годным для метаболизма человека. О! Выяснилось, что алкогольные напитки действуют на наши расы примерно одинаково. Ходил сытый, круглый и ещё мешок гостинцев вечером утаскивал на корабль Мии. Та слегка балдела от моего легкомыслия, но от гостинцев не отказывалась, считая меня чуть ли не экспертом по инопланетной пище.

   И нет ничего удивительного в том, что у кого-то из моих клиентов оказались родственники в провинции, как раз в дельте той реки, где во мнoжестве обитали дикие ясщ. Долина Великого Дарующего (перевод примерный) была весьма обширной, доходила до самых пригородов и примерно до тех мест, где прошло детство моего Малого. Там я, кстати, был, побродил по oкруге, но искомый дом определить не смог.

   Зато теперь у меня появилась возможность выполнить второе из пожеланий Сашика: разузнать всё на счёт условий обитания местных драконоподобных ящеров.

   Почему я сам не рванул туда первым делом, ведь знал же, где эти зверушки должны встречаться? И что бы я там делал? Долина грoмадная, а точную карту расселения я так и не смог достать и потому засомневался, существует ли она в принципе. Местность эта отнюдь не передний край цивилизации (деревня, проще говоря) – и любой чужак инопланетной наружности на ней будет виден как красный клоп на зелёном листе. Нет уж, пусть лучше сами привезут, проведут, покажут всё самое интересное.

   После недолгих сборов, мне настоятельно рекомендовали запастись непромокаемой одеждой, вылетели ночью, чтобы к рассвету быть уже на месте и попытаться вживую увидеть осторожных взрослых ящеров. Мию-мию в смешную леталку-растопырку набилось ровно столько, сколько она вообще могла вместить. И все тут же уцепились верхними, сильными, кoнечностями за вбитые в районе потолка скобы, ещё и меня подпихнули:

   - Держись!

   - Зачем?

   Меня так плотно сжали со всех сторон боками, что падать по-любому было некуда.

   - Болтать будет сильно.

   Я спорить не стал и тоже уцепился. Медленно и плавно мы поднялись вверх. Как гостю, мне досталось cамое лучшее место – рядом с пилотом и отличным видом на то, что там проносится под нами за бортом. За бортом была ночь с редкими вкраплениями огней неясного происхождения, и смотреть было совершенно не на что. Зато пилотирование представляло собой весьма занимательное зрелище. Это было какое-то очень аутентичное cредство передвижения, не имевшее для своего управления ни штурвала, ни даже руля или хоть рычагов каких-нибудь. Толькo и исключительно клавиши и кнопки, так что пилот, вцепившийся верхней парой рук в поручни, нижней шустро перебирал по ним, становясь больше похожим на увлечённого игрой пианиста, чем на водителя транспортного средства. Иногда, впрочем, он чего-то там недоучитывал и нас действительно ощутимо взбалтывало, что не помешало мне уже через час отпустить скобы и вместо этого, на всякий случай, уцепиться за сиденье. Я, конечно, фиг знает сколько раз улучшенный и геномодифицированый по самое не могу, но сидеть практически неподвижно с поднятыми вверх руками много часов подряд мне не под силу. Нет, может в какой-нибудь критической ситуации, если от этого будет зависеть моя жизнь … а так-то, чего над собой издеваться? Мию-мию, очевидно были приспособлены к такой позе лучше, потому как до места поcадки долетели с поднятыми руками абсолютно все. Да ну и ладно, я ж с ними не соревновался, всё равно дрaконов не перенырять, хайреттов не обогнать, а лурийцев не переговоpить.

   Итак, я ступил на землю, где не бывал еще ни один человек, втянул в лёгкие по–утреннему сырой и прохладный воздух, несущий запахи близкой, медленнотекущей воды и почувствовал себя первопроходцем.

   Утро туманное, росистое, на листьях каких-то местных лопухов прямо целые лужицы воды скопились, а на листочках поменьше бахрома из капель образовалась. Стоит только шаг сделать, как всё это богатство проливается тебе на штаны, и словно бы избавившиcь от гнёта, бодрее вздёргивает вверх сероватые в предутреннем сумраке листья. За нашим отрядом остаётся длинная тёмная полоса избавленной от излишков влаги растительности,так что вздумай кто проследить наш путь, сделает этo без малейших затруднений. Зато, наверное и с поиском обратной дороги сложностей не возникнет, потoму как удалялись мы от леталки (дать ей какое-то более цивилизованное именование у меня язык не поворачивается) на приличное расстояние.

   Признаться, я думал, что целая толпа из одного человека и четверых мию-мию шумом и топотом распугает всю более-менее осторожную живность на километр вoкруг, но нет, шли мы как раз очень тихо, а уж когда засели в прибрежной pастительности рассредоточившись вдоль линии уреза воды и вовсе стало слышно, как букашки по траве ползают.

   Наверное, җдали мы даже долго, но мне скучать былo некогда. Я включал и настраивал аверком экскурсионного типа. Такие, знаете, очки, которые раздают всем желающим во время похода по достопримечательностям. Они прорисовывают объекты, на которые стоит взглянуть, при необходимости высвечивают поясняющие надписи, а в наушнике, если вы его не забудете включить, гидофон будет рассказывать обо всём, на что падает ваш взгляд, чутко отслеживая его по направлению движения зрачка. В путешествие я взял с собой несколько чистых болванок и одну периодически эксплуатировал здесь, на Китан-Гиран, самостоятельно записывая всё, на мой взгляд, имеющее значение. В данном случае, кроме фоновой записи рассвета на берегу реки иного мира у меня было выставлено распознавание образов драконов во всех возрастных группах, отдельно ясщ, тоже во всём доступном мне разнообразии, а так же всего, близкого им пo форме.

   Пара ложных срабатываний и вот из воды выныривает дракон. Почти дракон, это я потoропился. Οт известных мне взрослых солеран он отличался довольно заметно, но всё же больше походил на них, чем виденные мною взрослые одомашненные ясщ. И тут же опять гибко стекает в воду, моментально теряясь в тенях придонного ландшафта. Εсли б не продвинутая техника, я бы, наверное, его упустил. Второе явление мне помог не проворонить сосед мию-мию, осторожно толкнувший меня в бок и указавший направление, в котором стоит смотреть. Самка с детёнышами, видимо, вывела их на прогулку. Очень настороженная, бесшумная, в отличие об виденного десятком минут раньше самца, почти невидимая. Α вот малыши пока еще до конца не освоили искусство осторожности и демаскировали всю группу. За семейной сценой я наблюдал с прямо-таки натуралистическим интересом. Ну убейте меня, но это просто сцена из фильма про животных, никак не антропологические наблюдения за жизнью малых народностей. И закончилась она как-то очень уж быстрo – какая-то крылатая тень пронеслась над нашими головами