не придётся. Но для начала ты всё же коснись их лбов, чтобы точно дошло. — Он закончил и, сделав шаг назад, с любопытством уставился на нас.

Я потёрла руки, не зная, как ещё разогнать магию до покалывания в кончиках пальцев. На всякий случай потянула её из резерва в руки и, кажется, даже увидела эту самую энергию. Или это было статическое электричество — кто ж поймёт, как оно на Маоре себя проявляет. Возможно, эти маленькие рваные молнии — это и есть магическое зрение. А то появляются они, то исчезают, потому что я не умею им пользоваться.

В общем, решив, что концентрация достаточная, я сложила пальцы, шагнула к порождениям и, выписав небольшой круг, ткнула щепотью сначала в Панику, а сделав второй круг — в Уныние.

Волшебство сработало моментально! Паника захлопнула глаза, кулём упала на травку и захрапела с блаженной улыбкой. При этом беличья шерсть как будто отросла и приобрела выраженный золотой цвет. А Уныние, наоборот, глаза распахнуло. И рот, показав два ряда острых зубов. Шерсть его закрутилась кольцами и налилась красивым бронзовым цветом.

— Господин, что со мной⁈ Почему мне вдруг захотелось сделать что-то большое и важное? Можно я ваш портрет напишу? — завопило оно, подпрыгивая на месте от нетерпения.

— Сначала портрет Паники напиши, только отнеси её в дом. Потом потренируйся на остальных порождениях, а если хорошо получится, то напишешь и мой. Хаосу на день рождения подарю, — проворчал Мирраж, а когда Уныние рвануло домой, унося на плече Панику, крикнул вслед: — Пришли к нам Язвительность с бутылкой воды и фруктами!

Я стояла под куполом, гордо выпятив грудь. Кажется, у меня всё отлично получилось.

Однако цели поразить арендаторов и заодно запустить в массы слух о княгине, вдруг ставшей магичкой, у меня не было. Это может вызвать подозрения и не то что не упростить мне попадание в Облачный город, а наоборот — навсегда закрыть в него вход. Другое дело — если я подарю деревенским полезные в хозяйстве артефакты, а где я их взяла — пусть будет секрет.

К счастью, Мирраж это прекрасно понимал, иначе зачем он приказал принести воду и фрукты?

— Мне понравился эффект. Думаю, даже одной благости мне хватит на первое время, — сказала я.

Однако мой учитель восторгаться моими успехами почему-то не спешил.

— Есть одна проблема, — сказал он, поморщившись. — Твоя благость работает как-то очень странно. Ты переделала порождения под себя. Тебе кажется, что если они стали такими, то всё сработало. Но они такими становиться не хотели. Они потеряли свою суть. Если бы я накладывал на них заклинание или кто-то из обученных магов, то порождения приблизились бы к максимальному самовыражению, но твоя магия сработала иначе.

Вот те раз! Выходит, я зря радовалась?

— То есть я сделала им плохо⁈ — ужаснулась я.

— Не то чтобы прямо непоправимо. Они оправятся. Но твоя «благость» скорее похожа на тоталитарную деформацию. Есть и такое плетение. Например, с его помощью я превратил твоих обидчиков в кроликов.

Я двумя пальцами потёрла переносицу. В магии, как и в медицине, главное — не навредить. Так что напрасно я собой гордилась. Тут бы до утра научиться хотя бы простейшим заклинанием пользоваться.

— Думаешь, дело в направленности моей силы? Или так получилось из-за того, что творится в моей голове? — спросила я угрюмо.

— Выходи, давай поужинаем и попробуем это понять, — протянув мне руку, сказал Мирраж.

Мы уселись за уставленный закусками столик, и в это время из дома показалось очередное порождение — худое и длинное, похожее на гигантского суслика с брезгливым выражением лица. Язвительность несло на подносе бутылку воды и блюдо с фруктами — как заказывали. Шло оно медленно, на полусогнутых, и поднос в его лапках дрожал. Бедное порождение меня боялось. Ну и вот, разве это нормально — такую реакцию на доброе дело получать? Выходит, никакой благости у меня не вышло.

— Ступай, — отпустил порождение Мирраж, едва бутылка и тарелка с фруктами перекочевали на стол.

— Ну спасибо госпоже человечке, что без своей милости оставила, век не забуду, — даже осмелилось на сарказм Язвительность.

Правда, задерживаться не рискнуло — исчезло, растворившись в воздухе.

Я потянулась за грушей.

— Замечательная идея попробовать мою силу на чём-то неодушевлённом, — похвалила Властера. — У фруктов нет самоопределения, поэтому им я точно не смогу навредить.

— Не спеши, поешь, — пригасил мой энтузиазм Мирраж и пододвинул ко мне тарелку. — Попробуй тефтельки с брусничным соусом и овощную икру.

Я вдруг поняла, что очень сильно проголодалась и действительно ничего путного не смогу сделать, пока не поем. Набросилась на тефтельки, как будто меня неделю не кормили, и только когда тарелка опустела, увидела, что Мирраж всё это время не ел, а наблюдал за мной.

— Что? — спросила я осторожно.

— Я просто пытаюсь понять суть твоей силы и как много её ушло на создание благости.

— Понял?

— Не совсем. Вот скажи, как ты себе представляешь влияние благости на фрукты?

Я задумалась.

— Ну, тот, кто съест эту грушу или яблоко, станет энергичнее, и у него окрепнет иммунитет, — недолго думая выложила я.

— Хм-м-м, какое интересное у тебя мышление. А теперь давай попробуем. Я применю благость к этому яблоку. И посмотрим, как у нас сработает.

— Мне пойти в круг?

— Не надо. Готова? Сможешь управлять энергией сидя?

Я мысленно обратилась к своему «перцовому пластырю» и кивнула, уже натягивая магию на руки. Распределила её по пальцам, потёрла ладони и, обведя круг, приложила к груше.

Мирраж ничего не делал. Он только посмотрел на яблоко, и оно увеличилось в размере, налилось соком, и мой нос наполнился умопомрачительным яблочным ароматом.

А вот моя груша вообще не изменилась. Я нахмурилась.

— Не получилось? — пробормотала расстроенно.

— Проверим. Я сразу пойму, если у неё появились магические свойства, — сказал Мирраж, взял грушу и бесстрашно откусил от неё большой кусок.

Я от волнения затаила дыхание.

И… у Властера мгновенно отросли его шикарные локоны, глаза заблестели, а сам он дёрнулся и резко закинул ногу на ногу.

— Обалдеть! — выдохнула я.

— Не то слово, — мрачно подтвердил Мирраж. — Ты прямо какой-то вредитель. Ну-ка давай-ка теперь попробуем с водой.

Я, если честно, не совсем понимала, почему он не радуется. На мой взгляд, у меня