после эпоха национальных государств, постепенно забравших у городов власть. Следующий шаг развития человечества — эпоха империй и далее, после победы одного гегемона, настоящее мировое правительство и планетарное господство. В нашем нынешнем земном варианте эпоха империй сломалась сто лет назад, в результате Глобальный совет ООН сформирован на временных костылях. Многополярный мир — разговоры в пользу бедных и исходят от тех, кто сам хочет быть гегемоном, но пока не может, либо кого не устраивает текущий кандидат в мировые гегемоны, либо же от того, кто просто желает выбить себе больше преференций. Стать не мировой помойкой, бензоколонкой или фабрикой, а мировым курортом, например, жандармом или там равноправной частью зеленого сада первого мира…

Еще когда я впервые услышал, что невысокого коренастого эльфа зовут Розенкранц Гильденстерн, сразу понял, что он довольно разносторонне развитый человек. И сейчас Рози догадки мои в очередной раз подтверждал, продолжая наваливать удивительного мнения.

— В начале двадцатого века человечество вплотную приблизилось к глобальному правительству. Оставалось только решить, на каком языке будет разговаривать весь мир, потому что к Первой мировой осталось три реальных претендента — Англия, Франция и Россия, на троих владевшие больше чем половиной мира. Но было еще семь стран-государств, которые могли этому помешать, как собственно и получилось, когда союз Германии, Австро-Венгрии и Турции ценой уничтожения собственных империй отбросил всех вышедших в финал кандидатов вниз с верхней ступени. Далее, в горниле Второй мировой выросло две сверхдержавы — Союз и США, ошибочно полагавшие, что Великобритания и Франция выбыли из гонки за мировое господство. Но англичане и французы просто перевели свои колониальные владения в неоколониальные, сохранив права с прибылью, но отринув имперские обязанности и по-дружески вставляя сверхдержавам палки в колеса, учтя опыт предыдущих событий. По итогу в конце двадцатого начале двадцать первого века одна сверхдержава сломалась, вторая потерялась в попытке вернуть утраченное без противостояния величие, ну а к тридцатым годам в гонку за место гегемона включился еще непуганый Китай. Да, пусть ему — вместе с бескровно отданным Тайванем, где сейчас в Новом Тайбее находится штаб-квартира ООН, позволили занять в Глобальном совете место так называемого «первого среди равных», но западноевропейская цивилизация никогда не делась и роль гегемона Китаю никогда не отдаст. Сильной сверхдержаве почетно подчиняться, но не тогда, когда это чужак-инородец с совершенно иной культурой. Европа хотела войны США и Китая, но американцы на войну не явились, а сейчас в статусе региональной ядерной державы пинают не успевающий решать все мировые проблемы Китай, собирающий по новой все шишки, что уже знакомы всем прежним претендентам. Так что все что нам здесь навешали лапшой на уши про глобализацию — это только очередной акт попытки эту самую глобализацию построить, но никак не конечный результат. Нам предлагают…

— Прости, Рози, перебью, — заговорил я. — Довольно показательно, что по информации от Здравомыслова чипировано аватарами метаверса в мире было около трех миллиардов человек, практически вся европейская цивилизация. Ни Китай, ни Индия в метаверсе глобально не представлены, соответственно ни китайцев, ни индийцев среди разумных реинкарнантов практически нет.

— Это важная информация, — согласился Розенкранц. — Значит есть вероятность, что именно метаверс изначально рассматривался как место, где сформируется надгосударственная структура и именно отсюда она будет диктовать свою волю остальному общемировому сообществу. Возвращаясь к словам нашего важного дундука. Я полагаю, что членство в местном глобальном совете является для нас медовой ловушкой, морковкой на веревочке и соглашаться на него если и нужно, то лишь в рамках разработки и подготовки нашей общемировой экспансии с целью сделать наше царство гегемоном в Средиземье.

— Ты предлагаешь войну, — полувопросительно произнесла Эрика.

— В идеале конечно же нет, — покачал головой Розенкранц. — Мы сейчас, благодаря подарку системы с увеличением численности населения, находимся в выигрышном положении. Главное его не потерять и не сломать. И понимая наше превосходство, именно для этого — чтобы помочь нам его потерять или сломать, я считаю и прибыли сюда дипломаты. Наше преимущество ведь не только в опережающем уровне развития, но и в том, что мы можем предложить остальным гарантию внутреннего суверенитета — нашей расе просто неинтересен мир за пределами леса, как например гномам не интересны условные равнины, так что нам в этом плане веры больше чем людям или надменным золотоволосым ублюдкам.

— И это все, что мы можем предложить другим? — ровным голосом спросила Эрика, не показывая ни согласия, ни отрицания.

— Это уже немало. Высокие эльфы определенно расисты, а империя людей не примет остальные расы как равных, тем более что к нам не кто-то, а настоящие инквизиторы прибыли. Мы же, кроме самостоятельности в разумных пределах, вскоре сможем предложить остальным расам единую транспортную систему, продовольственную безопасность, хлеб и зрелища, справедливый арбитраж. Расширяя Великий лес, мы расширяем свою транспортную и торговую сеть, отчего можем предложить всем единый рынок и единые правила, это очень дорогого стоит.

— А ты уверен, что нам позволят настолько расшириться?

— Система работает за нас, а вот время — против. У нас грузом висят ландыши-веганы, поэтому требуется максимально экспансивное расширение, безо всякого промедления. У нас преимущество в быстрой постройке городов и либо мы им воспользуемся, либо нас сомнут. Но чтобы оттянуть момент прямого столкновения, конечно желательно вступить в этот Глобальный совет — как минимум, хорошо бы получить карту континента.

— Смелое предложение, — вновь ровным голосом, не понять одобряет или осуждает, произнесла Эрика.

— Ничего невозможного я не вижу. Англичане, русские и французы в начале двадцатого века управляли огромными империями при гораздо меньших возможностях коммуникации и контроля, с нами же быстрое возведение городов по щелчку и поддержка богов.

— Варрон? — посмотрел я на жреца Алдариона, когда стало понятно, что Розенкранц высказался.

— С логикой сказанного я согласен. По остальному — тоже согласен, вступление в Глобальный совет, дальше по ситуации.

— Кэррион?

— Я не очень умный, но исполнительный. Просто говорите мне, что нужно делать.

— Екатерина Дмитриевна?

— Я без права голоса, но по существу возразить нечего. Единственное — карта континента с местоположением всех населенных пунктов строителей нового миропорядка у меня есть. Так как я уволилась, от актуальной версии меня скорее всего отключат, но расположение городов, ресурсов и торговых путей на данный момент у нас будет.

— Отличная новость.

Коротко глянув на Эрику, я по взгляду увидел, что она бы предпочла не высказываться. Поэтому активировал смарт-браслет и вывел карточку описания нашей эльфийской расы на общее обозрение.

— Смотрите внимательно, а после найдите каждый у себя подобное. Если у вас нет, хоть от руки переписывайте, потому что это — национальный состав