— И во что это Перекати-Горе втянул Минотавра на этот раз? — прищурилась я и тут же сама себя одёрнула. — А мне какое дело? Я что волнуюсь? Ну да, волнуюсь. Но будем считать это остаточным явлением. Как насморк после простуды.

Глава 33

Елена.

Музыка, грохотавшая из колонок в ночном клубе, уже вызывала головную боль.

— Не тот уже возраст для жёсткой тусни, Елена Викторовна, — бурчала я себе под нос, усаживаясь за наш с Ладкой столик.

Подруга отплясывала так, словно каждый раз вбивала каблуки в чьи-то пальцы. Такие срывы у неё происходили редко, но к сожалению, регулярно. Практически каждый раз после встречи с родителями. Точнее, с отцом.

Лада была единственной дочерью от брака её отца и матери. В первый раз её папа женился весьма выгодно, невестой стала девушка из неприлично богатой семьи. Однако проблемы в том, что будущая жена из богатой и влиятельной семьи, отец Лады не видел. И он, и невеста были из греческой диаспоры, а у них там свои правила и порядки. Хоть и от греков там осталось лишь название и фамилии.

Ладе было семь, когда с её мамой начали происходить странные вещи. Она постоянно нервничала, переживала, начала истерить из-за задержек отца. Потом появились антидепрессанты, которыми её снабжала лучшая подруга и дочь владельцев и ныне существующей аптечной сети.

А где-то через полгода, маму Лады отправили в закрытую клинику. Последствия от бесконтрольного приёма самоназначенных препаратов были ужасны и необратимы. По воспоминаниям Лады, её мама не могла самостоятельно есть, речь её была бессвязной, она с трудом кого-то узнавала и тут же забывала о том, что не одна. И вскоре мамы у Лады не стало.

История трагичная, но ничем не примечательная. Кроме того, что вскоре отец Лады женился второй раз, и мачехой Лады стала та самая мамина подруга.

Естественно, Лада этот брак не приняла. В доме её семьи началась настоящая война. Лада откровенно обвиняла мамину подругу в том, что та подсунула маме погубившие её лекарства, называла убийцей, требовала от отца немедленно выставить за порог свою любовницу. И не позорить приличный дом этой грязью.

Происходило это не только в узком семейном кругу, но и в присутствии большого количества гостей. Поползли слухи. Отец Лады принял решение и отправил дочь в закрытую школу-пансионат. Отличные и строгие учителя, обширнейшая программа обучения и отсутствие любого общения с внешним миром.

Ладка вообще уверена, что и ей бы скормили что-то успокаивающее намертво, если бы не завещание её деда, по которому всё его имущество переходило его дочери, а в случае смерти дочери, внучке. И так далее по прямой кровной линии. Если же наследников по крови не было, то всё, до последнего медяка, уходило на благотворительность.

Сейчас, всё немалое состояние деда по материнской линии было заморожено. Согласия на управление от её имени добиться от Ладки было невозможно. Оставался единственный вариант запустить лапы в наследство Лады, это её замужество. Поэтому и подпихивали ей хороших мальчиков. И требовали вспомнить, что она девушка из достойной греческой семьи!

Конечно Ладка делала всё, чтобы никому и в голову не пришло, что она и есть девушка из этой самой достойной семьи.

— Какая семья, такая и девушка! И пусть скажут спасибо, что я медик. Иначе бы уже все сплетницы района сбились со счета, выясняя количество моих партнёров, — фыркала Ладка.

Одним из пунктов неправильного было зависание в не самых приличных ночных клубах. Милану сюда и на аркане не затащить, Маринке с её головой только такую музыку и слушать. Оставалась я. Ну не отпускать же Ладку одну? Тем более, что хозяина именно этого клуба я хорошо знала, он очень уважал мой профессионализм, который позволил ему получить три года условного, вместо пяти общего режима.

Именно поэтому один из охранников клуба следил только за нашим столиком.

— Эй, лапушка, — упал на диванчик рядом какой-то подпитый полупопер-полувкедах с замашками мачо из подворотни. — Я гость в вашем городе, может устроишь мне экскурсию по ночным улицам?

— Нет, — сухо ответила я

— Ууу, какая сердитая, — не отставал прилипала. — А что так?

— Я не намерена продолжать знакомство. Этот столик забронирован и прошу покинуть его.

— Хм, а если нет, то что? — хмыкнул он.

— Ну, вон уже охрана клуба идёт. Сейчас они вам и объяснят про если и что, — ответила я.

— Из клуба выкинут, да? А я ведь подожду... Ай, твою мать, — вдруг неожиданно заорал прилипала, почти взлетая с дивана.

— В словах пошёл на х@р тебе какая буква не понятна? — рявкнул на сразу как-то потухшего ухажёра непонятно откуда взявшийся Минотавр. — Лена, а на приличный клуб у тебя денег что ли нет? Вы зачем сюда пришли?

— Ждём, когда местный наркоконтроль заявится, — фыркнула я.

— Считай уже явился, — злился Минотавр. — А ты исчез, и чтобы даже я тебя не нашёл! Понял?

— Да понял, понял. Просто к девушке хотел подкатить, — оправдывался отступая несостоявшийся ухажёр.

Вот только смотрел он на Минотавра как-то слишком пристально. И взгляд такой... Неприятный.

— Так, всё. Уходим, — отвлекла меня от наблюдений за странным прилипалой Ладка. — Сейчас начнётся гвоздь программы!

— Поздно, уже, — показала я на сцену за её спиной.

Там как раз под одобрительные визги хорошо разогревшихся спиртным девиц вышли накаченные парни в форме пожарных.

— Что же вы решили уходить, раз гвоздь программы? — спросил у Ладки незнакомый мне парень с явным недовольством в голосе. — А посмотреть? Наверняка же сейчас что-то интересное покажут.

— Если бы меня интересовало это самое интересное, то я бы отучилась на венеролога и рассматривай не хочу! — скривилась Лада.

— Так вот как выбирали профессию и специализацию? Я-то думаю, а оказывается вы просто любите копаться в мозгах, — ехидничал этот парень.

— Ещё и вынести могу, если очень просят. А вы, Денис, просто целенаправленно напрашиваетесь, — предупреждающим тоном, каким только она умела говорить, ответила Лада, сложив руки на груди. — Не помню, чтобы вам передавали права опеки надо мной. С чего это вас так волнует что и где я увижу и как это повлияет на мой моральный облик?

— Я так понимаю, что вы знакомы? Очередной кавалер от папы? — хмыкнула я.

— Ну что ты! Он не настолько плох, — фыркнула Лада. — Нет, это не отцов засланец, а новый врач в госпитале. Любитель мозаики, пазлов, головоломок и вышивания крестиком.

— То есть? — удивилась я.

— Я хирург, с опытом работы в горячих точках. Поэтому не боюсь браться за случаи не просто переломов, но и частичного дробления костей