В это время дверь первого подъезда открывается и оттуда выходит высокий парень в спортивном костюме, он оглядывается по сторонам, как нашкодивший кот, явно намереваясь дать стрекача вдоль дома.

— О! — говорит невысокая: — нифига себе! Это же Князев! Сергей Князев из «Медведей», связующий! Серега! А ты чего тут делаешь⁈ Эй! — она машет ему рукой. Парень в спортивном костюме — вздрагивает, сжимается и очень быстро — убегает вдоль дома. Девушки и дворник — провожают его взглядом.

— А чего он тут делает? Неужели «Медведей» в городе поселили? Они же вроде в санатории Комбината остановились? — моргает девушка: — а тут же Дуська живет и… О! Ооооо! — она поворачивается к своей подруге: — Машка! Ты поняла⁈ Оооооо! Дуська! Князев! Ого! И… Ооооо! Они же… да как такое возможно вообще⁈ Наташка от удивления лопнет как я ей расскажу!! Князев и Дуська! Дуська и Князев! Да как такое…

— Прекрати прыгать, Вазелинчик, в глазах рябит. — морщится ее подруга: — порой ты хуже, чем Лилька…

— Ты не понимаешь, Машка! Дуська и Князев! Она — Снежная Королева, а он — Белый Ферзь команды «Уральских Медведей»! У нас сенсация, да если я сейчас в «Советский Спорт» позвоню…

— То тебе по шапке дадут. Ты же советская спортсменка, Аленка, а ходишь сплетни собираешь, как… как Маркова!

— Ну так Наташка тоже советская спортсменка и… уй, не могу дождаться как ей расскажу! — девушка прижимает ладошки ко рту: — Дуська и Князь! Обалдеть! Романтика! Они — встретились взглядами через сетку, враги на поле, но ближе, чем друзья в постели! Смятые простыни, разгоряченные тела! Настоящая битва между «Уральскими Медведями» и «Стальными Птицами» произошла сегодня ночью! Вот она — высшая спортивная доблесть!

— Тебе нужно меньше ерунды на ночь читать. И с Марковой меньше общаться.

— Интересно, какой счет вышел? — задумчиво чешет затылок невысокая девушка: — судя по лицу Князева — он потерпел сокрушительное поражение!

— … ну хоть где-то мы выиграли…

Дворник качает головой и снова берется за метлу. Двор сам себя не подметет, а впереди еще и выезд со двора и дорожки и опять пацаны намусорили у грибочков на детской площадке.

Во двор тем временем — въезжает вторая машина. На этот раз — зеленый «Москвич». Едва он успел остановиться, как дверь открывается и из машины вываливается еще одна девушка.

— Мария Владимировна! — выпаливает она и ее звонкий голос — нарушает всю тишину и гармонию раннего утра во дворе панельной пятиэтажки: — ну вы где? Надо ехать, а то опоздаем! Пока рано, пока все пассажиры в поезде спать будут! Никто в пять утра в окно не смотрит! А то будем в полдень стоять как экспонаты в музее! Мне никак нельзя, у меня поклонники есть! Про меня статья в «Советском Спорте» есть! И… вдруг мои родители узнают⁈

— Аринка! — поворачивается к ней невысокая девушка: — угадай что!

— А?

— Угадай что! Ни за что не угадаешь! Никогда! Даже если я тебе миллион лет дам на разгадку! Спорим не угадаешь⁈ На… на щелбан!

— Я мастер спорта международного класса, Маслова. И ты тоже, кстати, мастер спорта. И мне уже восемнадцать, не собираюсь я с тобой на щелбаны спорить. Ты все равно выиграешь. И вообще…

— Правильно. — кивает высокая девушка, приехавшая за рулем бежевой «шестерки»: — чего с ней спорить. Она же все равно не выдержит, не промолчит. Все равно все разболтает, а иначе — лопнет. И всех вокруг забрызгает.

— Да ну тебя, Машка! — отмахивается невысокая: — Аринка! Мы сейчас только что Серегу Князева из «Медведей» видели!

— Чего? Да откуда он тут… погоди-ка…

— Ага!

— Да ну, быть не может. ДУСЬКА⁈

— АГА!

— Да быть не может!

— Мамой клянусь! Вот тебе крест!

— Ты же комсомолка, Маслова!

— Ну хочешь пятилеткой поклянусь? Владимиром Ильичом? Леонидом Ильичом? Обоими Ильичами!

— Обеими, Маслова.

— Двумя! Машка, ну чего ты лезешь все время! Вот вечно ты со своим… скепсисом, вот! И…

— Чего вы орете? Пять утра, люди спят… — во двор заходит девушка в спортивной форме, в такой же курточке как у всех, с изображением силуэта птицы на спине и спортивной же сумкой через плечо: — Всем привет. Я смотрю все выспались, а? Витька нас уже там будет ждать, с Гулькой и Жанной Владимировной, а еще они Вальку и Сашку по дороге подберут. Сашка из дома удрала, если ее отец узнает про холм — он нам всем головы открутит, видели какие у него ручищи?

— Да чего там Сашке показывать-то? У нее и нет ничего… да и ее никто не заметит, а вот меня все знают. Позор на всю Европу. — моргает девушка из зеленого «Москвича»: — мои фотки с прошлогоднего турнира везде расклеены…

— Наташка! — невысокая девушка бежит к только что пришедшей девушке: — Наташка! Как я рада что ты тут! Наташка! Что я тебе скажу…

— Маркова. Все-таки решила со всеми позориться? — девушка оперлась на открытую дверь своей «шестерки»: — хотя ты помощник тренера…

— … так я же все равно в команде. — только что пришедшая пожимает плечами, позволяя Масловой оттащить ее в сторону за рукав и повышая голос, чтобы ее услышали: — Жанна Владимировна тоже едет!

— Неужели и Жанна Владимировна… показывать будет? — моргает девушка из зеленого «Москвича»: — она же медик.

— Не, она просто посмотрит, чтобы мы не застудили себе чего. Все же не май месяц! — девушку оттаскивают в сторону и там — шепотом на ухо что-то начинают втолковывать, горячо и взахлеб.

— Витька сказал, что он тоже — часть команды. И он, кстати, Ростовцеву проспорил. Так что все вместе будем стоять, как и положено комсомольцам. Ни шагу назад, ни шагу на месте, а только вперед и только все вместе… будет как выезд на природу, он и шашлыки замариновал.

— Вы, Мария Владимировна, совсем как Синицына стали — стихи придумываете.

— Эх, молодежь…

— ЧЕГО⁈ — от этих двоих, шепчущихся под «грибочком» детской площадки доносится вопль, что-то среднее между воплем отчаяния и боевым криком команчей: — ДУСЬКА И КНЯЗЕВ⁈

— Вот так и рождаются нездоровые сенсации… — вздыхает девушка, опираясь на дверь бежевой «шестерки»: