руками за плечи, вцепляясь в камзол так, будто боялась, что он исчезнет или опять пропадет.

Рагнар подхватил меня, легко, будто я ничего не весила, закружил по гостиной, смеясь и крепко прижимая к себе. А затем наши губы встретились — и я забыла обо всем... Как я соскучилась...

Мы целовались неистово, жадно, будто пытаясь наверстать те два дня, что провели в разлуке. Его руки скользили по моей моей спине, по волосам, по щекам. Где-то на пол упала тряпка, звякнуло ведро, полетели книги — мне было все равно.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание, я все еще держалась за его плечи, чувствуя, как предательски дрожат мои колени.

— Ты бросил жену одну в замке и приехал ко мне? — спросила я с болью в сердце.

Он щелкнул меня по носу — нежно, с любовью.

— Я не женился, Мира.

— Что? — я изумленно отстранилась, вглядываясь в его лицо. — Как такое возможно? Это же был политический союз, который нельзя разорвать!

Он перебил меня, беря мои ладони в свои и прижимая к своей горячей щеку:

— Случился большой скандал. Во дворце во время обряда венчания, я во всеуслышание заявил перед Императором, перед гостями и священником, что слухи обо мне — чистая правда. Что я — импотент. И не могу исполнить супружеский долг перед семейством Торнвудов.

— Что?! — воскликнула я, вырывая руки и прижимая ладони к щекам. — Рагнар! Ты же говорил, что эликсир подействовал, что все… Неужели не подействовал…

— Подействовал. — кивнул он, и в глазах его мелькнула та самая наглая искра, — Но это была единственная причина, по которой можно было расторгнуть помолвку и отказаться от брака.

Я моргнула, пытаясь осмыслить услышанное.

— Так ты… ты… всех обманул?!

Он хитро улыбнулся, глядя на меня.

— Ну да, великий Генерал Вальмонт стал посмешищем в глазах общества. За обман Император лишил меня службы, отец отказал мне в наследстве, правда, сохранил за мной номинально титул и род. Так что сейчас я беден, хоть и граф.

Я смотрела на него, не веря своим ушам. Он пожертвовал всем — карьерой, состоянием, положением в обществе — ради того, чтобы быть со мной?!

— А что с Элизабет? — тихо спросила я.

— Чтобы не потерять расположение императора и не лишиться того, что имел род Вальмонт, — ответил Рагнар, — отец использовал древний обычай и сам вызвался жениться на Элизабет Торнвуд.

— А она? — ахнула я. — Ведь у них такая разница в возрасте… столько лет…

— А что она? — пожал плечами Рагнар. — Ей главное — замок, положение в обществе и деньги. К тому же, если бы она отказалась, ее собственный отец выгнал бы ее из семьи. Выбора у нее, по сути, не было.

Я замолчала. Мне стало грустно. Бедная девушка, хоть у нее был и скверный характер, ее жизнь оказалась разменной монетой в чужой игре. Но Рагнар притянул меня к себе, обнял за плечи и прошептал на ухо, прикусывая мочку уха:

— Кстати, после несостоявшейся свадьбы отец позвал меня в кабинет и сказал одну правдивую вещь: что я теперь беден, и кроме как махать мечом, ничего не умею, и посоветовал найти богатую невесту…

Он отстранился, заглядывая мне в глаза.

— Я ее сразу и нашел. Только вот боюсь, вдруг бедный и нищий я теперь ей не нужен?

И хотя он произнес это со своей обычной наглой ухмылкой, я видела — как он взволнован, как тяжело дышит, как ждет ответа, боясь его услышать.

Я не стала тянуть.

— Ты мне нужен, — сказала я твердо. — Любым. Бедным, без службы, без наследства. Только ты. И я никуда тебя не отпущу, даже если снова попытаешься устроить скандал.

Он выдохнул — так, будто держал этот воздух в груди целую вечность. А затем поцеловал меня, подхватил на руки и понес к себе, на ходу стягивая с меня чулки …

Через неделю мы обвенчались в местной часовне. Свадьба была скромной, на ней были только родные: отец Генерала, его сестра Катрин (с которой накануне мы поговорили по душам), мисс Фридман и барон Арчи.

Я ближе познакомилась с отцом Генерала, и он оказался замечательным человеком. Он часто остается у нас в поместье с ночевкой, и мы подолгу сидим у камина, он рассказывает мне про Рагнара в детстве, про моего отца… У нас сложились теплые, доверительные отношения. В какой-то момент я даже поняла, что стала относиться к нему, как к отцу.

А через год вся Империя обсуждала новый скандал. У Генерала-импотента родились дети! Двое сыновей близнецов.

Говорили разное. Кто-то смеялся, кто-то пожимал плечами, кто-то требовал расследования. Император вызвал обоих Вальмонтов — отца и сына — во дворец для объяснений.

Они стояли перед троном, старый граф и молодой. Император смотрел на них с холодным любопытством.

— Объяснитесь, — потребовал он.

Отец и сын переглянулись. И одновременно развели руками, мол сами в недоумении. Обмана на свадьбе не было, лекари подтвердили, что осматривали Генерала и он был импотент.

Император прищурился, но ничего не сказал. И тогда вперед вышел первый министр — старый, мудрый, он поклонился императору и произнес фразу, которая потом разлетелась по всей Империи:

— Не тот велик, кто никогда не падал, ваше величество, а тот велик — кто падал и вставал.

Император задумался. Долго молчал. А затем поднял руку и восстановил Генерала Вальмонта на службе.

ЭПИЛОГ

Я счастлива. Я обрела семью — большую, о которой даже не то, что мечтать и думать не думала.

Теперь я каждый вечер наблюдаю, как муж возвращается со службы домой, наши мальчишки бегут к нему — двое сорванцов, темноволосых, шустрых, с наглой улыбкой, точь-в-точь как и их отец.

Он гладит их по головам, потом идет ко мне, и целует... А затем садится вместе с детьми у камина и строгает им из дерева игрушки — лошадок, мечи, смешных зверушек, все, что те захотят.

Я же сижу в кресле напротив и не могу насмотреться на эту картину.

Тепло, уютно, спокойно и так хорошо на душе...

А вчера сестра мужа огорошила известием: она выходит замуж за барона Арчи Рейнхардта. Я очень рада за них — что они наконец-то смогли преодолеть разногласия и обрести друг друга. Кэтти за эти годы стала мягче, терпимее, и я вижу, как Арчи смотрит на нее…

Еще я заметила, что участились к нам приезды моего свекра — Даррина Вальмонта. Он ссылается на желание повидать внуков, но слишком