доверял мне что-то? Но он также признался, что шпионил за мной для Виктора. Если это и был прогресс, то крошечный. Размером с муравья.

— Я не понимаю, почему ты должен делать всё, что он тебе говорит, — тихо сказала я, пытаясь держать себя в руках.

Он встретился со мной взглядом.

— Он контролирует всю мою семью, Пендрагон. Это не только я.

— Ты имеешь в виду… Энию? — догадалась я.

— Её, да. Хотя прямо сейчас она в безопасном месте. Подальше с дороги. Ему наплевать на Энию, пока она всегда вне поля зрения. — Он вздохнул. — Прежде всего, есть еще моя мать.

— Твоя мать? — мне невольно стало любопытно. — Я думала, она в Святилище. Как жрица или что-то в этом роде.

— Это сложно, — коротко сказал он. — Когда умер мой отец… — Он покачал головой. — В любом случае, ты не захочешь слушать обо всей моей семейной драме.

Вроде как да. Но я ничего не сказала. И через мгновение Блейк сменил тему.

— Послушай, ты можешь мне не верить, но… Я хочу защитить тебя. И не только из-за твоей крови.

Он встретился со мной взглядом, и я ничего не могла с собой поделать. Я отвела взор.

— Связь между нами ненастоящая, Блейк.

— Конечно. И это совсем не то, что мы оба чувствовали прошлой ночью, верно? — сказал он низким голосом. — Но это было потрясающе. Ты не можешь это отрицать.

— Это было… довольно хорошо, — неохотно признала я. — Но недостаточно хорошо, чтобы заставить меня забыть, кто ты на самом деле.

Его губы сжались.

— Знаешь что, верь во что хочешь обо мне, Пендрагон. Но прямо сейчас я здесь. Пытаюсь тебе помочь.

Я промолчала.

— Отлично. Итак, какой совет?

Пристальный взгляд Блейка встретился с моим. На этот раз в нем не было ни сарказма, ни ухмылки. Одного этого было достаточно, чтобы мое сердце забилось быстрее.

— Что? — потребовала я ответа. — Скажи мне, Блейк.

— У них будут рычаги воздействия, — сказал он почти неохотно.

— Рычаги воздействия? Какого рода рычаги воздействия?

— Они хотят убедиться, что ты будешь сотрудничать на оценке. Чтобы не повторилось то, что случилось с лордом Мортисом.

Я напряглась.

— Я не могу контролировать всё, что делает Никсарис. У него собственный разум, поверь мне.

Выражение лица Блейка стало предостерегающим.

— Не говори им этого, Пендрагон. Никогда даже не произноси этого вслух. — Он огляделся и еще больше понизил голос. — Они планируют надавить на тебя. И если они подумают, что ты или дракон не даете им то, что они хотят, они планируют… использовать одного из твоих друзей.

У меня кровь застыла в жилах.

— Что ты говоришь? — я услышала панику в своем голосе. — Ты хочешь сказать, что они собираются причинить кому-то вред? Кому?

Блейк пытался сохранить нейтральное выражение лица. Но самое ужасное было в том, что я могла сказать, что он тоже был расстроен.

— Я не знаю наверняка, но если бы мне пришлось гадать… — Он замолчал.

— Нет! — слово вырвалось у меня. Достаточно резко и громко, чтобы головы повернулись. Я покачала головой, стиснула челюсти, пытаясь не позволить Блейку увидеть слезы, навернувшиеся на мои глаза. — Нет. Не Флоренс.

Не после Навина. Не после того, что они сделали с Навином. Я не могла этого вынести.

— Говори тише. — Но это была мольба. Не приказ. — Но да, я думаю, это будет Флоренс.

— Они не могут. Она не имеет к этому никакого отношения. Ничего! — прошипела я.

— Постарайся сохранять спокойствие, — сказал Блейк, глядя на меня с неподдельным беспокойством. Я подавила желание влепить ему пощечину за эти слова. Я знала, что он пытается оградить меня от других студентов в комнате, но я не была уверена, смогу ли держать себя в узде. — Я не думаю, что они собираются её убивать.

Я подавила рыдание.

— Какое, блядь, облегчение. — Мое перо сломалось пополам между пальцами. — Но они могли бы. Ты на это намекаешь, верно? Что они могли бы? — Я вытерла глаза. — И что они будут делать? Они будут пытать её?

— Вероятно, нет. Нет, если ты будешь делать то, что они хотят, — сказал Блейк, сжав челюсти. — Просто заверши оценку. Докажи, что ты можешь контролировать Никсариса. Так ты обеспечишь безопасность Флоренс. Действуй разумно. Делай то, что они просят. Ни больше, ни меньше. Убедись, что Никсарис знает, насколько это серьезно.

— Он дракон, — сказала я с горечью. — Вряд ли ему есть дело до меня. Он не собирается заботиться ни об одном из моих друзей. Ты знаешь, насколько мы все незначительны для него? Я… — Я замолчала, прежде чем смогла сказать слишком много.

Блейк наклонился ко мне поближе.

— Послушай, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить Флоренс. Я клянусь в этом. Я останусь рядом с ней. Я буду держать её за руку, если они мне позволят.

Я кивнула, но слезы всё еще стояли у меня в глазах. Я ненавидела себя за то, что плакала — здесь, в общей комнате, с Блейком, из всех людей. Я быстро заморгала, но знала, что он заметил.

Прежде чем я успела ответить на то, что он сказал, воздух прорезал новый голос.

— Клянусь Служанкой Крови, Блейк! Это ты заставил бедную девчонку плакать?

Я вскинула голову. Риган стояла у стола. На этот раз, слава богам, она была одна. Но выражение её лица было безошибочным. Восторг.

— Я говорила тебе не устраиваться поудобнее, — пропела она. — Тебе разбили твое маленькое сердечко, Медра? Дай угадаю — Блейк наконец-то сказал тебе правду? Что ты была просто отвлекающим маневром? Временным этапом? — Она взглянула на Блейка, её глаза блестели от удовлетворения. — Честно говоря, я не могу тебя винить.

Я едва могла дышать. Мои страх и беспомощность были выставлены напоказ. И всё же Риган была настолько глупа, что сразу пришла к неправильному выводу. Наверное, я должна быть благодарна, что она не подслушала, о чем предупреждал меня Блейк.

— Риган, — предостерегающе произнес Блейк.

Но Риган проигнорировала его, её взгляд был прикован ко мне, как у львицы, заметившей раненое животное.

— Я имею в виду, это должно жечь. Думала, что ты особенная, только чтобы узнать, что ты была куском дерьма, которым я всегда тебя считала. — Её голос сочился притворной жалостью. — Но не принимай это слишком близко к сердцу. Такие парни, как Блейк, всегда возвращаются туда, где их место.

Она протянула руку, словно собираясь коснуться моего плеча, и я вздрогнула.

— Не смей, блядь, прикасаться к ней! — Голос Блейка был холодным и напряженным. — Хватит, Риган.

Риган моргнула, явно удивленная, но только на мгновение.