Просто так вышло, что они постоянно меня окружают.

– Как и всех вас, – пробормотала Джесс, не сводившая с меня взгляда. От скорбящей вдовы в ней уже ничего не осталось. Теперь ее взгляд выражал подозрение.

Я посмотрела на шею Джесс. Она сказала, что выбросила подаренный Ангелом серебристый флакончик. У него имелся амулет, идентичный тому, какой носила жена Спира, встреченная нами на яхте. По словам Ангела, внутри находилась азоге, способная уберечь от сглаза или привлечь любовь. Конечно же, амулет не сумел спасти ему жизнь. Впрочем, судя по искаженному мукой телу, ему не смогло бы помочь ничто на свете.

– Пошли, Урсула, – позвала мама, спускаясь по лестнице вместе с остальными.

– Приду через минуту.

Она внимательно посмотрела на меня.

– Мам, все со мной нормально. Я уже большая девочка. Мне не нужна компаньонка.

– Милая, твоя мама, как и я, просто беспокоится, что ты слишком долго смотришь на тело, – подняла брови тетушка.

– Нет, тетя Шарлотта, – вздохнула я. – Ее тревожит не это.

Мама фыркнула и отвернулась.

Они зашагали вниз, а Джесс закрылась в спальне, где прежде находились птицы.

Спир подпирал угол возле комода, на котором стояла фотография двух женщин. Всего несколько часов назад он будто бы из ниоткуда возник за моей спиной – перед тем, как я вошла в этот чулан, площадка лестницы была пуста. Теперь Спир отчасти скрывался в тени, мешавшей разглядеть выражение его лица. Лишь глаза блестели в полутьме, как черный панцирь жука. Без сомнений, он наблюдал за мной. Я вдруг ощутила, что мне не по себе, ведь рядом находился человек, которого только что обвинили в убийстве, а в нескольких футах от нас лежало тело.

– Могу ли я тебе доверять? – пробормотала я.

– С чего такой вопрос? – глубоко вздохнув, уточнил Спир.

Я пожала плечами.

– Не знаю. Может, с того, что я застряла на острове с тремя трупами и среди нас, вероятно, есть убийца.

– Почему ты всегда подшучиваешь над смертью?

– Ты знаешь меня меньше двух суток и понятия не имеешь ни о моих отношениях со смертью, ни о моих привычках.

Спир сделал шаг ко мне, и снова я, не задумываясь, отпрянула назад.

– Ладно. – Он остановился и поднял руки, как будто показывая, что не вооружен. – Слушай, если мы хотим выбраться отсюда, нужно попытаться работать сообща. Вот и все, что я хочу сказать.

Я посмотрела на останки Ангела: пустой сверток из кожи и костей, прикрытый одеждой. Лицо покойника приобрело мраморно-серый оттенок и так исказилось, что черты стали неузнаваемы. С шеи бессмысленно свисали амулеты. Теперь, когда он умер, любовные снадобья, талисман на удачу, распятие и египетский анкх превратились в обычные безделушки. На частично обнаженной груди болтался серебристый флакон.

Ангел говорил, что владеет ботаникой, где торгует всякими маслами и целым арсеналом живительных, укрепляющих и защитных снадобий и амулетов. Но нелепая смерть на этом острове положила всему конец.

Я шагнула вперед. Под ногой хрустнули сломанные бусы и цепочки, видимо, слетевшие, пока он неистово дергал руками. Все его планы и мечты, взгляды и убеждения в один миг потеряли смысл, а потом исчезли вместе с последним вздохом.

– Думаешь, Ангела в самом деле отравили?

– Возможно.

Я посмотрела на побелевшее от ужаса, измученное лицо несчастного, холодные, как камень, глаза, болезненно стиснутую челюсть; на свисавшую вниз правую руку, стекающий по которой водопад браслетов и бус заканчивался разбитой лужицей возле кровати; на левую, прижимавшую цепочки к груди. Потом внимательнее пригляделась к амулету с азоге, похожему на жидкое серебро; такие же он предлагал разным женщинам. Теперь флакончик больше не отливал серебристым цветом. Он был пуст. Крышку кто-то сдвинул – может, сам Ангел, когда хватался за свои амулеты, – и жидкое серебро исчезло.

– Взгляни-ка, – попросила я. – Амулет из жидкого серебра. Такой же, как он подарил… – Я подняла глаза на Спира.

– Все нормально. Я знаю.

Я вновь посмотрела на Ангела, на его тело, исказившееся под воздействием яда. Жидкое серебро.

У меня задрожали руки, перед глазами замерцали синие огоньки, складывающиеся в знакомый узор. Ноги подогнулись, по спине медленно поползла капелька пота.

– Урсула? – Спир подхватил меня под локоть. – С тобой все хорошо?

Я постаралась выровнять дыхание, как советовал психотерапевт Боб. Он обожал раздавать бесполезные советы.

– Все нормально. – Ощущая кислый вкус подступающей к горлу тошноты, я заставила себя выйти из комнаты. – Просто иногда немного кружится голова и… – Я споткнулась; пол начал уходить из-под ног. Спир сжал мою руку и потянул меня к перилам.

Двери в комнаты, где разместились Джесс и Бриджет с Бутылконосом, оставались закрыты. Вокруг царила тишина. Я вдруг почувствовала себя очень одинокой, находясь на этой лестничной площадке в компании Спира. Мама права, мне нужно идти вниз.

– Ничего, порядок. – Я попыталась вырвать руку. – Где ты был?

– Что?

– Когда я полезла в чулан с черепами. Где?

– Не знаю, здесь, наверное. Что с тобой?

Я снова попыталась взять себя в руки.

– Небольшая слабость. Ну, из-за стресса… Боб называет это тревожным расстройством.

– Боб?

– Неважно. Временами я теряю сознание.

Спир одарил меня преувеличенно искренней улыбкой.

– Вероятно, Урсула, тебе не нравится оставаться один на один с убийцей?

Я замерла на самом верху лестницы, внезапно окаменев. Дыхание непроизвольно участилось.

– Шучу, идиотка, – прошептал Спир мне на ухо, потом с улыбкой отстранился. – А теперь обопрись на меня и успокойся.

Внутри начала подниматься паника. Я взглянула на Спира, силясь понять, правда ли он шутит или передо мной убийца. Учитывая, сколько раз мне приходилось оказываться в подобной ситуации, странно, что я до сих пор не научилась определять.

– Жидкое серебро, – прошептала я.

Нога соскользнула со ступеньки, и Спир крепче сжал мою талию.

– Ш-ш-ш. – Звук вышел резким. – Не хочу никого тревожить. Тебя просто нужно отвести вниз. Не волнуйся, я рядом.

Его слова отнюдь не внушали мне чувства безопасности.

– Жидкое серебро, – срывающимся голосом повторила я.

– Да-да, ты говорила. А теперь пойдем.

Спир снова усилил хватку. Мы находились наверху лестницы.

– Я не чувствую ног, – выдохнула я.

– Не важно. Сейчас они тебе не понадобятся. – Он положил руку мне на спину. – Обопрись на меня.

От подножия лестницы на меня хмуро взирала мама. Рядом с ней стояла Мирабель, а тетя Шарлотта как раз выходила из гостиной.

– Мама, – выдохнула я и попыталась отстраниться от Спира, но он другой рукой притянул меня обратно и тихо прошептал на ухо:

– Не дергайся.

– Урсула, что ты, черт возьми, творишь? – раздраженно осведомилась мама. – А ты что делаешь с моей дочерью, крутой мачо?

– Она нездорова, – сообщил Спир.

– Она всегда чертовски