сошёл? — завопил Ключников, обратив на себя взгляды проходящих мимо пациентов. Макс взял себя в руки, осмотрелся и продолжил уже тише. — Ты отверг Маевскую? Ты хоть понимаешь какой шанс тебе выпал?

— Какой? Не забывай, у меня есть Лера. Хотя, даже будь я один, всё равно ответил бы отказом. Быть очередным ухажёром в её списке? Или ты думаешь, что она меня не бросит, когда добьётся поставленной цели? Такие люди не имеют принципов, для них окружающие люди не более, чем ресурс.

— Да какая разница, что будет потом, Костя? Главное, что ты можешь получить сейчас! — упорствовал парень. — Честно, не понимаю твоей позиции.

— Просто он нормальный парень, а не кобель, в отличие от тебя, — выпалила Семенюта, пробегая мимо нас.

— Чего это кобель сразу? — обиделся Макс, но девушка даже не остановилась, чтобы ответить.

— Вот видишь, Макс. Все говорят, что ты не прав. Повзрослеешь, поймёшь.

— Уж больно ты взрослый, — вспыхнул парень.

— Знаешь, два года разницы тоже чувствуются. Но дело не в хронологическом возрасте, а в зрелости.

За это я должен быть благодарен моему настоящему отцу, который научил меня правильно смотреть на мир и воспринимать вещи, отрешаясь от эмоций. Если бы не он, то даже в этом мире я наделал бы кучу глупостей.

Через минуту я уже забыл о случившемся разговоре, потому как в отделении появился Бричкин. Альберт молча прошёл к кабинету заведующего, а мы с Максом стояли в коридоре и ждали итога разговора. Прошло всего минут пять, когда Радимов вышел из кабинета и перевёл взгляд на меня.

— Костя, собери бригаду в ординаторской, есть тема для разговора.

Глава 19

Валькирия

Сарычеву искать не пришлось, она сидела над журналами в ординаторской. Обычно заполнением историей болезней и журналов занимались младшие целители, но и у старшего медицинского состава находилось достаточно отчётов. Ключников был рядом, поэтому оставалось отыскать лишь Семенюту.

Марину я нашёл заплаканной на складе. Девушка закрыла лицо руками и тихонько рыдала, всхлипывая время от времени. Я отложил в сторону коробку с масляными экстрактами, мешавшую подойти ближе, и присел рядом с девушкой.

— Мариш, что случилось? — поинтересовался я, сев рядом.

— Костя, не сейчас. Дай мне побыть одной.

— Нет, солнышко наше, нужно взять себя в руки, вытереть слёзы и идти к Радимову. Егор Алексеич собирает всех по какому-то важному вопросу.

— Почему так всегда?

— Ты сейчас о причине твоих слёз, или о вызове Радимова?

— Обо всём! — ответила девушка. — Всё происходит совсем не так.

— А откуда ты знаешь, что всё должно быть именно так? — спокойно спросил я, присев рядом на пол, который оказался очень даже холодным. — Знаешь, один знакомый предсказатель тоже задал мне этот вопрос, я принялся с ним спорить, но он открыл мне глаза. Откуда тебе знать, что Макс — именно тот человек, который тебе нужен? Хорошо, не буду спорить, скажу иначе: если он — тот самый, то откуда ты знаешь, что вы должны быть вместе именно сейчас, а не в то время, когда он эмоционально дозреет до отношений? Ты ведь сама видишь, что он ещё незрелый мальчишка. Что, если вы начнёте отношения, а он наделает глупостей, и только лет через пять всё осознает, когда будет слишком поздно? Такой вариант тоже вполне возможен.

Конечно, никакого предсказателя у меня в друзьях не было. Зато в прошлой жизни был повидавший жизнь отец, который многих здешних провидцев мог бы за пояс заткнуть.

— Костя, я ничего не знаю, — покачала головой девушка. — А что, сильно заметно, что я из-за Макса разрыдалась?

— Как сказать… Мне заметно. Думаю, Сарычева тоже всё поняла. А вот Ключников… Знаешь, именно нам, парням, нужно говорить прямо. С интуицией у нас небольшие проблемы.

Сейчас мне вспомнилась Милана, с которой мы общались на эту тему буквально пару месяцев назад. Я не раз вспоминал Пашкову, но девушка напрочь выбросила меня из головы и своей жизни, даже заблокировала телефон, лишив любой возможности выйти на связь.

— Всё, хватит сидеть на холодном полу, не хватало ещё других проблем нажить себе на пятую точку. Приводи себя в порядок и приходи в ординаторскую.

Кажется, мои слова подействовали на девушку. Семенюта перестала рыдать, вытерла слёзы и умылась, чтобы хоть немного скрыть красноту вокруг глаз.

— Костя, а я смотрю, ты зря время не теряешь, — заулыбался Ключников, когда я вышел со склада. — Колись, что у тебя с Маринкой? Неужели с Лерой разбежались?

— Ты идиот, — процедил я, пытаясь сдержать себя в руках.

— Да ладно тебе, я же по-дружески подкалываю, — смутился Макс.

— А я тебе вполне серьёзно говорю. Ты идиот, Макс! Уже полгода Семенюта по тебе сохнет, а ты этого не замечаешь, или не хочешь замечать. И ладно, просто игнорировать. Но обсуждать при ней прелести других девушек, это уже перебор.

— Маринка что ли? — удивился парень и перевёл взгляд на дверь уборной, где укрылась девушка. В этот момент дверь распахнулась, а Семенюта вышла в коридор с гордо поднятой головой и удалилась в ординаторскую.

— Вот же ржавый скальпель! И почему я раньше не догадался? Хотя, теперь я понимаю почему она ещё с академии на меня заглядывалась.

— Теперь ты знаешь. Вот и думай, что с этим делать.

Когда мы с Максом вошли в ординаторскую, остальные были уже в сборе.

— Господа, если вы так на операцию собираться будете, ни о какой экстренной помощи и говорить нельзя, — принялся отчитывать нас Радимов.

Мы с Максом решили не припираться, и молча заняли оставшиеся пустующие места, а Егор Алексеевич был явно не в настроении песочить нас дальше и быстро вернулся к причине, по которой собрал нас в ординаторской.

— Коллеги, хочу обратить ваше внимание на изменения в составе бригады. Альберт Бричкин пожелал продолжить работу младшим целителем в другом месте. Соглашение о расторжении договора об обязательной отработке подписано главной целительницей больницы, и теперь он продолжит работу в другом месте.

— Небось, в Первую городскую пойдёт, — рассмеялся Макс.

— Куда бы не отправился Бричкин, это его дело, а мы желаем ему реализовать себя на новом месте, — с нажимом произнёс Радимов.

В этот момент дверь отворилась и на пороге появился человек, которого мы никак