полированной поверхности сиротливо жались друг к другу пустые бутылки из-под бурбона, стояла пепельница, полная окурков с помадой, и валялась разбросанная колода карт.

— Играем в «Каменный покер»! — объявил Говард, усаживаясь во главе стола.

Я замер. О таком виде покера я не слышал. Одна из девушек — Бэмби с фарфоровой кожей — без единого слова, привычным движением нырнула под скатерть и исчезла там, в складках тяжелой ткани. Вторая, Лола, ловко взобралась прямо на стол, скрестив ноги среди пустых бутылок, и вызывающе посмотрела на нас.

Я осторожно коснулся локтя Дикки, который сел рядом. — Какие правила? — тихо спросил я.

Жених нервно сглотнул, глядя на колышущуюся скатерть. — Всё просто, Кит. Та, что внизу, — он замялся, — она сосет игрокам. В том порядке, как ей вздумается. А та, что на столе, — он кивнул на Лолу, — она «наблюдатель». Она должна по твоему лицу определить, в какой момент тебе... ну, ты понимаешь… хорошо. Если она угадывает, ты обязан спасовать на раздаче, а все твои фишки уходят победителю раунда. Если не определяет — девчонки меняются местами.

— Господи, — прошептал я. — Это действительно «каменный» покер. Нужно сохранять лицо, чего бы тебе это ни стоило.

— Именно, — кивнул Дикки. — Говард утверждает, что это лучшая тренировка для бизнесмена. Контроль над нервными окончаниями. Самый трудный покер фейс.

Мы сели за стол, начали играть. Хьюз раздал карты. На кону стояли не просто фишки — на столе лежали пачки крупных купюр. Достал несколько стольников их кошелька и я. В лобби «Фонтенбло» внизу сейчас, возможно, заливало подвалы, но здесь, на вершине, жизнь превратилась в сюрреалистический перформанс.

Первые две раздачи прошли спокойно. Я пытался сосредоточиться на комбинациях, стараясь не думать о том, что происходит под столом. Слышалось лишь приглушенное шуршание ткани и тяжелое дыхание Барни, который сидел напротив меня. Собственно, его первым и спалили.

На третьей раздаче я почувствовал прикосновение.

Сначала это было едва уловимое движение пальцев по колену, а затем... Девушка внизу явно знала свое дело. Она действовала профессионально, быстро и пугающе умело. Сосала быстро, за щеку. В какой-то момент мне захотелось просто закрыть глаза и откинуться на спинку кресла, но на меня в упор смотрела Лола, сидящая на столе. Ее взгляд сканировал мое лицо, как радар. Любое движение мимического мускула, любое расширение зрачка — и я проиграл.

Я сжал челюсти так, что зубы заскрипели. В картах у меня был фулл-хаус на королях — отличная рука. Но сейчас важнее было не то, что у меня в руках, а то, что у меня в штанах. Я смотрел на Говарда. Он сидел абсолютно неподвижно, его лицо было бледной маской, высеченной из льда.

— Колл, — сказал я, уравнивая ставку. Голос мой прозвучал на удивление ровно. Вроде держусь. Ох…

Лола перевела взгляд на Дикки. Тот дернулся, его лицо покраснело, и он тут же бросил карты. — Фолд, — выдохнул он.

— Это ты, Дикки? — утверждающе спросила Лола

— Нет! — раздалось из под стола — Новичок кончил. Лезь под стол.

— Я просто пасанул! — признался жених — Карта плохая.

К концу круга победителем снова вышел Хьюз. По его лицу вообще невозможно было что-то прочитать. Казалось, он отключил все нервные окончания ниже пояса. Он сгреб гору денег своими длинными пальцами и удовлетворенно кивнул.

— Девочки, перерыв, — скомандовал он. — Вы устали. Идите в спальню, приведите себя в порядок. Кит, еще рома?

— Можно, — ответил я, чувствуя, как внутри всё еще вибрирует эхо недавней разрядки. Все это накладывалось еще и на бухло.

Бэмби, вытирая губы, вылезли из-под стола. Выглядела она запыхавшейся, с размазанной помадой. Обе девушки удалились в соседнюю комнату, и в гостиной воцарилась та самая мужская тишина, которая наступает после странных и порочных развлечений. Все смущенно переглядывались. Кроме Говарда. Этому все было пофиг.

Потом начался треп ни о чем. Барни хвастался новым контрактом на поставку бумаги для правительства, Фрэнк рассказывал, как он «оптимизировал» налоги в порту Майами. Они швырялись миллионами так, будто это были фантики от жвачки. Я слушал, впитывая информацию. Тут царили уверенные в себе хищники, которые считают, что правила созданы для других.

Вдруг Дикки, который к этому моменту присосался к «Урагану» и заметно поднабрался, поднял голову и посмотрела на Хьюза. — Говард... слушай... а вот сейчас... — он икнул. — Вот то, что было под столом. Это считается изменой моей невесте?

В комнате стало тихо. Барни усмехнулся, Фрэнк закурил сигару.

— В смысле? — Хьюз лениво мешая карты.

— Ну... — Дикки замахал руками. — Я ей клялся. У нас свадьба. Чисто технически — я же не вставлял. Ну, шлюха просто... ну, ртом. Это измена или как?

Говард поставил стакан на стол. Его взгляд стал острым и неожиданно философским.

— А давай разберем, Дикки. Тут есть один странный нюанс, о котором я часто думаю.

Глава 6

Тема измен странным образом оживила Хьюза. Он пересел к жениху, спросил:

— Допустим, чисто теоретически, ха-хаха — Лола тебе сегодня ночью даст. В постели, в миссионерской позе, все честь по чести.

— Ну представил… — эта идея Дикки не показалось фантастической

— А потом ты еще ее с утра разок возьмешь. По утреннему стояку.

— Ну и такое возможно

Народ за столом заулыбался.

— У меня после бухача по утру всегда стоит

— Здоровье хорошее — покивал Хьюз — Так это одна измена или две?

— Ну одна

— Почему?

— Одна баба, одна ночь. Вот если была бы еще Бэмби…

— Ладно, усложним. Допустим мы через год, мы опять в Майями и опять взяли шлюх. И снова тут Лола. Опять ты ее трахнул. Это уже две измены? Или все еще одна?

Дикки задумался. В его пьяный мозг все это с трудом заходило.

— Две. Счетчик то обнулился.

— Когда?

— Ну через сутки.

— Вот видишь! У тебя в голове есть счетчик. Это раз. Во-вторых, он сложно устроен - по времени, по женщинам, по тому, как случился секс. Вот сегодня тебе Лола отсосала за столом. Это измена?

— Так я и пытаюсь это выяснить. У меня