Ласково. Так, как улыбаются знатоки лести.

— Господин… вы, наверное, устали… — сказала тихо, помня, как любит высокомерный наследничек кичиться своим статусом. — Наставления лорда Маркела, матушкины советы, разговоры… Это всё утомляет мужчину.

Дориан усмехнулся и пьяной походкой подошёл ближе.

— Мужчину утомляет только одно — когда женщина слишком много болтает.

Он схватил бутылку со столика, но не смог открыть. Пальцы дрожали, и штопор всё никак не попадал в пробку.

— Проклятье.

Я шагнула, преодолевая своё нежелание быть ближе к мерзавцу.

— Позвольте… Я открою. Это подарок короля Веридана. Его… игристое.

— Вериданца? — Дориан поморщился. — Тьфу. Проклятущие маги! Но… Ладно. Пить можно всё, если оно крепкое, верно?

Я откупорила бутылку.

Пробка хлопнула — громко, дерзко.

Дориан довольно заржал, наблюдая осоловевшим взглядом, как я наливаю в бокал коллекционное спиртное.

Пахло сладко, безумно вкусно и вместе с тем опасно.

Дориан схватил бокал.

Сглотнув, почувствовала горечь антидота на языке. Рейвен заставил меня выпить его заранее — на случай, если идиот решит поделиться «праздником».

Дориан выпил залпом… в одно лицо.

— О-о… — протянул он, облизнув губы. — А ничего так. Прямо… играет.

— Хотите ещё? — спросила я и наклонилась чуть ниже. Ровно настолько, чтобы у пьяного мужчины отключился остаток осторожности, но он не решил наброситься на меня со своими супружескими обязанностями.

— Хочу, — хрипло ответил лорд.

Взгляд его скользнул по мне так, что у меня внутри всё поджалось в тревоге.

— И хочу тебя. Но… куда ты денешься?! Верно? Лучше растянуть удовольствие. Начну с закуски. Люблю клубничку. Но на сладкое будешь ты — принцесса трущоб.

— Кхм… Тогда… позвольте… порадовать, — прошептала, отходя на пару шагов.

Дориан упал в кресло, развалившись, как хозяин. Взял блюдо с клубникой и медленно засунул ягодку в рот, смотря на меня с таким выражением, будто уже раздел и отымел.

— Давай, жёнушка. Покажи, чему вас там… в приютах учат?

— Кхм… Хорошо.

Дориан хмыкнул.

— А мне начинает нравиться эта брачная ночь.

Я отошла ещё на пару шагов, будто выбирая место.

Сердце било так громко, что я боялась, чтобы оно не выпрыгнуло прямо из груди.

— Как насчёт танца?

— О-о! — Дориан захохотал. — Вот это разговор! Давай-давай. И снимай всё это… тряпьё. Я люблю, когда женщины дерзки… Люблю наездниц. Твоя невинность, — подонок поморщился, как будто говорил о грязи, — совсем не то, что я люблю. Но это ведь только сегодня, верно? Эту ночь я объезжу тебя… Растяну, как следует. А все последующие ночи ты будешь скакать на мне. Уверен, если тебя научить, ты будешь не хуже любой элитной сучки из городского борделя. Главное — не беси меня… Никаких «нет» или «мне не нравится»! Поняла?

Пересилив себя, кивнула.

«Господи, какая тварь! Быстрей бы подействовало зелье!»

— Хватит трепаться! Давай — танцуй. И халат этот снимай. Где только откопала… — Дориан поморщился, закидывая в рот ещё одну ягоду. — Живей. Хочу увидеть, что у тебя под этим барахлом. Задница вроде ничего… Люблю задницы.

Преодолев волну омерзения, вызванную словами Дориана, я начала напевать — тихо, медленно, как колыбельную.

Мотив был будто бы знаком, но сказать точнее я не могла, так и не помня прошлую жизнь.

Сделала шаг в сторону, плавно качнула.

Халат пока оставался на плечах.

