и дома он теперь бывал редко. С раннего утра становился на лыжи и шел с Лютом в лес.

В оттепель бригада охотников уехала, и Сергей остался один. Приходилось сидеть на базе, в лесу по воде делать нечего.

Пришел отец, принес продукты, посидел, помолчал, передал привет от матери. Потоптался у двери:

— Чего матери передать? Беспокоится, чай, не заболел ли?

— Скажи — здоров, скоро буду.

Отец надел шапку, снова снял:

— Ну, а с девчонкой что? Другую нашел или как?

— Ой, отец, без твоих вопросов тошно, — с болью ответил Сергей.

После ухода отца Сергей долго думал, может, на самом деле съездить в деревню, поговорить с Настей? Что он ей скажет? Что виноват? Что больше этого не будет?

Утром ударил мороз. Зима вновь вернула свои позиции. Два дня шел снег и навалил сугробы — по колено. Вскоре приехала охотничья бригада, снова на базе стало шумно, весело. Правда, оставалась она недолго. Отстреляли лосей и перебрались к соседям, в угодья станкостроительного завода, предупредив Сергея, что на его участке появились три рыси.

Это сообщение Сергея встревожило. Рысь — опасный и коварный хищник, добыть ее трудно, а беды наделает она много. Был бы Лют постарше…

29 декабря утром на базу пришел Колька Кандыков, ружье поставил в сенях, зашел в комнату. Был он красный с мороза, веселый. Лют долго обнюхивал его, потом подбежал к двери и заскулил.

— На охоту просится, — сказал Колька. — А ты чего бока отлеживаешь? — обратился он к Сергею.

— Завтра собирался. Рысь появилась, нужно поискать.

— Зачем завтра, айда сейчас. Воскресенье сегодня. Выходной Иван Михайлович дал. Мужики у Рыжей гривы двух рысей видели.

— Ладно. Я мигом, — загорелся Сергей.

Через несколько минут Сергей и Колька катили на лыжах в сторону Рыжей гривы, Лют бежал впереди. Наст выдерживал его и лишь возле кустов щенок проваливался по брюхо.

Ближе к Рыжей гриве следов зверей стало меньше.

— Свирепствуют хищники! — сказал Колька.

— Наверное, из-за этого зверье подалось в другую сторону, — согласился Сергей.

Пересекли лесополосу. Неподалеку зазеленел бор. Зарядили ружья, пошли рядом. Отошли от лесополосы метров двести — как сзади послышался лай.

— Собака? — воскликнул Николай.

Сергей глянул вокруг — Люта не было.

— Это Лют.

— Что он может там найти? Лося, поди, учуял, — заметил Николай. — Лай-то свирепый, по большому зверю. Позови, — посоветовал Колька.

Сергей заложил два пальца в рот и свистнул. В ответ лай стал громче и яростней.

— Уж не рысь ли облаивает? — с тревогой предположил Сергей.

— Чего ей в лесополосе делать? Бор рядом… — возразил Колька, но быстро пошел на лай.

— Зайцы-то в лесополосе скрываются, — сбил дыхание Сергей, торопясь следом.

— Я на ту сторону, ты — по этой, — Колька шагнул внутрь лесополосы и сразу же ударил его выстрел, потом второй.

Сергей сдернул с плеча ружье, скинул перчатки, впереди, метрах в тридцати, мелькнуло что-то в ветвях и исчезло. Лай вдруг перешел в яростное рычание, потам визг и все смолкло.

Сергей побежал вперед изо всех сил. Сквозь кусты лесополосы на снегу что-то темнело. Продравшись меж ветками, увидел: Лют лежит с разорванным боком, кровь впитывается в снег, на котором ясно видны крупные кошачьи следы.

Справа еще ударил выстрел. Сергей положил ружье на снег, наклонился над Лютом. Он был жив. И когда Сергей погладил его по голове, успел лизнуть ему руку.

— Колька! — закричал Сергей громко. — Николай!

— Здесь я, здесь. Взял одну, — зда-аровая! — Колька подбежал к Люту, снял лыжи, наклонился. — От гады, такого щенка…

— Что делать? Коля, скажи! — со слезами в голосе спросил Сергей.

— К ветеринару нужно. Беги за «Бураном».

Сергей скинул полушубок, оставил ружье и пошел махать палками. За какое время он добежал до базы, не заметил, но показалось ему, что бежал очень долго. Накинул на мокрое тело фуфайку, открыл сарай. «Буран» завелся быстро.

Колька ждал его у лесополосы:

— Все, Сергей! Поздно.

Сергей медленно слез с сиденья и пошел к Люту. Тот лежал вытянувшись, словно у порога двери, на своем любимом месте. В комнате ему всегда было жарко.

Сергей стал на колени, провел рукой по спине, шерсть была холодной и влажной…

Весь следующий день Сергей ходил по следу рыси. Следы были крупные, шаг широкий. Матерая кошка. Чувствуя преследование, рысь путала следы, петляла, кидалась из стороны в сторону. Она шла через густой кустарник, пролезала под поваленными деревьями, и однажды Сергей потерял след, запутался в бесконечных петлях, и если бы не помогла глазастая сорока, рысь бы ушла. Уже отчаявшись, Сергей услышал сердитый треск, пошел на звук и наконец увидел ее. Рысь ждала с другой стороны… Старая, опытная хищница, на шее свежая рана. «Люта работа!» — догадался Сергей и вздохнул…

Уставший, голодный, только к вечеру приплелся Сергей на базу со своей тяжелой ношей. На столе лежал конверт. «Отец принес», — понял Сергей и без сил опустился на стул. Потом дотянулся, взял конверт, вскрыл. В нем был приказ:

«В связи с неудовлетворительной работой егеря Позднякова С. С., выразившейся в грубости с охотниками, и в связи с ненадлежащим исполнением служебных обязанностей

ПРИКАЗЫВАЮ:

егеря Позднякова С. С. перевести на участок «Дальний», с понижением в окладе со 2-го января».

«Дальний»? А зачем? За что?

Ночь Сергей почти не спал. Утром вышел во двор. Взял лопату, разгреб под густой елкой, стоящей в углу двора, снег и стал копать яму — могилу для Люта. Земля уже застыла, и Сергей провозился долго. Разровнял дно ямы. Принес свое старое пальто. Постелил, чтобы Люту мягче было. Потом принес его самого. Тело щенка закостенело и не гнулось. Сергей поцеловал его в холодную морду и опустил в яму. Сбегал в сарай, принес кусок фанеры, прикрыл им Люта сверху и только потом забросал могилу. Зеленая елка прикрыла ее своими мохнатыми лапами…

Вернувшись, Сергей взял дневник, проверил и тщательно заполнил в самом начале, на странице пятой, журнал фенологических наблюдений. Бегло просмотрел. Долистал до чистой страницы. Последняя запись была датирована 28 декабря.

Он ничего не писал с воскресенья, с 29-го декабря, с того дня, когда они с Колькой и Лютом пошли на охоту.

Декабрь

29, воскресенье

Утром ушли с охотником Кандыковым и Лютом за рысью. Две рыси были уничтожены, погиб Лют (Лютый — западно-сибирская лайка, родился 17 марта сего года).

30, понедельник

Уничтожена третья рысь.

Очень тяжело одному. Наверное, прав районный охотовед — нужно мне увольняться. Не ехать на «Дальний», а куда-нибудь еще дальше… Я один, совсем один.

31, вторник

Последний день моей