что мне здесь рады, я уже подумываю уйти, но в последний момент передумываю и нерешительно спрашиваю:

— Не спится?

Я почти жду, что она проигнорирует меня, но она удивляет ответом:

— Эмбер храпит как медведь с гайморитом. Поразительно, как такое маленькое существо может издавать такие громкие звуки.

Я усмехаюсь — отчасти из-за её слов, но больше от облегчения, что она на меня не хмурится.

— Моя подруга Саммер такая же.

Чарли наклоняет голову, и её пушистая синяя пижама поблескивает в свете гирлянд.

— Саммер Уэст?

Я киваю.

— Мы с коллегами часто дремали на съемочной площадке, но если Саммер засыпала первой, больше никто не мог. К тому же она спит, как убитая, так что всякий раз, когда её храп не давал нам спать, случались… э-э… ответные розыгрыши.

В глазах Чарли вспыхивает любопытство.

— Какие розыгрыши?

Желая закрепить её дружелюбный настрой, я мысленно извиняюсь перед Саммер и выдаю первый пришедший в голову пример.

— Ты видела фильм «Ловушка для родителей»? — Дождавшись кивка, я продолжаю: — Мы снимали третью часть «Наследников» на натуре, раз за разом прогоняя сцену на озере, пока все не вымотались. Как только Саммер уснула, лишив всех сна, мы нашли надувной матрас и устроили ей её личную версию водяной кровати. — Я принимаю подобающе виноватый вид. — Она уплыла так далеко, что нам понадобилась лодка, чтобы вернуть её назад.

О чудо, на губах Чарли появляется тень улыбки.

— И она до сих пор с тобой дружит?

— Удивительно, правда? — Я усмехаюсь. — Она говорит, это потому, что я неотразим.

Я тут же понимаю, что ляпнул лишнее — лицо Чарли каменеет. Не имея возможности взять слова назад, я спешу добавить:

— Как несчастный маленький щеночек. Это её слова.

Не знаю, помогло это или сделало только хуже.

— Зачем ты здесь, Зандер? — спрашивает Чарли, пряча руки в рукава от холода.

— Из-за разницы во времени, — говорю я, не желая признавать, что это она — причина моей бессонницы. — У меня дома сейчас семь утра, так что тело думает…

— Я не про «почему ты не спишь», — перебивает Чарли с раздраженным видом. — А про «почему ты здесь». В Австралии. В этом конкурсе. И не корми меня сказками про заботу о фанатах. Я хочу правду.

Чтобы потянуть время, я спрашиваю:

— Можно присесть?

Она колеблется мгновение, затем отодвигается на край скамьи, тихо шипя и ворча:

— Тебе повезло, я как раз согрела это место.

Я сжимаю губы, чтобы не рассмеяться — задача почти невыполнимая, когда она елозит на месте, стараясь быстрее прогреть сиденье.

— Спасибо, — говорю я, опускаясь рядом. И затем начинаю напропалую лгать. — Я здесь, потому что подумал, что было бы здорово развеяться перед съемками нового фильма. Я всегда восхищался шоу Хока, люблю природу, так что…

— Кончай пороть чушь, — обрывает Чарли, прищурившись. — Я видела твое лицо, когда ты сегодня познакомился с нами и понял, что я не восторженная фанатка. Ты был в двух секундах от полной паники.

Я сглатываю, прежде чем пробормотать:

— А я думал, что хорошо скрыл свою реакцию.

— Значит, ты не такой хороший актер, как думаешь.

Больно.

Я не подаю виду, как сильно это задело, и вместо этого наклоняюсь ближе, словно собираюсь доверить ей тайну.

— Тебе кто-нибудь говорил, что актеры ужасно неуверенные в себе люди?

Она выгибает бровь.

— Ты не похож на человека, который в чем-то не уверен.

Наши взгляды встречаются.

— Значит, я всё-таки не такой уж плохой актер, — замечаю я многозначительно.

К моему облегчению, в её глазах вспыхивает искорка веселья. Я принимаю мгновенное решение. Гейб убьет меня, если узнает, но это единственный шанс сделать то, что он велел — найти подход к Чарли.

Я говорю ей правду.

— Ты права, — произношу я, выпрямляясь. — Твои первые слова ясно дали понять, что ты не фанатка, и да, у меня был момент паники.

— Но почему?

— Потому что ты мне нужна.

Она замирает.

— Прости?

Я вытягиваю ноги на траве, глядя в ночную даль.

— Судя по твоему поведению, ты видела негативные заголовки обо мне.

— Ты про то, как тебя задержали за вождение в нетрезвом виде? — Её тон сочится ядом. — Да, я в курсе.

Её внезапная враждебность вызывает у меня желание защититься, но я придерживаюсь плана.

— Это и еще кое-что привело к тому, что следующий фильм, в котором я должен сниматься…

— «Война титанов»?

— Именно. Студия пригрозила снять меня с главной роли, если я не исправлю свой публичный имидж. Они дали мне две недели. — Я делаю паузу. — Теперь уже меньше.

Наступает тишина, которую прерывает горький смешок Чарли.

— Значит, конкурс — это пиар-ход. Тебе нужен фанат, чтобы на его фоне ты выглядел ангелом; что-то искреннее, не по сценарию.

— Да, — подтверждаю я, пораженный тем, как быстро она всё сообразила. — Мне нужно, чтобы студия и весь мир увидели, что я не просто «плохой парень» с проблемами.

Она хмурится, отводя взгляд в сад.

— Это как-то связано с тем, что случилось с Саммер в прошлом году, и тем, как ты…

На этот раз прерываю её я.

— Не напрямую, но это определенно осложнило ситуацию. И это одна из причин, почему я не хочу терять роль. К тому же роль просто улетная, я буду раздавлен, если Титан достанется кому-то другому.

— И унижен.

Я вздрагиваю.

— Прости?

— Несколько месяцев назад объявили, что ты играешь Титана Вулфа, — говорит Чарли. — Если тебя уберут, причина будет очевидна всем. Сайты со сплетнями устроят настоящий пир.

Теперь уже я смотрю в сад.

— Спасибо за напоминание.

Снова пауза, а затем она произносит тише:

— Прости. Я не хотела…

— Всё нормально. — Мой голос звучит резче, чем я планировал. — Я ведь не слепой и прекрасно понимаю, как всё это будет выглядеть. Собственно, поэтому я и здесь. Чтобы попытаться этого не допустить.

— И это оставляет тебя с проблемой, — говорит Чарли. — Со мной.

— С тобой, — соглашаюсь я. И с ироничной улыбкой добавляю: — Я-то переживал, как выжить четыре дня с фанаткой-сталкершей, а оказалось, что буду с человеком, который является её полной противоположностью. И это, кажется, куда хуже.

— О, я польщена.

Я уже хочу пойти на попятную, но вижу в её взгляде невольное сочувствие. У меня рождается идея — рискованная, но мне нечего терять. Но сначала нужно убедиться, что я правильно понял её мотивы.

— Я ответил на твой вопрос, теперь твоя очередь — почему ты здесь? — Я принимаю более расслабленную позу. — Ты явно не в восторге от затеи, так почему согласилась занять место Эмбер?

Чарли перекрещивает ноги —