– Эриксоновский гипноз… – шепнул Гришке Серёжа. – Гибкая модель, через пару минут отпустит.

Старушка нетерпеливо шикнула:

– Благодаря твоим стараниям, Григорий, в Томской губернии образовалась вакансия Хранителя. Второй год ищем кандидатуру, и всё никак! Приходится самой замещать, на полставки, так сказать… Потому Правление приняло единогласное решение завербовать двух стажёров. Лет так на пяток, для обучения основным навыкам. Серёжа ужо согласился, осталось тебя урезонить.

Гришка громко и невнятно замычал. Мужики за соседним столиком обернулись. Серёжа хихикнул и вдруг ляпнул:

– А я тут как раз прикинул: вакансия – одна, а нас – двое…

Договорить он не успел – старушка свела седые брови и, стрельнув в него взглядом, точно брандспойтом, снова обернулась к Гришке:

– Ты не надрывайси, милок! Помолчи чуток, дослушай… Барской зарплаты я не обещаю. Но полное довольствие на время стажировки гарантирую. Еда, одёжа, технические средства, так сказать, за мной. Гм… из мотивирующего… – Старушка залезла вилкой под косынку и почесала ею затылок. – Устрою-ка я тебя, Григорий, в техникум. Ежели справишься с обучением – выбьем льготное место в Политехническом университете. Поживёшь пока в доме у Андреича – у них на площадке однокомнатную в аренду сдают. Квартплату в долг запишем, без процентов, расплатишься, когда сможешь…

Гришка снова замычал…

– Увольнительная будет, как без её! На полторы суток – домой, еженедельно. Отмечаться будешь у меня, я завсегда с яблочками на Покровке. – Аграфена Семёновна подметила, как погрустнели Гришкины глаза. – За матушку свою не беспокойси, присмотрим! Ежели чего, в обиду не дадим. Да и у тебя круглосуточный догляд будет. Так-так… Кажется, ничего не забыла… Ах да! Из минусов: подписка о неразглашении – само собой, продолжительные командировки в регионы с неблагоприятными климатическими условиями – без вариантов! Вроде ещё что-то было… – Старушка порылась в ридикюле, вынув оттуда мятый лист, долго бегала по нему глазами, после, неторопливо почесав подбородок, высморкалась в огромный носовой платок и небрежно бросила: – Обет безбрачия я уже называла… Ну, пожалуй, и всё! Остальное мелочовка.

На «обете безбрачия» замычал Серёжа. Бабуся виновато взглянула на него:

– Кажется, в прошлый раз я не сверилась со списком… Ну-ну, не пужайтесь вы так! С обетом безбрачия не всё так плохо! Семью, конечно, не заведёшь. Но мы ж не изверги какие… На такой случай имеются кой-какие исключения. Вот, например: вербовка семейной пары, – бабуся вынула из ридикюля перо и чернильницу, поставила в листочке жирную галочку. – Гмм… тут, как с вакансией повезёт, но в целом…

У Гришки расклеился рот. Ворочая языком, точно снятым с жару расстегаем, Гришка наконец спросил:

– Энто какой-то иллюзион, мистификация, да?

Старушка вздохнула:

– Нет, милок, энто суровая реальность! Советую долго не раздумывать, такие вакансии на дороге не валяются… Опять-таки – с другом и дело спорится! А ежели ты об свербигузке своей печёшься, так и зря… Не пара она тебе, Гриша, ой не пара…

На этих словах глаза старушки заегозили-забегали. Она стянула с носа очки, принялась старательно протирать стёкла носовым платком.

Гришка отмахнулся от её намёков, точно от назойливой мухи.

– Чего делать нужно? – спросил он сурово.

– А вот это ужо по-мужски, Гриша! – взбодрилась бабуся. – Сущие пустяки: за хронологией времени следить, заблудшие души восвояси отправлять, людям в беде помогать. Ничего безнравственного… Зуб даю, токмо в соответствии с совестью! Ежели к подписанию договора перейдём, все шестьсот шестьдесят шесть пунктов должностного регламента разжую и по полочкам разложу, останется проглотить.

