глаза, — Я очень благодарна вам за то, что вы вошли в мое положение, но позвольте попросить еще об одном одолжении?

— Каком же? — выдержал мой взгляд инквизитор.

Нервно сглотнув, я выпалила одним махом, опасаясь, что Себастьян может меня перебить, даже не дав закончить мысль до конца.

— Прошу, разрешите мне довести поединок до конца. Я никуда не убегу, обещаю. Тем более, что мне некуда бежать. Зато когда мы выиграем, я смогу предоставить вам доказательства того, что этот мешочек принадлежит Ульриху.

На скулах Себастьяна появились желваки, а по его сосредоточенному лицу мне стало понятно, что он сейчас разрывается между желанием помочь мне и собственным долгом, как инквизитора.

— Хорошо, — наконец прикрывал он глаза, — Я готов подождать до окончания поединка. Но если к этому времени у вас не найдется доказательств, я буду вынужден увести вас отсюда прямиком в темницу.

— Спасибо, — обрадованно отзываюсь я, — Вот увидите, все обязательно будет хорошо.

Себастьян невесело усмехнулся, но, тем не менее, ответил:

— Очень на это надеюсь.

— Кстати… а не расскажете что это вообще за вещество такое? Почему оно запрещено? А, вроде как, меня обвиняют в его хранении, а я даже не подозреваю что это.

Инквизитор скользнул по мне взглядом, полным сомнения и снова поднял передо мной тот самый мешочек за завязки.

— Это опасная смесь, которую используют как основу для ядов, — холодно отозвался Себастьян, и от его слов у меня даже засосало под ложечкой, — Кроме того, оно даже само по себе способно вызвать различные проблемы со здоровьем. От сильных головных болей и галлюцинаций до потери сознания, чувствительности и даже вкусовых ощущений и запахов. Причем употреблять эту смесь совсем не обязательно — она может доставить проблемы даже если вы находитесь с ней в одном помещении.

Услышав это, Каролина съежилась еще сильнее. Бедную девушку снова затрясло, а слезы хлынули с новой силой. Могла ли она подумать, что у нее в руках окажется такое опасное средство?

А на меня, тем временем, нахлынуло такое возмущение, какого я не испытывала даже когда Баран отказался пробовать мою готовку и назвал ее помоями.

Ух, Ульрих! Ух, крыса подзаборная!

Каждый раз когда мне казалось, что ничего гнуснее он придумать уже не может, Ульрих продолжал меня удивлять!

Выходит, сознание я, скорее всего, потеряла именно из-за этой дряни. И, хорошо еще только сознание потеряла… потому что если бы я перестала различать вкус и запахи, это был бы конец. Можно без проблем приготовить блюдо по памяти, но без вкуса и обоняния, его при всем желании не получится довести до совершенства.

Этого я так просто не оставлю!

Жаль, конечно, что из-за его выходок мы с Розой вынужденно поменялись местами. Я должна была приготовить закуски, тогда как она занялась бы супами, с которыми у нас не заладилось.

Ну да ладно, что-нибудь придумаем. В конце концов, Роза у нас спец по закускам, так что шансы на победу у нее высокие. Если первый раунд будет за ней, тогда она может взять на себя и супы. За это время я точно приду в себя и размажу Ульриха на основном блюде.

Я повернулась в сторону сцены, чтобы посмотреть как обстоят дела у Розы и… сперва просто не поняла что происходит, а потом и вовсе обомлела.

— Каролина… — дрожащим от волнения голосом позвала я девушку, — …а что случилось с Розой?

Глава 23

Чем дольше я смотрела на Розу, тем сильнее колотилось сердце.

Она стояла, застыв, как истукан, и безостановочно выписывала руну храбрости на собственной ладони

— Беда! — всхлипнула рядом Каролина, больно вцепившись мне в плечо, — Просто ужас!

— Да что случилось? Скажи внятно, пожалуйста! — повторила я настойчивее, пытаясь разжать пальцы девушки, которые были ледяными.

— У Розы пропала её косынка! — простонала Каролина.

Меня как током дернуло. Этого еще не хватало.

— Как? Как это получилось? Она же с ней никогда не расстается? — ничего не понимая затрясла я головой.

— Я сама не знаю! — со слезами на глазах ответила Каролина, — Я видела ее у Розы когда мы только приехали сюда. Думаю, она пропала в тот момент, как ты потеряла сознание. Тогда господин инквизитор позвал помощь и возле нас столпилось много народу. Розу оттеснили подальше и на некоторое время она просто исчезла из моего поля зрения.

— А Ульрих знал о косынке Розы? — прохрипела я, чувствуя как горло перехватило от волнения.

— Да, — кивнула Каролина, — Но он настрого запрещал Розе пользоваться ею. Говорил, что его бесит этот жалкий цирк.

— Вот ведь гад! — в сердцах воскликнула я, сжав кулаки.

— Ты думаешь, это мог быть он? — подняла на меня заплаканные глаза Каролина.

— Ну, может быть не сам. Но кто-то из его людей вполне мог воспользоваться суматохой, чтобы повысить свои шансы на победу в поединке. Господин Герран, скажите, когда я… лежала без сознания… вы не видели кого-то подозрительного? — мне очень тяжело дались эти слова не только потому что неприятно было признавать свою слабость, но и вспоминать что я угодила в такую очевидную ловушку.

Эх, если бы не катастрофическая нехватка времени, из-за которого у нас просто не было возможности отвлекаться на посторонние вещи…

Если бы не неизвестные ингредиенты, от которых у меня буквально шла кругом голова…

Если бы не необходимость продолжать обслуживать клиентов в таверне…

Если бы не все это разом, все могло быть по-другому. Но сейчас мне ничего не оставалось, как смириться с суровой правдой. Я оплошала и теперь должна исправить свою ошибку.

Только, сейчас речь не о ней. А о том, как помочь Розе.

— К сожалению, нет, — как мне показалось, чересчур недовольно дернул головой Себастьян, развернувшись в сторону сцены.

— Чего это он? — пробормотала я.

Но меня услышала Каролина, которая шепотом ответила мне на ухо:

— А то, что когда ты отключилась, а мы позвали на помощь, он был занят тем, что прятал тот самый мешочек, чтобы его больше никто не заметил.

На меня нахлынуло такой стыд пополам с растерянностью, что я на некоторое время потеряла дар речи. Чтобы Себастьян выгораживал меня перед всеми, скрывая такую громкую улику…

Мои щеки вспыхнули от внезапного прилива крови, а мне стало еще более неудобно за свою оплошность. Как только я прижму Ульриха и докажу свою невиновность, то обязательно отблагодарю Себастьяна.

Но сейчас нужно что-то сделать с Розой.

Я вновь кинула взгляд на сцену, в робкой надежде что девушка все-таки взяла себя в руки. Но, нет… ничего не изменилось.

Роза по-прежнему