и снова хотелось отвести взгляд, хотя нет ничего прекраснее, чем смотреть в чайные глаза моей человечки – нежной, манящей.

Надлежало всё прояснить. Сразу по трём пунктам. Новое положение Миры в обществе. Её новое положение в физиологическом плане. А также мебель…

С чего бы начать?

Я усадил Миру за круглый стол в секторе гостиной. Подал ей большую чашку чёрного кофе – сейчас запрос её организма на этот продукт запредельно высок. Это нормально.

– Сегодня я лично приготовлю тебе кролика, запечённого в кофейных сливках, моя человечка, – уведомил я Миру.

– Эм... Звучит… интересно. Спасибо…

– Тебе и нашему совместному потомству это будет полезно. Эмбрион уже в стадии имплантации к стенке твоей матки, у атлантианской расы эта фаза проходит быстрее чем у людей…

Бах!

Чашка с грохотом разлетелась.

Мира была в порядке, она просто разжала пальцы и отпустила в свободное падение свою чашку полную кофе. Человечка смотрела на меня огромными глазами. Так, отлично. Главное я ей пояснил, теперь отвечу на вопрос о документах, что так её беспокоил.

Я взял с изящного комода рабочий планшет и развернул на его мониторе перед Мирой документ. Свидетельство о браке, ранее подписанное ею. Но теперь это был официальный перевод на всеобщий язык.

– Нет повода для волнения, Мира. Потомство появится на свет юридически безупречно защищённое. В законном браке с гражданином Атлантии. Со мной. Депортации ты, разумеется, не подлежишь. Потому как с момента подписания относишься к атлантианской расе.

Я немного подождал. Но Мира молчала и не шевелилась. И я решил продолжить пояснения:

– …физиологически за счёт фетального химеризма ты приобретёшь ряд атлантианских особенностей. Изменения будут плавными, и что-то из этого останется и после родов… Последующие беременности будут закреплять новые качества. Атлантианцы редко производят на свет более одного ребёнка. Но мы с тобой не ограничены ни временем, ни материальными ресурсами. А традиция беречь генофонд и не распыляться – не актуальна для нас. Наши гены хорошо сочетаются. Так что это на благо популяции. Я считаю, что чем больше, тем лучше. А ты что думаешь?

Она всё ещё молчала.

Только моргнула один раз. Открыла рот и закрыла снова.

Хм, понимаю. Надо обработать информацию. Всё же Мира человек. Её реакции пока не ускорились до атлантианских. Но это не страшно. Я дам время. А если она останется в человеческом темпе... что ж, это где-то даже мило.

Пока что я включил бесшумного робота-уборщика – собрать осколки чашки и ликвидировать кофейную лужу на полу. И вскоре подал хранившей молчание Мире новую чашку крепчайшего кофе.

– Ах да, Мира. Я также заказал мебель.

– Что?.. – наконец прошептала моя человечка.

Хм. Она, видимо, забыла о какой мебели речь.

– Тебе понравилась мебель. В одной из малых гостиных. Ты подумала, что хочешь домой такую же, но с лавандовой обивкой. Я уловил это твоё намерение и заказал гарнитур к нам домой и…

– Да как ты можешь?!... – пролепетала человечка.

– Состав можно откорректировать. Взять дополнительные пару кресел или отказаться от диванчика-рекамье. Он такой несимметричный… это не проблема, Мира. Не стоит так беспокоиться.

Я взял мою человечку за руку. Нежно поцеловал.

Её пальчики мелко дрожали. Кожа теперь ещё ярче пахла кофе и чайными розами с Земли. Безупречный, идеально подходящий мне аромат.

Мира смотрела на меня всё так же ошарашенно.

Её губы беззвучно артикулировали какие-то фразы в стиле драконоида Гидеона. О том, что атлантианцы "совсем не видят берегов". Или что-то в этом роде.

Хм… готов признать, может, я в чём-то и был неправ.

– Мне жаль, Мира, – мягко улыбнулся я, – конечно, не стоило без тебя заказывать мебель…

Мира зашипела на меня почище накса, отняла свою руку и принялась большими глотками – практически залпом пить кофе.

Мира

Мир взорвался.

Перевернулся на голову и обратно на ноги.

Я беременна! От виана… нет, просто от Арона!!!

И он – так по-атлантиански меня уведомил об этом. А не надо разве сначала партнёра узнать?!! Всё обсудить?!! Проверить совпадение ценностей или что там рассказывают в психологических подкастах?!

...Хотя я знаю виана Арона год. Как будто как облупленного. А он, можно не сомневаться, – отлично знает меня.

Но мы ничего такого не обсуждали! Даже не встречались…не были парой… Мы просто…

Что за жесть?!

Как так?

А контрацептивный укол, что положен на службе раз в полгода? Я ведь не пропускала, хоть и не жила половой жизнью! Почему же… Ну да чёрт с ним с уколом!!!

Я беременна!

Я…

На глаза навернулись слёзы. Горло словно спазмировало, но…

Нет, это не истерика.

Как ни странно, это… эйфория.

Почти безумное счастье – это оно, сбивающее с ног, разбивающее на атомы, словно раздвигающее сиянием рёбра изнутри!.. И мне то ли щекотно, то ли горячо. Я то ли упаду в обморок, то ли истерически расхохочусь.

Такое странное счастье, которым я не могу управлять – как будто горит вся моя кожа…

Я просто… не в себе.

…И после новости о ребёнке тот факт, что я подписала согласие на вступление в брак на первородном языке Атлантии и дала на всё устное согласие, даже не поняв, что делаю… эта новость как бы смазалась. ВЕДЬ Я БЕРЕМЕННА.

Манипулятор-атлантианец явно специально шокировал меня новостью о “потомстве”, как он изволил выразиться! Чтоб потом мне было на всё остальное… не плевать, но… накричать на него я уже не могла физически! По крайней мере – не сейчас. Я была готова разрыдаться… но голос не слушался.

Только кофе, который я сейчас хлестала большими глотками – как-то на физиологическом уровне меня выравнивал.

И, лишь поставив опустевшую чашку на стол, я смогла заговорить:

– Арон… ты это сделал… специально?

– А как это технически можно сделать случайно? – мягко улыбнулся Арон, – Мира, ответственность, которую я за тебя взял – это, в том числе вопрос твоей безопасности. Быть землянкой и быть атлантианкой… это объективно очень разные шансы на выживание в подобной миссии. Я сделал тебя атлантианкой, это было наилучшим решением вопроса.

– Так ты сделал мне ребёнка и женился… ради миссии?! Чтобы меня не убили?

Вдруг стало горько. Словно что-то многотонной плитой сдавило мне грудь, но… лишь на несколько мгновений.

Виан Арон замер, словно размышлял, как ему сформулировать ответ. С учётом разницы наших восприятий. Пока у него