оглянуться. Настолько сильным было ощущение, что он где-то рядом. Но ещё сильнее было ощущение, что он меня дрессировал.

Я взглянула на часы, и словно сама себе доказывая свой же вывод, пошла открывать дверь.

Курьер, который куда больше был похож на какого-то охранника или одного из тех ребят, которые говорят вежливо, не торопясь и с уважением, а стреляют без промаха, вскоре вышел из лифта.

— Доброе утро, — поздоровалась я. — Что-то вы сегодня опаздываете. Случилось что-то?

— Доброе утро, — чуть улыбнулся он. — Ничего особенного, всего лишь чуть более оживлённое движение в городе.

— Ого! Сегодня у нас на завтрак блинчики с мёдом? — оценила я переданное угощение. — Благодарю.

— Я передам вашу благодарность повару, — пообещал курьер.

— Я благодарю вас, — усмехнулась я. — Ведь это именно вам приходится ехать через весь город, где как вы сказали, очень оживлённое движение. А повар перетопчется!

Поставив контейнер с блинами и баночку с разливным мёдом на стол, я подошла к окну.

— Как интересно, — наблюдала я за отъезжающей машиной. — А куда же делось Перекати-Горе?

Хмыкнув, я набрала Маришку. И о чудо, она была дома. Но меня очень заинтересовал шум на заднем плане.

— У тебя телевизор работает, да? — поинтересовалась я.

— Нет, я с Матвеем, — в этом была вся Марина.

Что меня всегда в ней привлекало, она не врала даже во вред себе.

— Матвей Романович, как я полагаю? — уточнила я.

— Да, он у меня на пару дней, — расписалась в собственном... в собственной невероятной доброте Маринка. — Только вот... Лен, у меня проблемы. Ты можешь выручить?

— Да, — ляпнула я, не поинтересовавшись что именно нужно.

— Ой, как хорошо! — обрадовалась она. — Сможешь приехать ко мне? По дороге как раз рынок, зайди в магазинчик к Серго Арутюновичу. Я тебе деньги переведу, возьми у него крольчатины. Я ему звонила, он сказал только утром привезли, он одного даже в заморозку не убирал. Лен... Пожалуйста, выручи.

— Сначала я буду завтракать, — скривилась я, хоть и понимала, что Марина меня не видит.

Выслушав десяток спасибо и подтвердив, что перевод на карту пришёл, я уселась за стол. Посмотрела на блины, ещё раз напомнила себе, что мне всё равно, что чей-то там ребёнок посидит лишний час без еды, точнее не чёй-то, а конкретно этого Горя, я раздражённо выдохнула и пошла собираться. Блины и мёд взяла с собой, разогреем у Маринки.

По дороге я думала, каким образом отсутствие Маринкиного Горя связано с сегодняшним опозданием моего завтрака. На пороге Маринкиной квартиры я появилась злая и сильно раздражённая.

Ребёнок сидел в горке-стульчике и крутил в руках погремушку.

— И откуда у тебя такая мебель? — поинтересовалась я.

— Из соседнего подъезда. Там пара молодая, у них ребёнок уже подрос, они дали объявление, мол отдадим в добрые руки, — улыбалась Марина, ставя мои блины в микроволновку и отправляя зайчью тушку в раковину.

— А ты у нас всё ненужное будешь собирать? Кота, мебель, ребёнка, — поинтересовалась я. — Заметь, я даже не интересуюсь, за даром ли ты возишься с этим ребёнком. И так понимаю, что да, абсолютно безвозмездно. И на пару дней. Ага. А папенька его чем занят? Следующего стругает? И как это он тебе оставил ребёнка без еды?

— Еду он оставил, — показала Марина ножом на подоконник. — Но все эти смеси из серии "просто добавь воды" Матвею уже не по возрасту. Он поэтому и постоянно голодный. Да и не самое полезное это всё. Тем более, что по возрасту пора уже давать хотя бы два-три прикорма. Вот мы покушали творожок, сейчас будет супчик, после сна фруктовое пюре.

— А мясо ему зачем? — удивилась я.

— Лен, — с иронией посмотрела на меня Марина. — Мясо, диетические виды, вводят детям аж с пяти-шести месяцев. Это если мама кормит грудью. А искусственное вскармливание, лично я считаю, лучше как можно раньше сократить. Тем более смотри, как он уверенно сидит, всё тянет в рот.

— Всё слюнявит, — продолжила я.

— Это я думаю к зубам, у детишек на искусственном вскармливании, они появляются рано, в пять, а то и в четыре месяца, — объясняла мне Марина.

А я наблюдала, как она суетится, ставя мелкие кусочки крольчатины вариться, как строгает картошку, морковь и капусту. Подруга улыбалась, на щеках красовался румянец и глаза сверкали так, что и без слов было понятно, крутясь между наглючим котом, у которого миски стояли на подоконнике, и чужим нагуляшем, Маринка была счастлива. И напомнить ей о том, какую роль сыграл в её жизни папаня этого ребёнка, просто язык не поворачивался.

Настроение испортилось ещё больше, когда сделав пару укусов, я поняла, что блинчики готовил не Булад. Он замешивал тесто так, что блинчики выходили сладковатыми. А эти были пресными.

Маринка дважды перетёрла то, что варила, через мелкое сито и разбавила бульоном до состояния жидкой-жидкой кашицы. И похоже ребёнок с ней был полностью согласен по поводу своей кормёжки. Так как рот открывал при виде ложки, как галчонок с картинки.

— Так, я пойду, дверь прикрою, сама потом замок защёлкнешь, — предупредила я. — У меня и так в голове куча лишней информации о питании младенцев. Следующим пунктом думаю будут памперсы и их содержимое. Спасибо, как-то дожила до своих лет без этих знаний и дальше обойдусь!

Рыжий котище спрыгнул с подоконника и пошёл меня провожать, пристально следя за мной.

— Мурз, Лена хорошая, она ничего не сворует, — крикнула с кухни Марина.

— Чего? — обернулась я.

— Мурз не любит, когда кто-то трогает мои вещи. Роман взял точильный камень, зачем-то он ему понадобился в машине. Мурз ему все руки исполосовал, пока тот свои берцы шнуровал, — пояснила Марина.

— Мууурз! — протянула я, довольно улыбаясь. — Да ты крутой парень! С меня вискас и что ты там любишь?

— Тунца он любит и куриную грудку, — засмеялась Марина, выходя с кухни с ребёнком на руках.

— Консервы Магуро подойдут? — спросила я, переглядываясь с котом. — Мариш, а ты бы бросала с какой возиться.

— Лен, — мгновенно поникла Марина.

— И это я не про этого... Матвея, — добавила я.

— Мотя очень хороший и на удивление спокойный, — тут же заулыбалась Марина.

— Так, стоп! У меня уже от рассказов об одном хорошем, замечательном, исключительном и так далее уши узлом завязываются, — подняла я руки.

Выйдя из подъезда я убрала натянутую для Марины улыбку. Итак, исчезли Минотавр и Горе. И как я понимаю, если проверить остальную дружную ОПГ, то тоже обнаружится недостача. Причём, Горе что-то затачивал. Возможно какой-нибудь армейский нож или что-то в этом роде. И похоже, что поездка организовалась внезапно, иначе бы он подготовился