Листик – выдал нам настойки с успокоительным и пообещал, что по ночам перестанут сниться кошмары. Очень кстати, честно говоря. Только при общении с профессором узнал, что не только у меня такие проблемы.

По вечерам работали в теплицах и готовили новые настойки для фронта, а в свободный часик перед сном собирались в гостиной и за большим столом обсуждали новости. Теперь с нами в одной гостиной были Головин, Арнаутов и прочие ребята из бывшей второй группы, так что дружеской атмосферы очень не хватало.

– Говорят, поляки прошли к Велижу через Новгородскую республику, где их не ждали наши. Там погранцы даже сопротивления им не оказывали и отступили, едва завидели их приближение, а сейчас в новгородских землях растет партизанское движение. Несогласные с позицией совета, воины уходят в подолье и бьют полякам в спину, срывают подвоз припасов и питания. С такими темпами поляк очень скоро изголодается, а воевать на пустой желудок – пропащее дело.

Фрязин отложил в сторону газету и посмотрел на нас.

– С голодухи только злее станут и начнут шарить по дворам в поисках еды, – отмахнулся Суровцев.

– А вот вам еще одна заметка! Рославльскую крепость обороняли жители города. Говорят, женщин и детей не выпустил из города какой-то там полковник, чтобы защитники не разбежались. Сейчас этого полковника отдали под суд.

– Правильно! Вручить ему ружье и пустить на отряды поляков без права отступать. – Матвеев сжал столешницу с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

– А что люди-то? Живые хоть?

– Обошлось без больших жертв, но пострадавшие все равно есть. Та-а-ак!

– Лука, хорош уже, а! – не выдержал Буров. – Вторую неделю в академии, а такое впечатление, что до сих пор на фронте.

– Не-не, вы должны это услышать! В Польше и Литве начались протесты. Люди хотят немедленного прекращения войны и возвращения армии домой. Говорят, Варшава охвачена беспорядками, а во главе бунтарей некий сенатор Руднянский. Из-за угрозы расправы правительство вынуждено перебраться в Краков.

– Пусть не переживают, скоро их армия будет дома. Мы ведь такие – примем, встретим, домой проводим, еще и в гостях порядок наведем. – Фыркнул Дима и закинул ноги на стол.

– Буров, соблюдайте правила приличия, вы в академии находитесь, а не у себя дома!

Григорьев снова появился неизвестно откуда. Такое впечатление, что даже в академии нужно постоянно растягивать ментальную сеть, чтобы избегать таких сюрпризов. Пожалуй, всегда буду так делать. Колючка повернулся ко мне и протянул сверток.

– Вам письмо, Архипов!

Принял из рук Аркадия Палыча свиток и тут же развернул, пробежавшись глазами:

Андрей, есть сведения, что в эти выходные в городе планируются неприятные события с участием одаренных. Нам нужно знать как можно больше. И да, не хотим поднимать панику и запрещать студентам покидать академию, но Головин и Елизаров на этих выходных не должны выходить за ее порог. Все должно выглядеть ненавязчиво.

Письмо было без подписи, но я по почерку узнал автора. Степаныч. Интересного почтальона он себе выбрал. Нет, конечно, я ждал от него указаний, но представлял себе это как-то более прозрачно. А тут… Хоть бы намек какой дал! Предположим, я знаю чем занять Головина, а вот Елизаров… Нет, две дуэли я точно не потяну.

– Дима, кстати, подниму тебе настроение.

– Попытайся! – тут же донеслось от Бурова.

– Мы на балу немного повздорили с Головиным и Сашка вызвал меня на дуэль.

– Ха! Ладно, насмешил. А дальше что?

– Как что? Я решил, что ты наверняка захочешь это увидеть, поэтому выбрал секундантом тебя.

– Андрей! – Буров соскочил со стула, подошел ко мне и посмотрел в глаза. – Повтори еще раз! Ничего лучшего я в жизни не слышал.

– Эй, а вот сейчас обидно было! – отозвалась Амалия.

– Свет очей моих, это я образно, – тут же выкрутился Буров.

Формальности соблюдены, теперь осталось придумать как занять Елизарова. Весь вечер ломал голову как сделать, чтобы никто не догадался о том, что все подстроено, иначе парни оба спрыгнут с ловушки. План со второй дуэлью не работал – Елизаров не идиот, чтобы выходить против Бурова, Князевой или Суровцева, а против кого-то слабого выставлять его опасно. Так и ребят покалечу, и Елизарову дам уйти. Решил отложить мозговой штурм на утро и не прогадал – у меня родился отличный план. Для этого решил прибегнуть к помощи настоек и кого-то, с кем Елизаров явно согласится выйти на арену.

Разыграл все до неприличия просто. Удобный момент представился, когда мы шли со столовой на занятия. Тихомирова шла прямо перед Елизаровым, а дальше дело техники – активирую дар, с помощью телекинеза резко взмахиваю рукой псионика, чтобы тот не успел опомниться, и отвешиваю Кате смачный шлепок по заднице. Естественно, это не проходит бесследно, Фрязин бросается на обидчика, ошеломленный Елизаров оправдывается и приносит извинения, но потом гордость все же взыграла в парне, и он набычился. Все, как я и ожидал.

– Лука, да вызови его на дуэль и дело с концом! – тут же посоветовал Матвеев. Ух! Отлично, что это предложил не я.

Вот только я одно не просчитал. Лука замялся, и хотел было ограничиться простыми извинениями. Если бы не гордость Елизарова, мой план рассыпался бы словно карточный домик, но тут псионику пришло в голову самому вызвать Луку на дуэль.

– Ты сам это подстроил и манипулировал моей рукой! Если в тебе не хватает мужества, я сам вызову тебя на дуэль!

– Отлично! Как раз после нас с Головиным и подеретесь, – вмешался я. – Кстати, Саша, после ужина в пятницу жду на арене.

– В пятницу меня не устраивает, давай раньше! – тут же встал в позу Головин.

– Ты что забыл, что время и место выбирает тот, кого вызвали? Я выбираю пятницу после ужина. Или ты испугался? Ну, не ожидал от тебя…

– Идет! – процедил сквозь зубы спектр.

– Андрей, а ты уверен, что это хороший план? – Лука с сомнением смотрел на меня. – Я ведь не выиграл ни одного поединка…

– Когда-то ведь надо начинать! И потом, ты что, позволить лапать свою девушку? Еще и кому… Елизарову!

– Ты прав! Деремся сразу после Архипова и Головина! – заявил Фрязин.

Время до пятницы тянулось непривычно долго, зато я успел подготовить небольшой сюрприз. Не секрет, что Головин выйдет на бой напичканный настойками по самое «не хочу». Я сделаю то же самое, вот только пару настоек оставлю не для себя. Во время занятий Листик доходчиво объяснил что бывает, если приготовить настойку неправильно и чего стоит ждать. Елизаров должен быть благодарен – я выбрал не самый болезенный вариант.

На самом деле,