что лгать грешно! Вы пытаетесь обмануть взрослых умных людей, забывая, что ваши слова легко проверить. Даже если вы и получили от священника документ, брак ваш с покойным пройдохой недействителен, — отрезала воспитательница.

И тут у меня слегка потемнело в глазах. Грымза говорила о проверке на девственность! А они такую вполне реально могут провести, если отправят запрос наместнику. Тот пришлёт подручного со специальным магическим артефактом и выяснит, что Душечка чиста, аки агнец. К тому же такое важное событие не останется без внимания всей округи. Это скандал и моя подмоченная репутация.

Я оценивающе покосилась на Мирража, но быстро в собственной идее разочаровалась. Даже если я и найду способ избавиться от девственности в срочном порядке, подданные не станут уважать княгиню, которую тягали по всяким проверкам. Репутация у меня должна быть железобетонной.

— Сколько хотите вознаграждения за спасение княжны? — пробурчал Мухин, спустившись с крыльца.

На Властера он не смотрел и обращался исключительно к Беспокойству. Да и то смотрел не в глаза, а куда-то на сжимавшие вожжи руки. Видимо, расставание с деньгами заставило его напрочь забыть об элементарной вежливости.

А платочек Марфы Беспокоевны как будто посинел ещё сильнее, и оставшаяся на крыльце Минерва потерла грудь, пытаясь унять тревогу.

Властер одним плавным движением спрыгнул с телеги и, встав рядом со мной, ловко, будто из воздуха, вытащил брачный свиток. Он развернул его так, чтобы опекуну стали видны и печать Облачного города, и сами записи.

— У княгини есть бумага. Можешь её почитать. А есть ли бумага у тебя, старик? Не терпится взглянуть на твои обязанности и полномочия, — сказал Мирраж спокойно, но так весомо, что Мухин вздрогнул.

Однако сдаваться не спешил.

— А ты кто таков, чтобы вопросы мне задавать? — с вызовом спросил он.

Правда, смотреть в глаза превосходящему его в габаритах мужчине по-прежнему не осмеливался.

— А мы, милок, с сынком моим — охотники на мрачные порождения и прочую опасную нечисть, — вдруг выдал Бес противным дребезжащим голосом. От него даже у меня мурашки по спине побежали. — Заехали в ваши края, потому что наплыв тут ожидается страшный. И уже убедились, что не зря. Целую княгиню спасли. Так что рассчитываем на кров, пищу и прочие блага. Мы теперь тут будем жить.

И крыть Мухину стало нечем. Память услужливо подсказала, что охотники на нечисть в низинах почитались так, что Гарольду из Ривии даже не снилось.

— Мамаша забыла уточнить, что лишние нам в доме не нужны. Предъявишь свою бумагу или так скроешься с глаз? — добил опекуна Мирраж.

А правда, а что за бумага есть у Мухина? Я знала только, что его прислал наместник — он сам так сказал, явившись сразу после похорон отца и мачехи. Свитком каким-то он точно в воздухе тряс. Да и в назначении Мухина сомневаться не приходилось — наместник обязан был кого-то прислать присматривать за юной княжной. Однако я никогда не интересовалась, что в свитке написано. Верила на слово и терпела произвол.

— Бумагу тебе⁈ Изволь! Будет бумага! Пройдём в кабинет! — расхорохорившись, выкрикнул Мухин, брызжа слюной.

Но тут способности Беспокойства вызывать приступы паники окончательно достигли воспитательницы, и она заметалась по крыльцу, вцепившись пальцами в свою безупречную причёску.

— Монстры идут! Гаврила, давай уедем! Порождения мрака нас растерзают! Я не хочу! Нянюшка говорила, они всегда приходят за теми, у кого в душе мрак! Они и Агатку поэтому забрали!

Мухин подпрыгнул, развернулся на месте и помчался к своей подручной. Схватил её за плечи, встряхнул, пытаясь остановить, а потом отвесил смачную пощёчину.

Мда, похоже, они близки даже теснее, чем я думала.

Глава 5

Глава 5

Мирраж

Когда Светлые братишки заманили нас в ловушку (не без помощи местных магов) и сковали ограничениями, мы, Мрачные, не стали впадать в ярость и крушить всё вокруг. Мы устроили общее собрание и на нём постановили, что впредь нужно быть хитрее и действовать осторожнее. А это значит, что необходимо создать видимость слабости, которой в действительности нет. Таким образом наша немощь оказалась несколько преувеличенной.

Да, нам действительно нужно приглашение, чтобы попасть в чей-то частный дом. Да, при свете дня мы теряем магию. Однако для проникновения в города Низин и общественные строения никакого приглашения нам не требуется.

А магия… Порождения мрака — наши верные слуги, а они свои способности не теряют никогда и вполне могут сделать всю работу за нас. Да и приглашение в дом получить несложно.

Потому плешивого старикашку я видел насквозь и прекрасно знал — я же не спонтанно решил сделать Душечку сообщницей. Я вообще-то готовился, наблюдал и нужные мысли окружающим в головы вкладывал. К тому, что она осталась сиротой, я никакого отношения не имел. Серафим навёл меня на неё уже позже. А вот предательство сестры и мужа — это уже случилось под моим чутким руководством. Но я не делал этих людишек мерзавцами. Я просто их направлял в нужную мне сторону.

Так вот, этот так называемый опекун и так называемая воспитательница на самом деле — семейка диких магов, которые перехватили настоящего опекуна, отобрали бумаги, скопировали внешность, убили и избавились от тела. Живут тут и ни в чём себе не отказывают. И вот прямо сейчас на крыльце пытаются придумать, как от нас избавиться. Старикан искренне считает, что я не слышу его шипения, но слух у меня хоть ночью, хоть днём одинаково острый. Как и у Беспокойства.

— Прекрати истерику, идиотка! Ты сейчас всю нашу жизнь пустишь под откос. Иди лучше приготовь свои капельки, пока я их в кабинете отвлекаю, — вразумлял он жену.

Но она слишком сильно поддалась влиянию Беспокойства — видимо, силы совсем слабые и все уходят на иллюзию, а на щиты их не хватает.

Кстати! Я покосился на Душечку и ещё раз убедилсяв том, что вот ей на эманации порождения наплевать. Что же за магия такая в ней проснулась? Даже интересно.

— Травить будут, — обернувшись, радостно сообщил Бес и смачно облизнулся. — Страсть как люблю, когда людишки готовят свою отраву!

Душечка ахнула. А я решил, что хватит маяться у порога.

— Приглашай уже нас в дом да пойдём порядок наводить, — проворчал я, подталкивая её в спину.

— Милости прошу, гости дорогие, — взмахнув рукой, ехидно протянула Душечка и пошла к ступенькам уверенным широким шагом, совершенно не свойственным ей прежней. Та