— Давайте, может быть, я вам и расскажу, что с вами произошло? У меня уже кое-какие мысли по этому поводу появились, — наморщил лоб Картан. — Значит так, вы отправились в Темное пятно. Первые несколько дней вашего путешествия пусть останутся как есть. Тем более, как Эйсон рассказал, вы сдали все, что нашли от погибших охотников на той поляне, где вас атаковал монстр, на заставу. Значит, если Драск начнет копать, то тут же от офицеров на заставе получит и подтверждение этой истории. Поверит в ее часть, легче будет поверить и во все остальное. Поэтому первые несколько дней вашего похода пусть так и остаются, как было. А вот дальше уже изменим.

Вы попали не в ловушку, которая переправила вас на другую планету. Вы попали в какую-то аномалию, бродили по кругу, не в состоянии были из нее выбраться. Пусть это будет большой кусок джунглей на территории Темного пятна. Рассказывайте, что куда бы вы ни отправлялись, спустя десять — пятнадцать километров… давайте, к примеру, пятнадцать, вы оказывались в том же самом месте, откуда выходили. Монстров было очень немного, потому что, будем считать, что в эту ловушку попадают только люди. Вот так вы два месяца и провели, питаясь взятыми с собой пайками. Вы не сдавались и постоянно пытались куда-то выйти из этой ловушки, и вдруг она перестала работать. И вы оказались точно на том же самом месте, в котором в нее попали. Пусть, кстати, это будет то самое место, где была расположена настоящая ловушка. Теперь же ее там нет, правильно?

— Все верно, — подтвердил я, восхищаясь живым воображением герцога. Попроси он меня самого нужную историю сейчас придумать, это уже не получилось бы. Я с ног валился… Ходил, конечно, и даже улыбался, когда нужно, но соображал уже не очень.

— Вот и прекрасно. Так что если даже Драск отправит туда какую-то экспедицию, она там ничего не найдет. В этом случае ваша история не будет вызывать каких-то подозрений. Почему ловушка вас выкинула? Возможно, там был какой-то заряженный артефакт, установленный нелюдями, который потом дал сбой или разрядился. Можете так это объяснять, если король спросит, главное, не забывайте пожимать плечами, мол, это всего лишь предположения. А артефакт потом, видимо, эти нелюди и унесли…

И самое главное, снимается вопрос, как вы смогли больше двух месяцев выжить на территории Темного пятна. Просто почти все это время вы находились в достаточно безопасном месте, из которого не могли никак выбраться. Опасность для вас в нем была минимальная. Рисковали вы фактически только те несколько дней, когда шли до этой ловушки, и те несколько дней, которые потратили на то, чтобы вернуться домой после того, как выбрались из нее.

Я посмотрел на Джоан, после чего уважительно кивнул в адрес герцога Картана. Действительно, возможно, выслушав эту историю, король будет разочарован. Но с другой стороны, а нужно ли нам, чтобы кто-то узнал о том, насколько серьезным опасностям мы подверглись и насколько велики наши трофеи? Ну и другие резоны отца Джоан были верны. Однозначно, что нам правду разглашать совсем ни к чему. И королю отказывать неудобно, если потребует поделиться редкими трофеями, и лазутчикам гномов не надо облегчать поиск информации о тех, кто разгромил их клан.

Согласовав с нами версию, герцог Картан вздохнул и сказал:

— Ну ладно, устал я что-то. Рад, что все закончилось хорошо и вы живы. Пожалуйста, не пугайте больше старика. Ну все, теперь я уже, пожалуй, отправлюсь к себе домой. Лягу и как следует высплюсь, прежде чем сообщить Драску, что вы теперь в безопасности. Нужно неплохо соображать, когда я с ним встречусь. А вы согласуйте между собой эту историю, чтобы рассказать ее королю в точности так, как я сейчас ее изложил. Думаю, все же он не удержится от любопытства и вызовет вас к себе.

Седнеш открыл портал для герцога в Аргент. Попрощавшись с ним, мы с Джоан направились к остальным членам клана.

Я бы и сам сейчас с удовольствием спать лег, но раз уж Аркош заговорил про празднование, значит, совершенно однозначно, что и так отложенный на один день праздник никто затягивать уже больше не хочет. Вот и мне тоже не стоит, как кланлидеру, создавать для него препятствия.

Правильно я все понял.

Едва мы с Джоан подошли поближе к членам клана, нас тут же чуть ли не за руки потащили в пиршественный зал Академии Дерзких, для того чтобы начать праздновать.

Времени у всех было достаточно, чтобы привезти из столицы любые кушанья из любых ресторанов. Гредбенк, конечно же, находясь здесь, осуществил всю необходимую транспортировку.

Так что стол был накрыт шикарный, и на нем было множество блюд, от которых я давно уже отвык, питаясь сухпайками и для разнообразия приготовленным на скорую руку мясом монстров, про которых мы точно знали, что они съедобны.

У меня чуть ли слюна не начала капать изо рта, когда я все это увидел и учуял прямо перед собой. Все ждали только нас с Джоан, так что тут же разместились за столами. Отдельные столы сдвинули вместе, и весь наш клан, в котором было уже больше двух с половиной сотен членов, без проблем за этим огромным столом разместился.

Но, конечно, от еды меня отделял еще приветственный тост, который я, как кланлидер, в такой ситуации был просто обязан сказать. Так что я встал и поднял руки, приветствуя всех. После чего, конечно, пришлось переждать секунд пятнадцать восторженных криков членов клана. Ну а затем я начал свою речь:

— Один умный человек сказал, что то, что нас не убивает, делает нас сильнее. Я понимаю, что вы думали, что мы пропали и скорее всего погибли. Но, к счастью, хоть это было и непросто, мы смогли выжить, разжиться богатой добычей и, что самое важное, информацией, которая стоит гораздо дороже любого золота. И этот рискованный, но чрезвычайно удачный поход многое изменит не только в жизни нашего клана, но и в судьбе всего человечества. Каким бы странным такое заявление вам сейчас ни показалось, подождите и сможете однажды понять, о чем я говорю.

Поднимаю этот тост за клан «Дерзких»! Мы обязательно используем все то, что узнали во время этой вылазки, для того чтобы клан «Дерзких» рос и развивался дальше. Выпьем в том числе и за всех тех, кто неустанно и ежечасно тренировался и работал во имя клана, пока многим казалось, что его положение