– Хронология времени, говоришь? – переспросил Гришка и почесал висок.

Старушка кивнула.

– Энто тот самый закон, по которому из будущего нельзя в прошлое попадать? – Гришка глянул на бабусю цепким взглядом.

– Верно говоришь, верно! – старушка блаженно потёрла рябые ладошки.

– Тогда как же я из двадцать первого в четырнадцатый век попал? – усмехнулся Гришка.

– Стоп-стоп-стоп! Ты тоже успел во времени попутешествовать? А я почему до сих пор не в курсе? – возмутился Серёжа. – Аграфена Семёновна, вы мне ничего такого не говорили! И что значит нельзя попадать? Я же как-то попал.

Старушка почесала вилкой висок:

– А ты, касатик, не шуми, я женщина пожилая, мало ли чего позабуду… Память, чай, уже не девичья… Да и нечего кому попало…

Серёжа шлёпнул себя по лбу растопыренной ладошкой:

– Аграфена Семёновна, вы что, сознательно меня дезинформируете? Что значит кому попало? Я, между прочим, стажёр! Лучше скажите прямо: перемещения в прошлое разрешены или нет? И каков механизм действия? Хокинг, например, считал, что вероятность таких путешествий очень мала… Но если принимать во внимание теорию струн с её одиннадцатью пространственно-временными измерениями, он допускал наличие искривлений пространства и времени, способных преобразовывать виртуальные частицы в почти реальные, движущиеся по замкнутым траекториям…[174]

Гришка и старушка переглянулись. Гришка пожал левым плечом. Аграфена Семённа горько вздохнула:

– Вот оно – горе от ума-то!

Серёжа осёкся и, обиженно моргнув глазами, затих.

– И всё же, любезная Аграфена Семённа, как так выходит, что ты туда-сюда без конца шастаешь? – спросил Гришка. – Да и я в прошлом немало делов наворотил… Ежели Серёжу послушать – круто я развернул будущее, и его, и Андреича, и своё собственное. И по энтому вашему закону мне ничегошеньки не будет?

– Андреича? – снова встрепенулся Серёжа. – О чём это ты?

– Я тебе чуть погодя расскажу… – отмахнулся Гришка.

Серёжа хотел было что-то сказать, но бабуся снова глянула на него, и тот враз обмяк.

– Законы для того и существуют, Гриша, чтобы их обходить. Токмо вот цели у обходящих бывают разные. Ох, разные! – она отрешённо покачала головой. – Тебя я в двадцать первый век не развлечения ради заслала, не по собственной блажи. Нужон ты мне был! Знаешь ли… эти извечные юридические закавыки! То, что можно простым смертным, Хранителям непозволительно. Вот и пришлось немножко покумекать, изобрести, так сказать, хитроумный план…

Гришкины брови поползли на лоб:

– Так энто твоих рук дело? И мы с Галей по твоей воле в такую даль забрались?

– Моих, милок, моих! Змеева давным-давно пора было на чистую воду выводить, да и Андреича, бедолагу, вызволять нужно было…

– Откудова вызволять? Ежели б я Галю на том балконе смог удержать и мы бы в будущее не загремели, дак и Андреич и не полез бы в тот лаз…

– Так-то так, Гриша, да не совсем… Если бы не вы, Андреич всё равно бы оказался в этом подземелье. Змеев ему нужные координаты подсказал, а сам ловушку устроил, рассчитывал на то, что тот либо погибнет, либо в прошлом на веки вечные застрянет… Так что без вас ему было не справиться…

– Так это ты моего папу спас? – всплеснул руками очухавшийся Серёжа.

Гришка не ответил ему – прищурившись, глянул на Аграфену Семёновну немигающим взглядом:

– Но как же ты наперёд могла знать, что я на балкон подамся и Галю за подол ухвачу? Что Галя под колёса экипажа попадёт,