ним разговаривал призрак его учителя — мастера Лэрга. В ту ночь он сам был близок к смерти, и выйти за пределы времени ока­залось очень легко. Теперь, сидя за праздничным столом короля Элкинга, он вдруг понял, что застывшее время — это и есть истинная природа Страны Эльфов.

И тут он увидел, что в этом круге тишины он не один. Элкинг поднялся со своего почетного трона, подошел и встал рядом с юношей. Волшебник обернулся и встре­тился глазами с королем эльфов.

— Чего вы хотите от меня? — спросил Рэндал.

— Поговорить, — ответил король. — Всего лишь по­говорить. Нравится ли тебе наш праздник?

Рэндал молчал. «Волшебник не должен лгать. Но му­дрый человек не станет сердить монарха в его же собст­венном дворце».

— Только честно, — попросил его Элкинг, — что ты думаешь о пище, которую мы едим в Стране Эльфов?

Рэндал глубоко вздохнул. «Если ему так хочется вытя­нуть из меня правду, — подумал он, — что ж, придется высказать ее, не смягчая».

— Когда в Брисландии я был конюхом и чистил ко­нюшни, меня и то кормили лучше, — ответил он.

Он ожидал вспышки гнева, но ее не последовало. Ко­роль Элкинг лишь кивнул и сказал:

— Вот как. А мой праздничный зал?

— Серебро потускнело, — ответил Рэндал. — А хрус­таль потрескался.

— Вот как, — повторил Элкинг. — А теперь скажи, юный волшебник: что ты думаешь о положении дел в моем государстве?

— Думаю, что ваша страна в упадке, — ответил Рэн­дал. — Ваши очаги не дают тепла, цветы гниют на корню.

Король Элкинг кивнул в третий раз.

— Мало кому из смертных дано увидеть истинную картину происходящего, — сказал он Рэндалу. — Ты один из немногих. И даже мой собственный народ не способен разглядеть бедственного положения страны. Вижу его только я да, пожалуй, моя приемная дочь... Она уже не раз пыталась убежать отсюда в свое королев­ство, но законы нашей страны не позволяют ей уйти. Те­перь ты тоже понимаешь, как идут дела у нас в стране, и я знаю: ты пришел сюда, чтобы помочь нам возродить былое величие.

Рэндал открыл рот, чтобы возразить, но не успел про­изнести ни слова: круг тишины распался. Король Элкинг опять сидел на своем троне, а песня Лиз подошла к концу.

Слухам не веря, сижу в тишине.

Бешено сердце стучится.

Вдруг улыбнется удача и мне, Милый ко мне возвратится?..

Слушатели-эльфы восторженно зааплодировали, а громче всех — сам король Элкинг.

— Такое представление достойно королевских празд­неств любой страны, — объявил он. — Проси какую хо­чешь награду, дитя мое, и ты ее получишь.

В праздничном зале наступила тишина. Лиз поглядела на Рэндала, в ее голубых глазах загорелся молчаливый во­прос. Рэндал покосился на короля Элкинга, тот ничего не сказал. Тогда Рэндал опять обернулся к Лиз и кивнул.

Лиз оделила его мимолетной улыбкой и смело загля­нула в глаза королю. Потом заговорила, и ее голос раз­летелся по самым дальним уголкам зала:

— Отдайте нам свою земную приемную дочь, истин­ную королеву Брисландии.

Глава 3

Перепутье миров

В мгновение ока спустилась темнота, и пиршествен­ный зал эльфов исчез. Рэндал очутился посреди опустев­шей равнины. Стояла ночь, но вдалеке, над горизонтом, озаряя тяжелые, низкие подбрюшья туч, вспыхивали яр­кие красновато-оранжевые зарницы.

Рэндал огляделся, ища друзей, и увидел поблизости Лиз, Уолтера и принцессу Диаманту. Диаманта, каза­лось, была ничуть не удивлена, а наоборот, даже обрадо­вана неожиданным поворотом событий. В руках она все еще держала свернутое знамя, которое вышивала в роза­рии. Лиз крепко сжимала лютню, а Уолтер, готовый ко всему, держал наготове меч.

Рыцарь вопросительно посмотрел на своего двоюрод­ного брата.

— Рэ`, что ты натворил? — с интересом спросил он.

— Ничего он не натворил, — вступилась за него Лиз. — Король Элкинг просил меня саму назначить награду за свое пение, вот я и решила воспользоваться случаем. Но не думаю, что его порадовала моя просьба...

Диаманта тихо рассмеялась.

— Если бы мой приемный отец рассердился, — ска­зала она, — мы бы не стояли сейчас тут и не разговаривали.

— Радостная новость, — проговорил Уолтер. — Но не очень обнадеживает.

Рэндал покачал головой.

— Я уверен, у короля Элкинга были веские причи­ны отправить нас сюда. Но нечего терять время на пу­стые разговоры. Чем скорее мы выберемся отсюда, тем лучше.

Уолтер убрал меч в ножны.

— Тогда давайте подумаем, — сказал он, — как нам выбраться. Куда идти?

Рэндал посмотрел на Диаманту. Приемная дочь Эл­кинга указала на горизонт, туда, где взмывали к небу ог­ненные зарницы.

— Туда.

И они направились в сторону, где полыхало пламя. Шли они медленно: приходилось пробираться по нехо­женой земле, усыпанной грудами черных камней, кото­рые перекатывались под ногами. То и дело путь преграж­дали огромные причудливые валуны. После долгого, утомительного пути они пришли в удивительное место: из трещин в земле вырывались брызги золотисто-крас­ного пламени.

Путешественники остановились. Впереди, будто бе­лый моток спутанной пряжи, перекатывался по черным камням узкий ручей. Внезапно из разверстой земли вы­рвался еще один столб застывшего пламени. Он озарил всю картину желтоватым сиянием. И вдруг Рэндал изумленно ахнул.

На другом берегу ручья, вырисовываясь черными си­луэтами на фоне оранжевого свечения, непрестанно двигались темные фигуры — четыре могучих коня, осед­ланные и взнузданные, но без седоков. На самом берегу, преграждая лошадям путь к воде, стоял конный рыцарь

в черных доспехах. Шлем из черного металла скрывал его черты, по острию копья в его правой руке пробегали оранжевые отблески огней. Еще одно копье было вотк­нуто в землю рядышком.

— Возвращайтесь! — приказал всадник. — Вам не пройти мимо меня.

Уолтер сделал шаг вперед.

— Если этот путь ведет в нашу страну, мы должны пройти.

— Уолтер, — вполголоса предостерег его Рэндал. — Будь осторожнее.

Уолтер покосился на брата через плечо.

— Я знаю, что делаю, Рэнди. Я отвечу на вызов. — Он снова обернулся к черному рыцарю. — Ответь правду — эта дорога ведет в царство земных людей?

— Да, — ответил рыцарь. — Но, чтобы пройти, снача­ла сразись со мной.

— Тогда будем сражаться, — кивнул Уолтер. — Награ­дой будет беспрепятственный проход для меня и моих друзей.

— Пусть будет так, — молвил рыцарь. Он поднял ру­ку, и одна из черных лошадей, вздымая брызги, перенес­лась через поток и остановилась перед