сетчатое окно. Я уже подумывал о том, чтобы позвать этих троих внутрь, чтобы они продолжили избивать меня, с ними у меня было больше шансов, но, сделав следующий неуверенный шаг назад, я оказался вне поля их зрения.

— Я бы оказала этому городу услугу — продолжил Вега.

— Ты детектив — сказал я — Ради бога, прояви немного логики. Если бы я хотел, чтобы Сотня была уничтожена, зачем я рисковал своей шеей, чтобы вывести их из парка? Зачем мне...

— Заткнись! — крикнула она. Но её взгляд внезапно перестал соответствовать голосу. Казалось, он смягчился, когда она посмотрела направо от меня.

— Хм?

— Заткнись, я сказала! — Громче и с тем же движением глаз.

Я оглянулся через плечо. Окно. Вега не просто так отвела меня в угол, подальше от глаз полицейских. Когда я оглянулся на нее, она кивнула, не сводя с меня настойчивого взгляда. Я потянулся назад и открыл задвижку большим пальцем. То, что она не выстрелила, говорит о том, что я правильно понял её намерения.

— Ты не понимаешь! — крикнула она, явно для того, чтобы офицеры услышали — Для меня ты подонок! Ты ничто!

— Спасибо — сказал я и поднял стекло.

— Я могу выиграть для вас минутку — прошептала она — Не больше.

Я высунул одну ногу и, поднырнув под поднятое окно, вытянул другую, пока не оказался на подоконнике. Я посмотрел вниз, на одноэтажный спуск в переулок, который начинался позади колледжа.

— Вега, я...

— Не заставляй меня сожалеть об этом — прошептала она и толкнула меня.

Я пролетел десять футов, размахивая руками. В тот момент, когда мои ноги коснулись земли, я подогнул колени и рухнул на бок. Несмотря на боль, я быстро поднялся. Я повернул голову в ту сторону, где Вега продолжала орать на то место, где я стоял, продолжая разыгрывать шараду.

Она многим рисковала, чтобы дать мне фору, да благословит её Бог.

Я бросился бежать, спотыкаясь, по переулку. Мне нужно было дорожить каждой секундой.

В нескольких шагах от выхода на Сорок пятую улицу я понял, что моя маскировка все еще у меня в кармане. Я, запинаясь, остановился, повязал темно-каштановую бороду вокруг головы и надел солнечные очки. Затем я выглянул из-за угла. Рядом с колледжем было припарковано несколько полицейских машин. Скоро подъедут еще. Мне нужна была маскировка получше.

Я заметил пожилого алкаша, сидевшего на корточках в нише закрытого магазина, вокруг его рыбацкой шляпы жужжали мухи. Несмотря на летнюю жару, он был закутан в грязное коричневое пальто. Бинго. Я просто надеялся, что у него хватит мозгов совершить простую операцию.

— Привет — сказал я, подбегая к нему.

Поля его рыбацкой шляпы, заляпанной грязью, приподнялись, и из тени выглянуло лицо с бакенбардами.

— Сколько стоит шляпа и пальто?

— Сколько у тебя есть? — спросил он в ответ.

— Как насчет двадцатки? — Я выудил купюру из бумажника.

Он усмехнулся и покачал головой.

— Серьезно? — Спросил я, глядя на испачканные вещи — Это очень великодушно.

— Что? Я должен вскочить и сбросить свои шмотки при первом же запахе денег? Во мне больше достоинства, чем в этом. Кроме того — добавил он, и в его глазах появилось опасное выражение — я узнаю этот задыхающийся голос. Ты в бегах, мой друг. Это значит, что я не просто предлагаю тебе товар, но и оказываю услугу.

— Услугу?

— Ты же не хочешь, чтобы я настучал на парней в синем, не так ли? Дай им подробное описание? — Он подмигнул, и в его усах появилась желтоватая улыбка — Итак, позволь спросить тебя еще раз. Сколько у тебя есть?

Я выругался, роясь в бумажнике.

— Сто сорок — пробормотал я.

Он выхватил пачку банкнот, засунул их подальше, а затем с преувеличенной осторожностью снял пальто. Я оглянулся через плечо, чувствуя, как от волнения мой мочевой пузырь раздувается. Моя минута почти истекла.

— Да ладно тебе, уже — сказал я, переминаясь с ноги на ногу.

Мужчина встал и настоял на том, чтобы помочь мне надеть пальто, он проделал это так, словно у него была впереди целая неделя. Наконец, он снял шляпу с копны жирных волос и нахлобучил её мне на голову.

Он оглядел меня с ног до головы.

— Не от мира сего!

— Да, я подумал о том же — сказал я, но имея в виду ужасную вонь от пальто — Эй, не могли бы вы по доброте душевной вернуть мне двадцатку? У меня нет денег на такси.

— Прочитайте мелкий шрифт — Он трижды хлопнул меня по плечу — Все сделки окончательны.

Мое лицо вспыхнуло от смеха этого человека, но у меня не было времени спорить. В квартале позади меня, со стороны колледжа Мидтаун, послышались крики, и я понял, что это значит. Не оборачиваясь, я пошел шатающейся походкой бездомного. В Центре города таких было много, что было несчастьем для них, но очень удачно для меня. Полиция, скорее всего, искала профессора.

— Удачи — крикнул мне вслед мужчина и еще немного посмеялся.

23

Мимо проползали полицейские машины, прочесывая улицы вокруг колледжа. Я продолжил свой шаркающий путь, внимательно следя за тем, чтобы за солнцезащитными очками не появились признаки опасности, например, пара полицейских впереди, которые заглядывали в магазины и внимательно следили за движением пешеходов.

Нельзя показывать тревогу, подумал я, чувствуя, как учащается мой пульс. Нужно продолжать идти.

Когда полицейские были уже почти рядом со мной, я, пошатываясь, подошел к мужчине в деловом костюме и попросил у него сдачу. Мужчина что-то проворчал, и мне на ладонь упала монета в двадцать пять центов. Полицейские посмотрели на обмен, но продолжили идти. Мне нужно было убираться к чертовой матери из Центра города.

Но куда идти?

Я отложил четвертак, обдумывая варианты. В квартире никого не было, полиция Нью-Йорка рыскала по всему зданию. К счастью, Табита несколько дней будет жить одна. Она не смогла бы залезть в холодильник, но смогла бы добраться до кладовой и открыть краны с водой. В худшем случае, там были голуби. Она была бы не в восторге от этого, но она бы выжила.

Я просмотрела краткий список альтернативных мест назначения.

Снова Ист-Виллидж? Я покачал головой. Заброшенные здания могли бы спрятать меня от бандитов, но не от решительных полицейских, численность которых исчислялась десятками тысяч. Это относилось к любому из разрушающихся районов. На этот раз мне нужно было не просто укрыться, мне нужна была защита.

Я подумал о тех двоих, которые уже предлагали мне