- Α что-нибудь кроме плача вы слышали ещё?

   - Да вроде қак нет, - самая старшая из девушек оглянулась на товарок. – Просто плач, как совсем маленькие дети орут, когда голодны или там живот крутит.

   - У мамки так младенчик заходился, пока не затих, – добавила ещё одна. - Три дня всего-то и прожил, даже богам показать не успели.

   Это было весьма показательно, что каждая из них услышала только то, с чем раньше дело имела. Это был весомый довод в пользу того, что в стенах монастырских появился именно игоша.

   - А вот скажите мне, - Морла выдернула травинку, но против привычки не сунула её в рот, а принялась вертеть в пальцах. – Кто-нибудь решился не только выглянуть за дверь, но и пройти чуть подальше?

   Надежды на это было мало, но всё-таки.

   - Мы с Марфой, – с готовностью отозвалась девушка. – Нас двое, нам не так боязно было. И ещё по пути к нам Αсения из другой комнаты присоединилась.

   - Только мы не далеко прошли, – добавила сама Марфа. – Только до крыльца, а там как поняли, что оно нас вглубь парка заманивает, так сбегли.

   - Может зря? – засомневалась её подруга. - Мож чего полезного узнали?

   - Выкиньте эти мысли из головы! – строго одёрнула из Морла. Подобные идеи нужно давить в зародыше. – Поддаваться на игры нежити – это совсем ума нужно не иметь. Ну или желать себе смерти, а если я права и это действительно игоша, то и очень неприятной смерти.

   - А разве кто-то уходит? – недоуменно вскинула глаза самая старшая из девушек. – Жуть же ж.

   - По-разному случается, – Морла качнула головой, и полезла в сумку,которую всегда имела при себе, за бумагой да за грифелем. – Бывают люди,которые ходят, не до конца проcнувшись, а то и вовсе во сне, бывает, с сильного устатка плохо соображают и спьяна тоже можно много чего натворить, в том числе и на зов нежити поддаться. А то и вовсе от горя да тяжести вины какая умом подвинется, да сама, добровольно пойдёт. Ρазные случаи бывают.

   Рассказ ничуть не мешал ей тонкими штрихами наносить план расположения зданий обители, схематично дорожки в саду и точечно раскиданные тут и там каплички. Всяких-разных баек она могла понарассказывать столько и таких, что слушательницы бы расходились, икая от страха. Но не было у неё такой задачи, вот разве чтo насторожить и предостеречь.

   - Так, - проговорила Морла, мысленно прикидывая расположение комнат в девичьем крыле и коридоров – из-за слишком мелкого масштаба изобразить их не получилось бы,и направление на парк. По всему выходило, что ложилось оно на более-менее прямую линию. – Ладно. Можете пока идти и будьте готовы, что ночевать придётся сегодня в другом месте. Я попрошу приготовить самую большую из спален.

   Девушки ушли, и с некоторого отдаления послышалось их живое обсуждение всего произошедшего. Всё же девчонки есть девчонки. Какой бы страшный страх с ними не случился, всё сойдёт за повод языком поплескать. А вот Снежка осталась. Подошла, присела рядом, заглянула в лицо вопросительно.

   - А что есть ещё какие-то сомнения?

   - Есть варианты, – согласно кивнула Морла. – Не всегда оно оказывается тем, чем кажется. Мне однажды такой случай попадался, когда под окна вражине приносили вполне живого ребёнка. То ли устыдить ту в чём хотели, а то ли и вовсе с ума свести. Но это, правда точно не наш случай: обитель – не село, здесь совсем маленьких детей нет, а если и появится, то его так просто не утаить – все же на виду. Но возможно и другое. Крикса.

   - Так они ж лесные! – искренне удивилась Снежка.

   - В основном – да. Но я знаю несколько случаев, когда они и в деревеньки заходили, на окраину и если та возле леса стоит, но всё же. В города, правда, не заходили ни разу. Но у нас тут и не совсем город, да и парк громадный, так что кто знает, вероятность была.

   - А как отличить? Нет, я помню, что те ещё и довольно противно хихикают, но они же не всегда так делают.

   - Иногда еще можно какое-то бурчание расслышать, когда,то ли грозит чем, неразборчиво,то ли что-то просит, а может и вовсе обещает, но тоже неявно. Но это ненадёжно. Самое главное, крикса – тварь лесная, поморочить любит, а потому крики раздаются то с одной,то с другой стороны. А игоша ведёт точно, на свою могилку. Я вот еще других девушек порасспрашиваю.

   - А меня с собой возьмёшь? Мне же опыта нужно набираться. А то вдруг и в моих Малых Лужицах что подобное случится, а я знаю, что делать разве только теоретически.

   - Большая часть того, что могу я,тебе и не понадобится, эти приёмы применимы только для одарённых некромантов. Но требование законное. Так что вечером,тоже подходи к самой большой спальне.

   Весь остаток дня был занят беготнёй: нужно было договориться, чтобы для её нужд освободили самую большую из спален и установили там дополнительные кровати, предупредить всех наставниц, что часть их пoдопечных проведёт эту ночь не на своём привычном месте, да и по классам, где проходили занятия девушек благородного происхождения, она прошлась сама. Этих она особенно не расспрашивала , только просила указать направление, с которого были слышны крики и плач. Α потом скрупулёзно рисовала стрелки на собственноручно начерченном плане обители. И общее направление отследить получалось, а вот локализовать точное место не особенно. Плохо. И как раз в тот момент, когда Морла размышляла, насколько это плохо, к ней подошла весьма разгневанная матушка Ольсана. Та из матушек-настоятельниц, что заведовала всей обрядовой частью служения в обители.

   - Что я слышу! – изливать своё недовольство матушка принялась, еще даже не до конца приблизившись к некромантке. – Вы, драгoценная, никак собрались взывать к силам смерти прямо в стенах нашей обители!

   - Именно, – Морла согласно кивнула. – Попросить смерть забрать то, что ей и так принадлежит, дело богоугодное, с какой стороны ни посмотри.

   - Без разрешения! – воскликнула матушка Ольсана. Именно это, а не сам факт ритуала возмущал её больше всего. Ρазнообразные обряды и ритуалы, особенно в