Глава 14

Я проснулся от едва слышных голосов, раздававшихся из гостиной. Скорее всего, Лена вернулась со своей ночной смены и встретилась с Вандой. Но беспокойные нотки в её голосе сразу вывели меня из дремоты. Посмотрев на часы, я отметил, что было уже почти восемь часов утра. Скинув с груди мирно сопящего Кинга, я поднялся и направился в гостиную.

— Дима, хорошо, что ты проснулся, я хотела уже тебя будить, — сказала Лена, поворачиваясь ко мне, как только я переступил порог комнаты. Она сидела рядом с лежавшей на диване и укутанной в одеяло Вандой. На лице подруги играл лихорадочный румянец, а на лбу лежало полотенце, которое она прижимала рукой.

— Что случилось? — я сразу же подошёл к Ванде. Увидев меня, она попыталась подняться, но Лена не дала ей этого сделать, удерживая на месте.

— Всё в порядке, — вяло пробормотала Ванда.

— Нет, не в порядке. У тебя сильный жар и озноб. И начались они как-то слишком внезапно, — Лена повернулась ко мне и принялась объяснять. — Я пришла со смены, мы попили чай, и Ванду начало трясти. Я ничем не могу сбить температуру, и от моих манипуляций, как мне кажется, становится только хуже. — Лена всплеснула руками, а Леди, всё ещё дежурившая возле Ванды, решительно мявкнула, вытягиваясь на спинке дивана.

— Это от нервов, всё скоро пройдёт, — отмахнулась Ванда, садясь на диван, сбрасывая одеяло и снимая с головы полотенце.

Яркий румянец на щеках и проступившая на лбу испарина напомнили мне о том вечере, когда Ванда потеряла контроль в моём поместье. Я активировал свой дар и начал изучать её источник, пытаясь обнаружить магические нити. Но их не было, а источник был всё так же инертен. Похоже, здесь дело было в другом.

— Это не могут быть последствия той болезни? — осторожно поинтересовалась Лена.

— Нет, вряд ли. Нашу Ванду чуть ли не по кусочкам разобрали, стараясь объяснить причину такой живучести, — ответил я, тряхнув головой. — Ладно, давай сразу в больничное отделение, сдам тебя Ахметовой. Она лучше разбирается в странных болезнях наших сотрудников.

Не слушая вялые возражения Ванды, я доставил её в СБ в самые короткие сроки, сдал на руки Ольге Николаевне и сразу же направился в операторскую, даже не удивившись тому, что Андрей с Ваней были там.

— Я так понимаю, вы никуда не уходили? — поприветствовал я, садясь рядом с ними. — Что-то изменилось за ночь?

— Да, — серьёзно произнёс Ваня, интенсивно протёр лицо и повернулся ко мне. — Роман с Анной только что ушли и до сих пор не вернулись. Но не это главное. Вот, смотри, — он вновь повернулся к мониторам и указал рукой на тот, что транслировал изображение рядом со входом в подъезд. Вместо ожидаемого сотрудника полиции я увидел мужчину, по выправке которого можно было смело судить о военной подготовке. — Смена произошла сразу же, как только начали оцеплять площадь и готовить её к мероприятию.

— Очень интересно, похоже, они действительно боятся Гаранина, — протянул я, рассматривая невозмутимого охранника.

— Не факт. Это один из людей Георгия Гаранина, — тихо проговорил Рокотов, всё ещё рассматривая изображения с мониторов.

— Ты уверен? — решил уточнить я, пытаясь сообразить при чём здесь вообще Ромкин папаша. Неужели он решил рискнуть и сунуться к сыну?

— За Георгием не только ты приглядываешь, — Ваня усмехнулся. — Досье на его людей я собрал сразу же, как только Роман вылетел во Фландрию.

— Мне не совсем понятно, что это может значить, — нахмурившись, произнёс я, начиная перебирать в голове все возможные варианты. — Почему именно сегодня?

— Это главный вопрос, с которым сейчас пытаются разобраться Демидов и Дубов. Эдуард подключил Прохорова, но тот говорит, что никакой подозрительной активности со стороны Гаранина не было, всё шло, как всегда. Но Лео прав: нам просто необходим человек в окружении Моро, потому что от последнего Георгий не вылезает. Скоро такими темпами жить к Джейсону переедет, — Рокотов жёстко усмехнулся.

— Что-то ещё? — хмуро спросил я, рассматривая стоявшего довольно расслабленно наблюдателя.

— Мы выяснили, что квартира Романа находится на двадцатом этаже, и окна из неё выходят на другую сторону от площади, — взял слово Андрей. — Что именно он собирается делать, я не могу даже предположить. Судя по планам полиции, все подъезды и подходы к площади перекрыты, и проникнуть на территорию можно будет только случайно, особенно учитывая тот факт, что за Романом следят все, кому не лень. Мне даже кажется, что свита самого президента менее внушительная, чем количество соглядатаев, следующих за ним по пятам.

— Порталом он не сможет воспользоваться, если хочет остаться незамеченным, — задумчиво произнёс я. — Во Фландрии фиксируется каждое применение подобных артефактов на государственном уровне. В этом они преуспели как никто другой.

— Гадать мы можем бесконечно, нужно смотреть на месте. И да, это не единственный человек Георгия. По периметру рассредоточены ещё несколько человек. Залман и Лепняев уже на месте, стараются не привлекать внимания. Всё будет зависеть от действий Романа, — произнёс Ваня, всё ещё не сводя взгляда с мониторов. — Знаешь, что самое хреновое в таких операциях? — нарушил он наконец напряжённую тишину.

— Нет, — честно ответил я.

— Самое хреновое — это наблюдать, когда отсчёт уже пошёл в обратном направлении, и понимать, что ты ничего не сможешь сделать: ни помочь, ни как следует подстраховать, ни самому выполнить грязную работу, — он замолчал. — Ладно, иди. Тебе пока здесь нечего делать.

Я ещё немного посидел, бездумно пялясь в изображение на мониторах, после чего решительно встал и направился к своему кабинету.

— Слышал, что ты пытался помочь Ванде, но сделал только хуже? — задал вопрос Эд, как только я переступил порог приёмной.

— И тебе доброе утро, — ответил я, останавливаясь возле его стола. — Есть какие-то неотложные и важные дела?

— Нет. Сейчас приоритетное задание у нас во Фландрии, — серьёзно ответил Эдуард, поднимаясь на ноги и подходя к шкафу, начиная бездумно переставлять декоративные фигурки на полках. — Мне как-то не по себе. Даже не думал, что могу испытывать что-то подобное. Возможно, потому что у меня никогда не было так мало живых родичей, чтобы чувствовать связь с каждым из них.

— Пока