и выжили с этих земель диких, а теперь тронги прорываются сквозь купол мира на своих кораблях и теснят нас.

Ну, это совсем разные вещи! Наши народы изначально дружили с дикими и многому их научили до начала конфликта, а звероподобные тронги сразу бросились завоёвывать новые земли. Впрочем, спорить об этом с учителем нет смысла. Ему не доказать, а остальные если надо и сами поймут.

— Асгрим Йорхайм, твой ответ заслуживает балла за подробный ответ.

Герда потянула руку вверх, и я сильно удивился. Неужели ей есть что добавить? Если она собралась снова утереть нос Йорхаймам, это очень некстати. Хрупкое перемирие может рухнуть как песочный замок от любого неосторожного действия, а если это делать ещё и намеренно, чего вообще ожидать?

— Слушаю! — отозвался Никанор, давая слово северянке. — Тебе есть что добавить, Герда?

— Я хотела спросить, — ответила девушка. — Правда ли, что на северной границе Норстейна неспокойно? Мы в Ледяных ущельях в этом году уже не раз видели Диких. Наше сегодняшнее занятие как-то связано с этим?

Учитель ответил не сразу. По его виду было заметно, что он борется с желанием отделаться обычным грубым ответом и собирается с мыслями, чтобы дать ответ и одновременно не взболтнуть лишнего. Наконец, в голове Никанора созрела мысль.

— Мы должны знать наших врагов в лицо. Всех, и даже Диких. Да, в этом году они особенно активны на границах, но мы считаем, что это связано с ранней весной…

Судя по выражению лица наставника, Никанор думал совсем иначе, но озвучить истинную причину выбранной им темы не мог.

Сразу после истории нас ждали занятия с новым учителем. Обворожительная блондинка Асвейг из Альграйма собиралась учить нас совершенствованию дара. Сомневаюсь, что она в этом преуспеет.

Для начала, невозможно быть специалистом во всех стихиях. Нет, конечно, можно разбираться в них на уровне Стража или обучать совсем новичков элементарным вещам, но все тонкости выбранной стези может познать только тот, кто сам идет по ней. Хотя, о чём это я? В лагере нас учат как раз основам и вовсе не стараются обучить премудростям. Боятся.

Да и потом, почти все парни нашего потока сразу пустили слюни, любуясь аппетитными формами северянки. Конечно, посмотреть было на что, но я старался держать молодой организм в руках. Должен ведь кто-то думать головой, если даже наставники сплоховали? О чём они вообще думали, когда позволяли этой женщине проводить занятия? Так и вижу как Адельхайм отчитывается о результатах: «Занятия проводили, а то, что ничему не научились, так что с них взять, бестолковых?»

— Сегодня мы будем практиковаться в телекинезе с одарёнными, идущими по стезе Ветрогона, — объявила женщина.

— А что делать остальным? — ухмыльнулся Тенори.

— Для вас тоже найдётся задание, не переживайте, — успокоила его наставница.

— Госпожа Асвейг, вы ещё не начали? — Никанор бесцеремонно ввалился внутрь и направился к центру арены.

— Как раз начинаем, господин Никанор, — девушка попыталась доброжелательно улыбнуться, но её улыбка выглядела слишком наигранной.

— Всем ученикам приказано срочно построиться в центре. Распоряжение начальника лагеря Адельхайма.

Ну, вот. Что на этот раз? Надеюсь, проверять вещи не будут? Это уже выходит за всякие рамки. Нас выдернули прямо с занятия, несмотря на недовольство милашки Асвейг, и построили в указанной точке. К этому времени подоспел и сам Адельхайм. Чувствую, это надолго. Нет, я всеми фибрами души желал, чтобы сегодняшняя тренировка у Бертекса не состоялась, но не такой ценой.

— Господа и дамы!

Ого, Адельхайм решил проявить любезность? Плохой признак, очень плохой. Либо ему что-то от нас нужно, либо…

— Случилось непредвиденное. Этой ночью дикие атаковали пограничные заставы Норстейна и вторглись на территорию Норстейна. Это не обычный набег, в котором участвует до сотни воинов. Это полномасштабное вторжение. Их тысячи!

Голос начальника лагеря ненадолго дрогнул, но он быстро взял себя в руки.

— Мы уже отправили письма уважаемым тронгам, которые выступают гарантами безопасности нашего государства, но первыми в бой придется вступать нам.

Ага, почему-то мне кажется, что звероподобные даже не явятся на эту войну, даже если нас всех перебьют.

— Тан Ингемар Стейн оказал нам огромную честь, позволив принять участие в походе против диких. Вот уже десять лет выпускники нашего лагеря пополняют ряды защитников на северных пределах. Сейчас же наша задача усилить подкрепления и отбросить врага!

Среди ребят пробежал шёпот. Подопригора явно испугался и готов был наложить в штаны, Тенори с Красом возмущались, едва понизив голос, а Холмович хмурился. Я же отчетливо понимал одно: Началось!

Глава 12

Прорыв

Адельхайм отказался сопровождать колонну учеников, сославшись на то, что невелика честь возиться с недоучками. А мне кажется, просто испугался. Если и правда говорят, что на границе всё серьёзно, то наш поход может закончиться плачевно. Зато с нами отправили Никанора, Бертекса, четверых охранников из лагеря и даже двух целителей. К своему стыду я понял, что так и не узнал их имена, а ведь мы были многим им обязаны. Кто помог Лапину? Кто помог мне избавиться от тёмных атак Тенори? Пусть целители с неба звёзд не хватали, но исправно делали своё дело.

Ну, с охранниками понятно — они скорее здесь для