вспомнив предупреждение цыганки держаться подальше от чёрной магии. В светлом зале библиотеки было спокойнее. По левую руку располагался стеллаж с надписью "Архив". Здесь хранились личные дела. Также испорченные водой. Расплывшиеся лица и буквы, волнистые края слипшихся листов. К своему удивлению Лея обнаружила здесь фотографию Чунь Шэн Ли и характеристику на неё. "Практикантка в корпусе начальной школы 1995 — 1996. Номер комнаты 8".

Из этой же комнаты оказались ещё три девушки: кудрявая блондинка Аманда, девушка с русой косой Глория и рыжая... Лейла.

Дрожащими руками Лея перевернула карточку. На обратной стороне была та же информация, что и в альбоме обо всех преподавателях Эль Кастильо. "11 ноября 1975 — 30 июня 1997". Словно молния, пронзило осознание, что дни проклятий могут быть как-то связаны с жизнью и смертью Лейлы Сноу.

Глава 52. Внутри

— Выходит, твоя тётя жила с этой девушкой в одной комнате, — сказал Дэн, когда после чая ребята уединились в нише на четвёртом этаже нового крыла.

— Вот именно! Но ничего мне о ней не говорила. А когда я спросила... — Лея вздохнула. — Мне очень нужно увидеть тётю. Я должна узнать, почему похожа на Лейлу Сноу. И почему...

Она очнулась, вовремя вспомнив, что не должна говорить о своих проклятиях. Тем более ему, Дэну.

— Может... спросишь у МакГрегори? — предложил мальчишка.

— Шутишь? Хотя... мне кажется, она тоже не знает. Как-то директор пыталась спросить у тёти, но она распылила исчезательный порошок.

— Он ведь от простолюдинов, — округлил глаза Райс.

— Да, но... тётя Чунь использует его и от магов с каким-то особым заклинанием. Я его не знаю.

— Было бы логично обучить тебя ему в первую очередь. Да и... разве это не поможет ей успешно скрываться от Ворона?

— Магия оставляет следы. Лёгкий шлейф. Или плотный сгусток Ци. Ворон чувствует волшебство. Поэтому можно укрыться только среди простолюдинов. Что мы и делали... Но теперь...

— ...твоя магия проснулась, — закончил за неё Дэн.

— Да. Поэтому скрываться приходится среди волшебников. Сначала я не понимала, почему именно здесь. Но теперь... Хотя и теперь не понимаю. Если тётя не готова говорить о моём сходстве...

— Я помогу тебе разгадать эту тайну, — мальчишка протянул руку.

— Спасибо, Дэн. Только, — она сжала его тёплые пальцы, — никому больше не говори. Даже Крису... Даже Соне. И Кларе... Никому.

— Ладно, — до чего же добрая у него улыбка.

 

Кое-как отсидев английский и алгебру, Лея потащила Соню в кабинет географии. Подруга отчаянно упиралась. Говорила, что не хочет попадаться на глаза человеку в чёрном.

— Эй, ты думаешь, он не помнит, как мы землёй в него кидались?

— Сонь, если тебя это так беспокоит, почему бы... тебе просто не извиниться?

— Эй, Лея, ты чего? А вдруг всё-таки забыл, что это была я? Нет, ни к чему лишний раз напоминать. Но мне правда жаль.

— Тогда тем более идём скорее. Пусть он прочтёт это в твоих глазах.

— Да ну, в нём магии совсем не осталось.

Снежински на девочек сначала не обращал внимания. Спокойно менял карты на доске, готовился к занятию.

— Мисс Ли, после урока останетесь, — от его мимолётного взгляда Лея поёжилась.

— Угу.

Человек в чёрном вышел и вернулся в класс со звонком. И как ему удавалось, обладая негромким голосом, держать аудиторию? На его уроках тишина была такая же, как и при директоре. Только старшеклассники, по словам Сары, могли себе позволить дерзить ему. И то, в основном, на переменах, и далеко не все. Только самые отчаянные. Например, Люмус Дарк. Отвратительный тип. Наглый, беспардонный, агрессивный, упёртый и приставучий. Понятно, почему его так ненавидела Соня. Блондин не давал прохода её сестре.

Когда класс опустел, Лея подошла к мистеру Снежински.

— Мисс Ли, сегодня после ужина буду ждать вас в подвале под лестницей. Я должен вернуть вам вашу вещь.

— Угу.

— Постучите семь раз — я открою.

— Угу, — Лея еле удержалась от признания, что может пройти в Шато без посторонней помощи. — Как ваше плечо, сэр?

— Лучше, — кажется, он не намерен был продолжать разговор.

 

Человек в чёрном двигался быстро. Лея едва поспевала. Они шли в свете одинокого фонаря в руках Снежински. Керосинки в переходе не горели. Чтобы видеть хотя бы немного дорогу и не спотыкаться, приходилось чуть ли не наступать на его длинную тёплую накидку. Лея до дрожи боялась вызвать гнев человека в чёрном. Ведь он был её ночным кошмаром. Только почему его боль не отпускает её? И эти сны... где он просто стоит позади... где шепчет чужое имя. Она ещё до знакомства с ним чувствовала за спиной убийцу. А теперь... он вёл её в свои призрачные владения, а она следовала за ним, как послушная овечка. Что победит? Доверие или страх?

Наконец вышли в холл. Темно. Под лестницей у прохода на цокольный этаж было пусто. Это потому что Бланка стояла на месте. Вошли в холодную каморку.

— Простите, сэр. А где дракон? — лежанка оказалась пустой.

— Шастает где-то по замку. Старая она. Сон ни к чёрту. Да и спать в холоде на голодный желудок — то ещё удовольствие, — он поставил лампу на каминную полку. С неё же взял шапку Леи и отдал.

— Угораздило меня попасться на глаза директору. Пришлось всё ей рассказать.

— Напрасно, — Лея спрятала выбившийся золотой локон под шапку. — Тётя запретила мне этим пользоваться и рассказывать... посторонним, — смущённо произнесла она последнее слово.

— Так зачем же вы тогда подошли ко мне? — отблески огня делали его лицо ещё более мрачным.

— Я не знаю. Может... это боль? Позвала меня.

— Не слушайте её больше, мисс.

— Если бы я могла. Я ведь понять её хочу, приручить. Как котёнка.

Человек в чёрном усмехнулся и подбросил полено в тлеющие угли.

— Надеюсь, вы не успели снова простудиться.

— Нет. Да это и не страшно. Никогда не болела дольше двух дней,