Помимо Энтарийского континента было ещё семь, о которых Кира мало знала.

Но сначала о том, куда я попала.

Энтариа — самый большой материк, который делили между собой не два королевства, как казалось поначалу, а четыре.

Эльдария — самая многочисленная по количеству жителей страна, принадлежавшая династии Викенских: солнце на гербе, закон вместо совести и на троне мерзкий Майрос, наплодивший кучу детей... бедная его королева! Точнее «королевы». Сейчас Майрос находился в третьем браке с молодой королевой Патрицей. Именно она родила «невесту» Лирену, разрешившись первой беременностью. Судя их газетной периодики, сейчас Патриции двадцать лет… а старшему кронпринцу Майроса — почти двадцать девять!

Ладно… Дальше.

Второе государство — Веридан. Небольшое королевство Эрика, где горы, леса и магия являлись главной силой и достопримечательностью — это всё, что я сумела найти. Позорно мало, однако маги, отколовшиеся более ста лет от Эльдарии и сколотившие свой маленький край на болотах, тщательно хранили свои границы, оберегая свою территорию, точно волки своё логово. Лазутчики? А-а. Шпионы? Все они теряли связь со своими заказчиками почти сразу после проникновения в Веридан, и никто не знал об их дальнейшей судьбе. И тут всё, что должно было бы меня напугать, наоборот «улыбнуло». Забавное слово, да. Но очень точное.

Помня о магическом контракте между мной и Морталисом, я очень даже не против была затеряться для всех, кто меня сейчас окружал!

«Не отвлекаться!» — одёрнула себя, дальше переворачивая страницы географии.

Третье королевство называлось «Сайрена» — морское, торговое, с островами и флотом, где люди умели улыбаться так, что ты сам отдаёшь кошелёк и благодаришь за честь быть обворованным. В общем, пиратская артель. И управлял ею грозный генерал Жофрей.

И последнее, четвёртое… еле выговариваемое — «Кхар'Тар».

Государством этот край кочевников назвать было сложно. Степи и пустыни. Караванные города. И власть, построенная на воинских клятвах. Про них в книгах писали осторожно — слишком много слов «жестокие», «непредсказуемые», «не признают правил».

Я поморщилась, не принимая на веру:

«Любимое занятие цивилизованных стран — называть варварами тех, кто не играет по их "удобным" правилам! Хах! Ну и реакция у меня. Неужели, я жила в такой стране?»

Хмыкнула и перелистнула страницу, задумчиво проводя пальцем по карте.

«Четыре королевства. Один материк. И я — в самом центре этого «великолепия». Отлично. Просто отлично».

Тихие шаги нарушили покой библиотеки.

Даже не поднимая взгляд, поняла: кто идёт.

Рейвен.

Маска привычно закрывала половину лица. Он снимал её только в моей комнате. Но сегодня маг был без привычного чёрного плаща, однако всё равно с видом человека, которого боится сама Судьба.

«… и я, кажется. Особенно после нашей с Дорианом брачной ночи… — я поморщилась. — Ну, ладно. Не его я боюсь — себя. Уж очень он хорошо отыграл роль мужа. До сих пор при взгляде на него у меня пальчики на ногах поджимаются. А уж, когда он смотрит на меня, я и вовсе забываю, как дышать! — Усмехнувшись, сглотнула, продолжая смотреть в карты и одновременно с этим боковым зрением следить за приближением своего телохранителя. — Зато теперь становится чуть понятнее то будущее, которое я видела. Сложно устоять перед таким притяжением… особенно, когда его объект с ярым желанием стремиться тебя любить! В смысле… потом. В будущем. Ох! Как же этот дар меня путает».

Зажмурившись, тряхнула головой, прогоняя наваждение.

Маг подошёл к столу и сел рядом — слишком близко для «телохранителя» и слишком привычно для того, кто уже три дня живёт в моей жизни, как будто всегда был там.

Лицо хмурое.

— Ты не видела Балтуса? — спросил Рей сразу, без вступлений.

Я медленно повернула к нему голову, стараясь выглядеть невозмутимой.

— Нет. С той ночи, когда он скрипел зубами в потайном проходе, — ни разу.

Рейвен сжал челюсть.

— Плохо.

— Плохо — это когда он рядом, — буркнула, морщась. — А когда его нет… это, знаешь ли, праздник. Но раз ты недоволен, значит, праздник отменяется?

Маг молчал минуту. Потом я всё-таки не удержалась:

— Ну что? Явится он — куда ему деваться? Может, лорд Маркел его куда-нибудь отправил по делам герцогства? Не всё же этим упырям горожанок топтать своими конями. Кхм… Можно кое-что другое спросить?

Рейвен повернул ко мне голову, вскидывая брови.

В его синих глазах отразились отблески пламени, пожирающего дрова в огромном камине рядом. Но даже они не смогли скрыть заинтересованность.

— Что, например?

— Всё забываю, но очень уж интересно: какой страх у Дориана? Чего он так испугался? Ты же знаешь, да?

Рейвен скривил губы.

Неприязнь? Брезгливость? Сложно сказать, но определённо точно мой вопрос вызвал у него крайне негативную реакцию.

Тем не менее Рей ответил:

— Да. Знаю.

— И?

Рейвен раздражённо вздохнул через нос.

— Он видел свою мать.

У меня на секунду даже мозг завис.

— В смысле… извини, в каком плане видел? Что вообще может быть страшного в том, чтобы видеть свою мать?

— То, как он её видел, — сухо уточнил Рейвен. И поморщился так, будто ему в рот попала грязь. — Я мельком посмотрел его самые яркие воспоминания. Если коротко… в возрасте тринадцати лет, он наткнулся на недетское зрелище… увидел, как его мать изменяет герцогу со своим телохранителем. Вместо того, чтобы уйти или донести отцу мальчик остался… В общем, не буду вдаваться в детали. Суть в том, что мораль Дориана, которая к тому времени и так подвергалась атаке банальной вседозволенности, окончательно пала.

— Кхм…

— Да. Он всегда тайно желал свою мать. И в ту ночь… зелье показало окончательно и бесповоротно. Точнее преподнесло молодому лорду на блюдечке. Дориан считает, что он настолько перепил, что представлял вместо тебя леди Элиану.

Я почувствовала, как у меня лицо стало деревянным.

— Фу…

— Да, — коротко кивнул Рейвен, поджимая губы. — Зелье навеяло ему… — Маг отвёл взгляд, будто даже произносить это мерзко, — как он выкрикивал имя герцогини. В порыве наслаждения. Видимо, на утро, пробудившись, он сделал для себя определённые выводы: то, что ты всё прекрасно слышала. Теперь боится, что ты его выдашь.

Я моргнула.

А потом… не выдержала.

Нервно хихикнула.

Потому что это было уже за гранью. За всеми границами человеческого падения, которые я успела тут увидеть.

— Это… — я прижала ладонь ко рту. — Это же… господи. Я думала, хуже не бывает.

Рейвен посмотрел на меня мрачно.

— Бывает. В этом семействе вообще все… извраты.

Я насторожилась.

— Даже Изара?

— Особенно Изара, — презрительно фыркнул маг. — Спрашивала за ужином, больно ли в первый раз, хотя сама давно знает. Она чуть ли не