будет ли разрешено возвращение в Золотой город, какие здесь возможные перспективы, все на удивление по делу.

— Потом я вспомнил, зачем копал яму, — продолжил развлечение Бульдозер.

— Не понял, — качнул головой Варрон, а вот Рози усмехнулся.

— Побежал жене про найденное золото рассказывать.

— А, точно.

— Раньше я работал на пилораме… — подхватил эстафету Розенкранц.

— Ха-ха, точно, а потом как отрезало. Кэрри, ты в деле?

— В каком деле? — озадаченно спросил страж границы, поглядывая то на покачивающегося наверху оплетенного ветвями инквизитора, то на Эрику впереди, перед которой уже опустилась на колени одна из женщин, признавая над собой власть Элуны и связывая судьбу с Великим лесом. Да, не все чисто в дипломатической миссии — кто бы сомневался, а болтаться под кронами деревьев умная женщина определенно не захотела.

— Дело в том, что Арина не любит смех и юмор, — между тем объяснял Варрон Кэрриону.

— Черный юмор! — раздраженно шикнула Арина.

— Не любит черный юмор, так что мы рассказываем острые анекдоты короткими фразами, — исправился Варрон. — Ты участвуешь?

— Так что делать-то надо?

— Говоришь короткую фразу из анекдота, мы все его вспоминаем и смеемся.

— А, ну ладно. Да мы на ней вообще-то в город ездим.

— Не слышал.

— Я тоже, — произнес Рози, а Бульдозер только отрицательно головой покачал.

— Приезжает проверка на дальнюю заставу…

Снова ни один из троицы не вспомнил. Я невольно ждал продолжения — как, кстати, и Арина, которая вроде бы отвернулась, но явно прислушивалась.

— Рассказывай, один внеплановый наш строгий главврач простит, надеюсь, — негромко сказал Рози, отчего Арина сложила руки на груди и вновь закатила глаза.

— Проверка на дальней заставе. Все на твердую четверку, начальник комиссии в целом удовлетворен, но напоследок собрал бойцов и по-отечески спрашивает, как у них здесь с сексом. Ему показывают на лошадь в конюшне, мол не без проблем конечно, но справляемся, пользуемся вот кобылой. Ну начальник как бравый кавалерист решил показать, что близок солдатам — табуретку подставил и умело совершил противный природе акт. Застегивается довольный, а ему один из ошарашенных младших командиров с трудом обретя дар речи — ну, мы вообще-то на ней в город в бордель по очереди выезжаем.

Дружный взрыв смеха заставил Эрику обернуться на полуслове, отчего лучшие люди города пристыженно замолчали, безуспешно пытаясь прекратить фырканье. Верховная жрица сверкнула глазами, вновь поворачиваясь к уже второй опустившейся перед ней колени женщине, готовой принять посвящение Элуне.

— Неплохо, неплохо, — негромко произнес Бульдозер. — А если…

— Если вы не прекратите, я как-нибудь за завтраком расскажу вам анекдот про гречку и клянусь всеми богами вы пожалеете об этом знании, — произнесла вдруг не выдержавшая Арина.

Так как главная жрица Лориэль в прошлой жизни фельдшером на скорой помощи работала, угрозу я бы воспринял всерьез. Остальные тоже скорее всего об этом подумали, потому что замолчали с ухмылками. Один только Кэррион едва заметно поморщился — он бывший полицейский и похоже анекдот про гречку знает.

Эрика к этому моменту уже закончила с делегатами-женщинами и повернулась к оставшимся троим глобалам, вломившемся к нам вместе с инквизитором. Тот, кто не совладав со страхом недавно прятался за чужими спинами шагнул было вперед, но его по жесту Эрики мгновенно оплели ветви появившегося из земли молодого кустарника — в этот раз без жести с проникновением под кожу, просто обездвижив в коконе.

— Так что у вас здесь происходит? — вновь задал вопрос Кэррион обращаясь уже ко мне, показывая на болтающегося наверху инквизитора. — Почему меня так срочно вызвали?

Я собрался было ответить, но Эрика обратилась к глобалам, причем голос ее сейчас обрел удивительную силу — вроде негромкий, но звучит по всей площади будто отовсюду.

— Каждый из вас проявил ко мне неуважение как к верховной жрице богини Элуны. Незнание законов Великого леса не освобождает от ответственности, но имея в виду ваш дипломатический статус и следуя совету Екатерины, — показала Эрика на Катю, — я не буду просить богиню вас наказать, но потребую покинуть пределы Великого леса. Ваше перемещение будет ограничено пределами гостевых апартаментов Белой башни, в Золотой город мы отправим вас в самое ближайшее время, как только мы подготовим дирижабль.

Было видно, как расслабились оба глобала, и даже искаженное лицо третьего — обездвиженного в коконе, изменилось от облегчения.

— Отправитесь в Золотой город вы после того, как ответите мне на пару вопросов в более приватной обстановке, — добавила Эрика, после чего все трое вновь заметно напряглись, чувствуя ловушку. Ведь обе эльфийки из дипломатической миссии перешли под сень Великого леса и обязательно расскажут все что знают, а это в свою очередь поможет Эрике задать правильные и очень неудобные вопросы.

Когда верховная жрица замолчала, я все же пояснил происходящее для Кэрриона.

— Дирижабль убывшей вчера делегации неожиданно потерпел крушение над нейтральными землями, почти все погибли. Но случайно проходивший мимо места аварии отряд эльфов-дроу спас главного инквизитора, — показал я на болтающегося наверху человека и посмотрел на Бульдозера, предлагая ему дополнить.

— Да, спасенный нами господин инквизитор почему-то решил, что катастрофу организовало правительство Эль-Новгорода. Едва мы доставили его в город для оказания помощи, как он в сопровождении вот этих трех господ нагло вломился в покои верховной жрицы Элуны, разбрасываясь завуалированными обвинениями. Ну и эти вот ребята, — снова показал Бульдозер на троицу глобалов, — совсем скоро признаются, что отправлены сюда с целью собирать информацию об Эль-Новгороде, чтобы вожди Золотого города могли подготовить резню непокорных и не очень удобных для планов Глобального совета ООН ночных эльфов.

— Ты так уверен, что они признаются? — поинтересовался я.

— Видишь ли, дело в том, что кроме него, — показал Бульдозер на болтающееся под кронами тело, — мы спасли некого Вениамина Львовича, возглавляющего дипломатическую миссию Глобального совета ООН. Просто его чуть-чуть в другое место доставили, где он очень обстоятельно и подробно рассказал все что ему известно, а известно ему немало. Вопрос теперь только в том, что мы будем делать с этой информацией. Да, правитель-синдар Аксель?

Беловолосый эльф-дроу замер, глядя на меня абсолютно безэмоциональным взглядом. Как холоднокровная рептилия смотрит — следствие превращения его в ренегата после перерождения. Хотя он и до перерождения таким же был, даже может быть еще менее человечнее — не помню, чтобы Воропаев мне анекдоты рассказывал. Хотя с другой стороны, его нынешняя человечность может быть просто маской по завоеванию доверия и опасаться темного эльфа мне стоит ничуть не меньше, чем глобалов, Совета эльфов и всего Саботажа вместе взятых.

— Советуешь посетить Золотой город и задать пару вопросов по поводу дружбы эльфийских народов?

— Идеальный вариант, — кивнул Бульдозер. — Опасный,