Сделаю, Эйсон, конечно сделаю, — кивнул мне Екер без всяких сомнений. — Надо понимать орочий язык — значит, я его буду учить хоть шестнадцать часов в сутки.

— Шестнадцать не надо, — сказал я. — Десяти достаточно. Все же я не хочу, чтобы ты свихнулся. Тебе просто нужно выучить еще один язык, причем на начальном уровне.

— Но кланлидер, у меня сразу же вопрос. Орки же не тупые совсем, как можно было бы подумать, глядя на их размеры. Я не представляю себе, каким должен быть грим для того, чтобы мое лицо не вызвало у них подозрений, если задача стоит с ними общаться, а не где-нибудь с сотни метров показаться им. Это же какой уникальный должен быть мастер по гриму, чтобы во время разговора лицом к лицу они тут же не поняли, что я вовсе не орк, несмотря на то, что по фигуре похож на них?

Вот Екер и еще раз доказал, что очень хорошо соображает.

— Вот за это как раз, Екер, ты можешь не волноваться. Есть у моей супруги подарок от короля. В принципе, это не очень и большая тайна, о нем многие слышали. Этот артефакт способен кого угодно замаскировать. И раз уж ты согласился, давай мы сразу же и проверим, сработает ли он? Потому что раньше мы его использовали, только чтобы одного человека под другого замаскировать. Но в маскировке под орка необходимости у нас раньше не было.

Екер с подлинным энтузиазмом тут же вызвался немедленно провести этот эксперимент. И причину этого энтузиазма я понимал.

Он был кровно заинтересован в успешности этого эксперимента. Прекрасно понимает, что только он один из всего клана и может отправиться, не вызывая подозрений по своим размерам, в качестве орка на это задание.

А что это означает? Что у него не будет там поддержки. Так что у него есть самый что ни на есть прямой интерес для того, чтобы убедиться в том, что этот артефакт работает как надо. Екер храбрый, но вернуться живым, выполнив задание, каждому нормальному солдату хочется…

Я протянул ему артефакт, взятый мной у Джоан до того, как она ушла, и объяснил, как его привязать.

Рассказал ему также и про то, как он будет учить орочий язык, описав все возможные сложности с чрезмерно высокомерным пленником. Пришлось его посвятить, конечно, и в тайну проклятия «Болтун».

К счастью, поскольку Екер был родом не из Аргента, он совершенно равнодушно отнесся к тому, что орк с нами будет сотрудничать при помощи некромантии. Это его вообще ни на грамм не взволновало.

Ну да, наверное, только в Аргенте так сильно некромантию прижали, что люди пугаются из-за государственной пропаганды против всего, что с ней связано. А в Бельбе, выходцем из которой является Екер, никаких проблем с этим вообще не имеется.

После этого мы тут же отправились к нашей подземной тюрьме. Минут через пятнадцать до нее добрались, спустились внутрь, и я подвел Екера к камере орка.

Тот не спал, сидел в кресле (мебелью мы камеру неплохо оснастили, не хуже, чем комнату в гостинице) с книгой в руках. Ясное дело, что несколько книг из его запасов мы ему передали, чтобы он не скучал.

Когда мы подошли к решетчатой двери, тот сразу подскочил к ней и начал что-то возмущенно говорить на орочьем. А затем, схватившись огромными ручищами за прутья, начал их трясти.

Впрочем, я по этому поводу не переживал. Решетка была сделана на совесть, каждый из прутьев был толщиной в три сантиметра и перехвачен таким же прутом через каждые двадцать сантиметров. Даже с орочьей силищей эту решетку не взломать.

— К чему эти крики на орочьем? — спросил я его на хельском. — Ты же прекрасно говоришь на нашем языке.

Орк исподлобья удивленно взглянул на меня — ну да, он же не помнит ничего про наши беседы под «Болтуном», — потом сказал на хельском:

— Вы должны немедленно отпустить меня! Я представитель высшей расы, вы не имеете права меня держать в камере!

— Для этого тебе придется много поработать, — пожал я плечами. — Только так и никак иначе.

Разумеется, я не собирался его отпускать. Как и он бы ни за что не отпустил меня, будь я его пленником. Причем его вариант был не так и плох по сравнению с тем, что бы он со мной сделал. Он у меня просто в тюрьме сидит, причем с комфортом, а сам меня бы сразу же в рабство продал.

Но орк, конечно, не мог быть уверен в том, что шанса на свободу нет. Это наш единственный способ его использовать, маня его надеждой на свободу. Пока он верит в то, что это возможно, он будет сотрудничать. Да, пытаясь нас при этом еще и обманывать, но эту проблему мы легко решим с помощью «Болтуна».

— Сначала обучишь вот его на своем языке говорить, — сказал я, указывая на Екера.

Оценив взглядом Екера, тот сказал:

— Достойный воин… Нам в плен никогда не попадался человек такого размера. А будет у нас возможность сразиться?

Хм… Я сразу почуял, что у меня появляются определенные перспективы…

Глава 22

— Обучи его на совесть своему языку, и я обещаю, что дам тебе такую возможность. Но не насмерть, само собой, до первой крови. Схватка без магии и без оружия. Проведем, скажем, три схватки, чтобы точно определить, кто победит, — предложил я.

Орк осклабился, демонстрируя жуткие клыки. Екер сделал то же самое, скаля зубы. Обещая орку эту схватку, я ни секунды не сомневался в том, что Екеру это тоже придется по душе. Он вряд ли сам когда-нибудь имел возможность схватиться с кем-то, кто соответствует ему по размеру, и ему наверняка очень хочется это сделать.

— Будешь учить его своему языку добросовестно — я с тобой тоже схвачусь. Бой без оружия, три схватки, устраивает? — спросил я.

— А кто ты?

— Я кланлидер клана, что захватил тебя в плен.

Орк аж зубы облизнул, хищно глядя на меня.

— Я согласен. Но не могу гарантировать, что не убью тебя случайно уже в первой схватке. Ты такой мелкий…

— Если сможешь, то убей, — пожал я плечами. — То, что ты пленник, этому не помешает. Я тут главный, и даю слово, что тебя не тронут, если ты меня убьешь. Можем даже