там, – пробормотал Матвеев, который, как и я, сейчас стоял как истукан.

– Андрей, бегом сюда. Дело есть.

Теперь Листик не выглядел как разъяренный демон. Скорее, его вид излучал заинтересованность.

– Ладно, ребята, если к обеду не вернусь, не поминайте лихом, – сунул свой горшок с семенами Глебу и направился к теплицам.

– Говоришь, ты сорвал те цветы?

– Ну, я.

– Сам, или кто-то помогал?

– Сам.

– В общем, у тебя есть две минуты, чтобы рассказать как студент, получивший тройку на вступительном экзамене по ботанике, уже на следующий день собирает урожай одного из сложнейших растений.

В две минуты я уложился, и даже получил благодарность от Листьева. Стоило старику увидеть собранные семена, он заметно смягчился.

– Надо же, псионик, который подает надежды в ботанике. А из этого может что-то получиться… Хорошо, Андрей, ступай. И прости, что сорвался на тебя. Ты даже не представляешь насколько важны эти растения, особенно сейчас.

Листьев осекся, и я понял, что больше с него не вытащу ни слова. Я уже собирался выйти и направиться на обед, как профессор снова позвал меня.

– Архипов, надеюсь, вы не забыли, что у вас два дня дежурства в теплицах? Жду вас сегодня вечером после ужина!

Блин, я ведь и забыл, что сегодня мне еще отбывать наказание за драку на кухне. Уф, кажется, этот день никогда не кончится.

На обед я ожидаемо опоздал. Шел к столовой с предчувствием того, что увижу пустую столешницу, но хоть на десерт должен успеть!

– Вот, держи, я для тебя придержал, – Фрязин толкнул ко мне миску с картофельным пюре и самой аппетитной курочкой, которую мне вообще приходилось есть. – Правда, придется без салата, но уже хоть что-то урвал. Но там одни овощи были, так что ты не особо потерял.

– И на том спасибо!

Кстати! А ведь дежурство – неплохая возможность проверить свои способности. Я чувствовал волнение стражей в ночь, когда попал сюда, периодически мне удается чувствовать настрой окружающих людей. Может, и с растениями также? Там, в теплице я тонко чувствовал настрой этого кадиуса. Да и волчий капкан был как на ладони. Выходит, я могу понимать что требуется растениям? Уже вижу себя автором бестселлера «О чем думает ваша петрушка? Как наладить отношения с помидорами и кабачками». Невольно улыбнулся, представив как раздаю книги с автографами фермерам со всего княжества.

– Ты чего завис? – Лука с явным непониманием уставился на меня, и я поторопился занять место, чтобы развеять его волнение.

– Да, не обращай внимание. Листик совсем голову мне забил своими грядками. Я ведь только сейчас понял, что мне еще вечером обратно в теплицы идти.

– Этот может! – довольно протянул Матвеев. Глеб уже почти покончил со своей порцией и заметно подобрел.

Блин, что-то мало нас стало. Я, Фрязин и Матвеев. Нужно расширять нашу компанию, заводить связи, иначе ничего толком не добьемся. А c кем общаться? Вторая группа держится от нас особняком, Камардин вьется возле Бурова, а с Дмитрием мы вряд ли уживемся. Максимум, на что можно рассчитывать – перемирие. Хотя, если отбросить все противоречия и выбить из него предрассудки, вышел бы неплохой волевой напарник. Суровцев и Трегубов нейтральны, но если заполучить в компанию Бурова и решить разногласия, подтянулись бы и они. Ребята нормальные, но заводить дружбу не планируют. Борисов – даже думать нечего. С этим ублюдком не может быть никаких договоренностей.

Кто остается из нашей группы? Девчонки, которые пока стесняются и чаще всего держатся особняком от парней и простолюдины без дара, которые сторонятся одаренных. Одним словом, с товарищами беда.

После обеда нас ждала еще одна пара истории, но ничего полезного на занятии я не услышал. Такое впечатление, что Сахаров решил бегло пройтись по темам, которые были на вступительном экзамене и заполнить пробелы. Спустя полтора часа нудной пары мы отправились в библиотеку за книгой по истории восхождения Московского княжества, которую нужно было перечитать к следующему занятию.

Вот только вместо приятного времяпровождения за книгой мне пришлось отправляться в теплицы. Вообще, мне кажется, что если в государстве есть каторга, ну, какие-то там рудники, или каменоломни, то теплицы Листика – это своего рода каторга в рамках академии. Как иначе объяснить, что после дежурства в теплицах студенты обычно приходят выжатые как лимон?

– О, Андрей! Отлично! Я как раз ждал, когда ты придешь. Вот, принимай фонд работы. Это мешки с удобрениями, и мне очень нужно рассортировать их по теплицам. Бери тачку и за работу. По восемнадцать мешков в каждую теплицу. И да, в третью не лезь без меня, лишний раз тратить живую воду я не планировал.

Да, как-то иначе я представлял себе учебу в академии. Ладно, и не в такое… кхм, содержимое мешков вляпывались, переживем. Увы, но на этом моя отработка не закончилась. Пришлось таскать бревна для строительства новой теплицы. Листик совсем с катушек слетел и собрался строить четвертую теплицу размерами не меньше предыдущих. Если так, то она выйдет где-то сорок метров на пятнадцать. К счастью, бревна были совсем небольшими, кто-то уже успел распилить их на продольные части, поэтому каждое весило не более пятидесяти кило. Эта работа заняла несколько часов, среди которых приходилось делать совсем небольшие перерывы.

Во время отдыха Листик засыпал меня рассказами о редких растениях и их чудодейственных свойствах, но о кадиусе больше не произносил ни слова. Зато я почерпнул много информации, которая может пригодиться мне во время учебы. Скажем так, бесплатная лекция. Оказалось, что Иван Иваныч вполне неплохой рассказчик, а о своих цветочках может болтать бесконечно.

– Что приуныл? – Листьев посмотрел на меня, словно пытался прочесть мысли.

– Я думал, мы будем заниматься высадкой растений, собирать редкие образцы, готовить убойные зелья… Ну, точнее, вы будете это делать, а я буду помогать и учиться всему. А на деле пришлось таскать мешки с перегноем.

Листик улыбнулся во весь рот и присел рядом.

– Знаешь, прежде чем заняться чем-то важным, нужно сперва изучить основы. Да и в любом деле так – прежде чем станешь делать поистине значимые вещи, придется не один день с дерьмом провозиться.

– Вам бы логику читать или философию… – вовремя спохватился и замолчал. А вдруг Листик обидится и не станет больше ничего рассказывать?

– Так упразднили ведь что одну науку, что другую. Хотя, нет. Логика, кажись, будет у вас на третьем курсе. А на втором курсе я вам буду зоологию читать. Уж если растения особенные есть, представь что с животными! Ладно, еще одну умную вещь тебе скажу, пока ты тут уши