё меньше.

Я развиваю неуместную, невольную эмпатию.

Я начинаю их понимать. А ещё я злюсь.

Потому что…

Потому что чёртов драконоид только что прервал мои планы на вечер. И я не про обсуждение рабочей стратегии.

И сейчас, когда Гидеон явно напрашивался на драку, меня подмывало просто переставить Миру себе за спину, кинуться в схватку первым и оторвать драконоиду голову. И это не фигура речи.

Совсем не по-атлантиански.

Я сдержался ради Миры.

Она сидела к меня на руках, такая хрупкая, напуганная. И только крепче