Пути подключиться не вышло. Видимо, джунгли Сиби вытянули слишком много соков. Впервые за долгое время я просто спал, снились самые обычные сны. Задницы. Задницы. Спелые задницы. Большие спелые задницы.

Поутру обнаружил, что все уже поели и собирались уходить.

— Опаздываешь в школу, соня, — потрепала меня мама по голове.

— Давай тут, следи за всем, — напутствовал отец.

— Пакеда, — махнул Пашка.

— А ты-то куда? — удивился я, не до конца уверенный, что мне это не снится. Всё же на кровати сижу во дворе.

— Мы в больницу сначала, — сказала мама. — За результатами анализов и Пашу проверить надо, всё же на учёте, — она показала пальцем на шею.

И я кивнул. Совсем забыл про это. Подобные ему в группе риска и их держат на контроле.

* * *

Результаты тестов у врача Пашку удивили. Он не просто сделал пару шагов на трясущихся ногах, а сам встал, сделал шаг вперёд, шаг назад и сел, всё это без опоры. Видимо, из-за усиленного последнее время питания окреп.

Мама очень обрадовалась.

Мозговая активность была в пределах нормы, а поведение паразита стабильным, так что ментат тоже ничего подозрительного не заметил.

Мама убежала на работу, а сын поехал домой. Он крутил колёса, погруженный в свои мысли, а на светофоре задумчиво вертел кольцо, подаренное братом. Необычное украшение. Предмет — ответ.

Что Андрей хотел им сказать? Странная ситуация, с одной стороны, жест доверия, типа, я не закрываюсь, брат. С другой, я не могу ничего конкретно сообщить.

Потом мысль ускакала на предстоящий забег по Дигме. Все средства, заработанные за удачные вылазки, улетели на ремонт. Так что семья снова на мели. Надо рисковать. Клановые ясли — игра вдолгую, а нужны быстрые деньги. Он понимал, что, скорее всего, в ближайшую сессию они потеряют персонажей. Нужен кто-то третий, кто подстрахует. Но такого кандидата нет. Только если Лупита. Надо обсудить с Андом.

При всём уважении, но, когда на кону деньги, он не собирался хоть как-то деанонить персонажей. Кайо, конечно, свой пацан. Но умные мысли обходят его голову десятой дорогой. Он может и не понять, и сболтнуть чего лишнего. Так что ну его. Лучше перестраховаться.

— Так… поворот пропустил, — сказал Пашка, развернул коляску и покатил в сторону дома.

* * *

Трое парней в куртках с мордой рогатой твари, потрошили чей-то лопатник, сидя на поребрике. Какой-то бедолага уснул пьяный и не принёс домой зарплату. Зато их отправили не зря, сейчас вернуться к банде с гостинцами.

— Это же тот козлина, — подал голос Заводь. Носил такое имя он не просто так, часто выступал в роли заводилы, втягивая приятелей в сомнительные приключения.

— Нет. Это его братан, — подал голос Диего. Раньше он был приходящим членом шайки, но две недели назад мать выгнала его из дома, и теперь податься ему больше некуда. — Видел их вместе.

— Пойдём привет передадим, — оскалился Заводь.

— Да ты гонишь, — сказал самый мелкий из троицы по имени Мышь. — Он же и так, вон… сам видишь.

— Пойдём, не ссы.

— Я бы не советовал, — спокойно заметил Диего. — Троюродный кузен моей тётки, Пакля, ты его помнишь, как-то хотел обнести дом их семейки, когда они только переехали.

— И чего? — замер Заводь.

— Пошли на дело вдвоём с приятелем, тот, — он кивнул на парня в коляске. — В капсуле был. И только они зашли, как глава семейства с работы вернулся. С виду приличный семьянин, обычный дядька. Но, за косяком у него в нише был топор. Подельник Пакли через окно шмыгнул, а кузен мой, идиот, нож выхватил. И тот мужик ему руку отрубил и запугал до смерти. Пришили кисть в подвале у Ветеринара. Ну ты знаешь, как он работает. С тех пор кузен и Пакля.

Вся троица заржала.

— Так что я бы на твоём месте, этого сопляка не трогал. Отец у них без башни.

— Я просто поговорю, — стоял на своём Заводь.

* * *

Колёса неожиданно забуксовали. Взгляд упёрся в чёрные ботинки, на одном из них был виден пыльный след протектора шин.

— Привет, — оскалился широкоплечий парень.

Пашка крутанулся, но улица была пуста. Помощи ждать неоткуда. Надо было послушать мать, дождаться брата в центре, а потом зависнуть в школьной капсуле. Но нет, решил сам доехать.

— Здарова, — нехотя ответил он.

— Здоровей видали, — заржал Заводь. — Ты мне на ногу наехал.

— Смотри, куда суешь свои говнотопы, — не стушевался Пашка.

Тут рогатый искренне загоготал так, что Пашка даже поверил в положительный исход встречи.

— Красава, реально, не очкуешь.

— Проехать дадите или как? — устало осведомился парень.

— Или как. Понимаешь, мне эти ботинки маменька моя подарила, а ты по ним как по асфальту. Надо компенсировать, понимаешь. Колечко у тебя, смотрю.

— Просто кусок железа, — Пашка поднял кулак демонстрируя.

Заводь раздраженно скривился.

— Беда. Тогда просто вытри и вали, — рогатый поставил стопу на сиденье между ног Пашки.

— Ага. Щас, — сказал Пашка и плюнул на ботинок, крутанув колёса и сбивая рогатого на землю.

— Ах ты, уродец мелкий, — заорал тот.

Мышь вытолкнул Пашку из кресла, а Диего уронил коляску со словами «брату привет».

Но Заводь на этом не успокоился. Он запрыгнул сверху на кресло и начала на нём скакать, а потом воздел над головой и несколько раз шмякнул об асфальт.

— Вот ты говно гнилое, — выругался Пашка, а параллельно уже придумывал в голове альтернативную версию утери коляски для брата. Ибо это ему точно рассказывать нельзя, иначе он кого-нибудь убьёт.

— Чё ты сказал, гандон мелкий⁈ — подскочил к нему Заводь.

— Чё слышал, гнида, — зло смотрел Пашка на неприятеля.

— Пойдём, Зав, — потянул его за руку Диего.

— Пошли-пошли, — присоединился к нему Мышь.

Но Заводь уже никого не слушал. Он влепил Пашке ногой в живот, а потом ещё добавил по рёбрам, и с кулака по лицу, пока друзья его не оттащили.

Отдышавшись, Пашка с трудом перевернулся. Прохожих не было. Он на всякий случай позвал на помощь, но никто не откликнулся.

Он поднялся на руках, кое-как дополз до остова сгоревшей машины, и, оперевшись на него, смог встать. Шаг, второй, и ноги подкосились, он распластался на асфальте, и падение отдалось в отбитых рёбрах. Парень зло сплюнул кровь, оскалился и пополз в сторону дома, стараясь выбирать место, куда ставить ладони, чтобы не распороть руки стеклом.

* * *

Завтракать одному было странно и непривычно. Прикончив еду, занялся укреплением тела. После отжиманий отправился наводить порядок на заднем дворе. Ну тут особо ничего не снесли. Подмёл и поработал по шинам.

Собирался уже идти в школу, когда