— Пока не знаю точно. Возможно, через несколько дней. Зависит от... обстоятельств.

«Загадочно, — отметила я про себя. — И уклончиво. Определенно в этом что-то есть».

Мы дошли до чайной, и я с сожалением сняла его плащ:

— Спасибо. За прогулку и за... все.

Адам принял плащ, и наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Даже этого краткого касания хватило, чтобы по коже побежали мурашки.

— Это мне следует благодарить вас, — сказал он. — За прекрасный вечер.

Мы стояли друг напротив друга у двери чайной, и я чувствовала, что он борется с желанием снова меня поцеловать. Честно говоря, я бы не возражала.

«Да поцелуй же меня на прощание!» — мысленно взмолилась я, но вслух лишь сказала:

— Увидимся завтра?

— Конечно, — ответил он. — Если позволите, я приду к вечеру. После того, как вы закроете чайную.

— Я буду ждать, — призналась я, и это была чистая правда.

Адам наклонился и легко поцеловал мою руку — формальный, приличный жест, но даже он заставил мое сердце пропустить удар.

— Спокойной ночи, Луиза.

— Спокойной ночи, Адам.

Я смотрела, как он уходит по пустынной улице, пока его фигура не растворилась в ночных тенях. Только тогда я позволила себе вздохнуть и прислонилась спиной к двери чайной.

«Все, — подумала я, чувствуя, как глупая улыбка расползается по лицу. — Я влюбилась. Окончательно и бесповоротно. В загадочного капитана, о котором практически ничего не знаю».

Я достала ключ и отперла дверь, включила кристаллы освещения и осмотрела свое уютное королевство. Столики, полки с чайными банками, засушенные травы под потолком — все это вдруг показалось мне особенно дорогим. Здесь я встретила Адама. Здесь началась наша история.

«История чего? — иронически спросила себя я, направляясь в свою комнатку. — Курортного романа с моряком, который через несколько дней уплывет к другим берегам?»

Но даже эта мысль не могла испортить мне настроение. Я переоделась в ночную рубашку, распустила волосы и села перед маленьким зеркалом, которое купила у местного торговца. В отражении на меня смотрела женщина с сияющими глазами и слегка припухшими от поцелуя губами.

Я погасила кристаллы и легла в постель, но сон не шел. В голове прокручивался весь вечер — каждое слово, каждый взгляд, каждое прикосновение. А особенно тот поцелуй...

«Завтра он придет снова, — подумала я, зарываясь лицом в подушку. — И что тогда? Будем делать вид, что ничего не произошло? Или...»

В груди разлилось сладкое предвкушение.

Я повернулась на бок, глядя в окно, где между занавесками виднелся кусочек ночного неба. Где-то там, в гавани, покачивался на волнах его корабль. Интересно, спит ли он или тоже лежит без сна, думая о нашем поцелуе?

«Глупости, — одернула себя я. — Он опытный мужчина, путешественник. Наверняка в каждом порту у него есть подобные знакомства».

Но почему-то эта разумная мысль не хотела укладываться в голове. Что-то в его поведении, в том, как он смотрел на меня, говорило о том, что для него это тоже что-то особенное.

«Или я просто себя убеждаю», — вздохнула я и закрыла глаза, решив наконец заставить себя уснуть.

Но последней мыслью перед сном было: «Завтра. Завтра он придет, и я узнаю, что это было — случайность или начало чего-то важного».

Глава 41

Утро началось с того, что я едва не засыпала стоя над чайником. Всю ночь мои мысли кружили вокруг Адама — его глаз, его поцелуя, обещания прийти вечером.

«Господи, — подумала я, поймав свое отражение в полированном боку чайника, — я превратилась в одну из тех влюбленных дурочек, над которыми раньше посмеивалась. Следующий этап — начать писать его имя в блокнотах и вышивать инициалы на салфетках».

Но даже эта ироничная мысль не могла испортить мне настроение. Я чувствовала себя так, будто внутри меня зажглась маленькая звездочка, и она светилась так ярко, что, казалось, должна была быть видна снаружи.

Мира появилась к открытию чайной, как обычно бодрая, румяная, с косой, аккуратно обмотанной вокруг головы. Она сразу же заметила мое состояние.

— Луиза, вы сегодня прямо светитесь, — сказала она, заввязывая фартук. — Случилось что-то хорошее?

— Просто хорошо спала, — соврала я, стараясь выглядеть обыденно. «Ага, спала. Часа четыре из восьми, остальное время пялилась в потолок и вспоминала, какие у него сильные руки».

— Хм, — Мира прищурилась, изучая меня с подозрением. — А почему вы улыбаетесь в чайник?

Я резко выпрямилась, поняв, что действительно стою над емкостью с водой и глупо улыбаюсь своему отражению.

— Не улыбаюсь, а... проверяю качество воды по отражению, — выпалила я первое, что пришло в голову.

— По отражению? — Мира подняла бровь. — Это какой-то новый способ?

«Отлично, Луиза. Теперь придется придумать целую теорию об определении качества воды по отражениям. Или признаться, что влюблена как последняя дурочка».

— Это... семейный секрет, — загадочно произнесла я. — Очень сложная методика.

Мира покачала головой, но спорить не стала. Мы начали готовиться к открытию: я расставляла чашки и блюдца, а она протирала столы. И тут в дверь постучали — это был Уильям с утренней выпечкой.

— Доброе утро, леди Луиза! — поприветствовал он меня, внося корзину с ароматными булочками. — Сегодня у меня особенные медовые рогалики и... — Он осекся, пристально на меня посмотрев. — А что это вы такая веселая с утра? Обычно вы серьезная такая, сосредоточенная, а сегодня прямо сияете.

«Великолепно. Теперь весь город будет обсуждать, почему хозяйка чайной ходит с идиотской улыбкой».

— Просто хорошая погода, — пробормотала я, принимая корзину. — Морской воздух действует освежающе.

— Морской воздух тут круглый год одинаковый, — резонно заметил Уильям. — А вы как будто помолодели лет на пять.

Мира фыркнула за моей спиной, но промолчала. Уильям получил свои деньги и ушел, но я видела, как он оглядывался на меня с любопытством.

Первые посетители начали подтягиваться к середине утра. Торговец Бернард, как обычно, заказал «Морской бриз» и овсяное печенье. Я принесла ему заказ и поставила чашку на край стола, откуда она тут же упала и разбилась.

— Ой! — Я вскрикнула и бросилась собирать осколки. — Простите, Бернард, я сейчас принесу новую чашку...

— Луиза, вы в порядке? — забеспокоился торговец.

— Все в порядке! — слишком быстро ответила я, убирая осколки. — Просто устала немного.

«Устала мечтать о том, как снова окажусь в его объятиях», — мысленно добавила я.

Мира подошла с веником и совком:

— Я уберу. А вы новую чашку принесите.

Когда я вернулась с новой порцией чая, Бернард принюхался и нахмурился:

— А что это у вас чай какой-то странный сегодня?

Я попробовала глоток и чуть не выплюнула обратно. Вместо освежающей смеси