Я потянула пояс — не торопясь.

Дориан не пропускал ни одной детали, медленно потягивая шампанское с нашей особой добавкой и закусывая клубникой.

— Да-а… — ухмылялся мерзавец, наслаждаясь моментом. — Вот так. Вот так, малышка. Сегодня ты узнаешь, что такое быть хорошей женой будущему лорду Криос… Ох, как узнаешь! Я почти дошёл до кондиции… Будешь до самого рассвета кричать моё имя, моя сладкая девственница.

Я улыбалась ему, а у самой внутри будто клубок змей извивался в такт моим же движениям. Очень неприятное чувство страха.

Пояс ослаб.

Халат пополз вниз, обнажая плечи.

Я тянула время, как могла — каждым вдохом, каждым медленным движением бёдер, каждой ноткой своей «музыки».

А Дориан пил, наблюдая мутными глазами и отпуская грязные фразочки.

И в какой-то момент его смех стал глуше.

Он моргнул. Ещё раз.

Улыбка поплыла.

— Чего… — пробормотал он, будто не понимая, где находится. — Что-то… странно…

Он попытался подняться — и не смог.

Сел обратно.

Его взгляд стал пустым, стеклянным, будто он уже смотрел не на меня, а на кого-то за моей спиной.

— Что тебе тут надо… — выдохнул он и резко побледнел. — Нет… нет… Это неправильно. Перестань…

Кубок выпал из его рук и покатился по полу.

А потом Дориан осел. Голова запрокинулась. Тело обмякло.

Тишина стала оглушительной.

«Фух! Полдела сделано!»

Я на всякий случай оглянулась — вдруг не глюк, а правда, кто-то за моей спиной стоит?!

Никого к моему облегчению там не обнаружилось.

Подхватила халат и резко набросила обратно на плечи, стягивая пояс так, что он врезался в талию.

— Зря пила горький антидот, — прошептала с невероятным облегчением, глядя на бесчувственного «мужа». — Ну, да ладно.

За ширмой едва слышно хмыкнули.

Рейвен появился как тень, у которой есть характер — и, похоже, довольно скверный, несмотря на однобокую улыбку.

Он молча оглядел распластанного в кресле Дориана, потом меня, потом — бутылку, бокалы и клубнику, как полководец, который оценивает поле боя перед тем, как идти в рукопашную.

— Молодец, — бросил он сухо. И тут же добавил, так же «ласково»: — Почти.

Я обиженно нахмурилась.

— Почти?! — прошипела со свистом, но Рей уже подхватил Дориана под подмышки.

Скривился, потому что от наследничка разило смесью вина, пота и самоуверенности.

— Тяжёлый, как грехи его рода, — процедил королевский телохранитель и, не церемонясь, поволок «мужа» к кровати.

Дориан бессвязно что-то замычал во сне, дёрнул рукой.

— Гадёныш, — зло прошептал Рей.

Он приподнял край покрывала, быстро опустился на колено и — с ловкостью человека, который явно не в первый раз таскает тела, — затолкал Дориана под кровать.

— Ох… — выдохнула я сквозь зубы.

— Рад, что мы едины во мнении, — мрачно отозвался Рейвен и тут же взял бутылку, понюхал горлышко, оценил остаток.

Потом достал из-за пазухи серебряную фляжку и аккуратно перелил туда игристое.

— Нельзя терять ни капли, — пояснил маг, завинчивая крышку. — Никогда не думал, что доживу до такого…

— До чего именно?

— До помощи девице, которой предстоит увиливать от исполнения супружеского долга в течение трёх месяцев! Нам придётся проявить все чудеса мыслительной деятельности и человеческой изворотливости. Легче полки в бой вести!

Я моргнула, не зная, как реагировать на проявление этого явного недовольства.

Рейвен вернулся к кровати, нагнулся, откинул голову Дориана и выдрал несколько волосков — быстро, без нежности, будто щипал курицу перед жаркой. Бросил