— Я собиралась поцеловать тебя в нос! Это наш человеческий обычай прощания, ясно тебе?! — ворчу я.

— Я не знал об этом обычае, спасибо, что просветила меня, — говорит он с усмешкой. — Прощай, Сая Клеймор.

Тени сливаются с ночью, и я остаюсь одна на крыше Территории Кормления Дарковиша.

Когда я возвращаюсь в общую комнату, вскоре за мной приходит Кровопоклонник, чтобы проводить меня назад. Они молчат, и когда я вхожу в свою комнату, за мной без единого слова закрывают дверь. Странная боль колет сердце, но я отмахиваюсь от этого чувства и карабкаюсь на свою койку под взглядами Мэнни и Эмили. Сев, скрестив ноги, я твердо киваю и говорю:

— Давайте. Назовите меня дурой.

Они переглядываются, затем снова смотрят на меня. Эмили начинает первой:

— Помнишь, что я рассказывала тебе о своей бабушке? Ты зависима от него. Ты обещала, что больше не увидишься с ним, но ты это сделала. Прямо как моя бабушка когда-то.

Я медленно моргаю и произношу:

— Я больше с ним не увижусь. В этот раз я обещаю. Он ушел.

— И больше никаких жутких штук в вентиляции? — спрашивает Мэнни.

Цепляясь за свою ложь, я говорю:

— Нет. Я уверена, что его нет в шахте.

Мэнни перегибается через край своей койки и спрашивает:

— Ты в порядке? Ты выглядишь… грустной.

— Вы бы всё равно дружили со мной, если бы я изменилась? — спрашиваю я так внезапно, что они, должно быть, получают психологическую встряску. — Если бы я стала ночным странником?

Эмили поднимает руку:

— В смысле… пока ты не решишь откусить от меня кусочек, всё будет пучком.

Мэнни тянется вниз, упирается ладонью в лицо Эмили и отпихивает её назад, прежде чем сказать мне:

— Ты — это ты, и мы тебя любим. Но не позволяй этому ночному страннику внушить тебе, что ты должна стать такой же, как он. Если он тебя хочет, он должен принимать тебя такой, какая ты есть.

— Ладно…

Темные глаза Мэнни сужаются:

— Я виню во всем Джакса. Если бы он не вел себя как придурок из-за того, что ты снова пошла к ночному страннику, ты бы сейчас не задавалась такими вопросами.

Эмили кашляет:

— Если бы из него вышел нормальный, черт возьми, партнер, Сая бы вообще не стала связываться с этим странником.

Удивительно, но она права наполовину. Если бы Джакс не закатил истерику из-за моей татуировки, я бы не позволила ночному страннику поселиться в моих мыслях. И всё же… мне начинали нравиться тени, застилающие мой разум.

Я прижимаю руки к животу и начинаю ковырять кожу вокруг ногтя.

— Джакс… Как вы думаете, мы подходим друг другу как пара?

Мэнни и Эмили переглядываются мгновение, прежде чем заговорить наперебой.

— Че-е-его? Джакс? Да, конечно! Вы двое — просто идеальный финал. Не то чтобы он угрожал твоим друзьям и хотел, чтобы ты их бросила, или что-то в этом роде, — говорит Эмили, закатывая глаза.

— Конечно. О да. Ваши «недоотношения» — самые нетоксичные из всех, что я видела. Я всеми руками за команду… — Мэнни изображает рвотный позыв, — Джакса. Он ведь совсем не манипулятор.

Я улыбаюсь их выходкам.

— Когда мы выберемся отсюда, давайте держаться вместе. Я не уверена, что справлюсь со всем этим в одиночку.

Взгляд Мэнни смягчается, и с кивком она произносит:

— Я всегда буду на твоей стороне.

Эмили кивает в такт:

— Само собой! И если ты всё-таки переспишь с ночным странником, я не стану осуждать, но у меня будут вопросы. Типа, он холодный? Ощущается как фруктовый лед в твоем…

Мэнни запускает подушкой в Эмили и шипит:

— Заткнись!

Смех рвется наружу, но я сдерживаю его, позволяя улыбке отразиться в глазах, пока наблюдаю за их перепалкой.

Возможно, однажды они и вправду примут меня такой, какая я есть на самом деле.

Глава 25

ТЕНЬ

Если ночной странник убьет Донора, он умрет от солнечного света.

— Закон Серуна

Отголоски криков и воплей становятся всё громче, пока моё тело неистово трясут из стороны в сторону. Я открываю глаза и вижу Коула — он вцепился в перила койки и трясет меня. Сев, я с трудом пытаюсь осознать происходящее. Обычно янтарный свет над моей кроватью теперь мигает красным, то выхватывая из тени, то снова скрывая искаженное отчаянием лицо Коула.

Его карие глаза лезут из орбит:

— Двери открылись. Все в панике!

Я выбираюсь из постели и вижу Эмили — она наблюдает за людьми, бегущими мимо по коридору. Мэнни всё еще сидит на своей кровати, даже не пытаясь встать. Её взгляд метнулся к моей постели и тут же в сторону.

— Что происходит? — спрашиваю я, глядя на вентиляцию. Следов взлома нет. — Почему все паникуют? Истребители уже здесь?

Как только слова слетают с моих губ, в дверном проеме появляется Джакс, а за ним Дэн.

— Аварийная разблокировка открыла все двери. Мы не понимали, что к чему, пока мимо не пронесся кто-то с третьего уровня с воплем «Монстр!», так что мы тоже рванули, — Джакс хватает меня за руку и тянет к выходу. — Ты была права насчет Врат Ада. Пора уходить.

— Где Жюльен?

Дэн кивает в ту сторону, откуда они пришли:

— Он прятался в своей комнате, когда мы пробегали мимо.

Эмили отрывает взгляд от растущей толпы убегающих Доноров и смотрит на Джакса.

— Это не дело рук твоих друзей-истребителей?

— Нет. Но нам нужно уходить. Сейчас же.

Я оборачиваюсь, чтобы поторопить Мэнни и Коула, когда шок пронзает меня насквозь.

Мэнни стоит на моей кровати.

Мэнни стоит на моей чертовой кровати и отодвигает решетку вентиляции.

Я делаю шаг к ней и визжу:

— Нет, не смей!

Она подтягивается вверх, в проем, и время будто замирает. Сверху доносится шипение — жуткое и низкое. Эмили и Коул в ужасе застывают, глядя вверх, пока Джакс дергает меня за руку. Споткнувшись, я успеваю зацепить Коула за воротник и тащу его за собой, пока мы не добираемся до двери.

Потолок словно вибрирует. Мэнни внезапно с криком вываливается обратно через отверстие, падает на кровать, скатывается с неё и с глухим стуком приземляется на пол. Над ней из люка сочится тьма. Джакс внезапно обхватывает меня за бедра и буквально вышвыривает меня и Коула из комнаты. Эмили следует за нами, хватая Дэна за руку, когда он тянется к ней.

Свет всё еще мигает красным. Внезапно лампы гаснут, погружая нас в кромешную тьму. Мое рваное