нормальной нет. Инвалидом на всю жизнь останется. Жалко дурака. А если я с ним столкнусь на поле? Мне эти проблемы потом не нужны.

— Из бедной семьи, говоришь, — задумчиво протянул отец. — Вдруг за него эти гиены адвокатские схватятся. Будут требовать компенсацию. Все расходы в таких делах на себя берут. А если там ещё и видеосъемка будет вестись, то отбиться может быть проблематично.

— Об этом я не подумал. Тогда точно исключи его из списка.

— Хорошо, сын.

Глава 21

Фадей Васильевич Тафгаев, некогда перспективный профессиональный игрок в КП, теперь же простой учитель физкультуры вошёл в кабинет с круглым столом и плоским экраном на стене. Там уже сидела Рита Коброва — второй учитель физкультуры. На вид тридцать пять, но на самом деле она была моложе.

Следом появился тренер школьной сборной Рик Тумороу. Мужчина лет сорока семи с видимым круглым животом, в джинсах и коричневой кофте. В отличие от двух коллег занимался лишь своими спортсменами, а на уроки выходил, только если остальные физруки не могли.

За ним проследовали два молодых помощника тренера. И самый возрастной в компашке, крепкий дедок с длинными седыми усами Дэвид Бул, в выцветшей кепке с уже не существующей командой по КП.

— Начнём? — спросил Рик.

Рита вывела на настенный экран состав команды. Следом подсветились фотографии выпускников, тех, кто играет последний сезон. Затем вылезли фото учеников, что в этом году пошли в девятый класс. Оранжевым были обведены те, которые под вопросом.

— Этих рассматриваем только в случае, если в основе будет нехватка, — сказал Фадей Васильевич. — Вот, например, Шон.

Рита навела курсор на фото рыжего парня, приближая изображение.

— Хорошо откидался липами в последнюю игру. Но это могло быть удачное стечение обстоятельств. Таких мы берём на карандаш и чаще проверяем на игровых уроках в течение года. Больше подгружаем. На всякий случай.

— Эй, как там тебя? — обратился седовласый Дэвид Бул к молодому помощнику тренера. Конечно, он знал его имя, но ему доставляло особое удовольствие та мина, что появлялась на лице парнишки. — Посмотри, что там у него в личном деле. Наверняка стихийник ледяной. Привык снежки кидать.

— Огненный, — сказал парень

— Всё одно, — махнул рукой старик.

И, наконец, на экране зелёным обвелись лица счастливчиков, кого собираются принять на испытательный срок в сборную.

— Какие у кого мысли? — спросил Фадей Васильевич.

— Аманда Бэнкс, мне понравилась, — сказал Дэвид.

— Бронкс, — поправил помощник тренера. На что Бул лишь отмахнулся и сказал:

— У неё хорошая база. Тело спортсмена, мозг спортсмена. Будет толк на любой позиции. Но есть классический минус — лучшей ей на стать. Идеальный профессионал «чуть выше среднего».

— Бета, — медлительная сказал Рик и посмотрел на Дэвида, который был тренером по физподготовке. — Намучаешься с ней. При этом не факт, что войдёт в основной состав. Не знаю, стоит ли овчинка выделки.

— Посмотрим. Крупные девчонки — редкость. Пока берём, — сказал Дэвид, схватил пачку дел и начал кидать, приговаривая:

— Середняк. Середняк. И этот. Фрэнк Додсон — середняк. Тай Хант — середняк. Элен… — он посмотрел на Фадея.

— Хороший игрок, но пока ломается под давлением, смешивает личное и игровое. Если её как-то зацепят из другой команды — финиш. Можно на скамейку садить.

— С этим можно работать, — сказал Рик. — Меня вот это интересует. Какой ко всем личам Андрей Богданов? Пару месяцев назад у него лебединое озеро в журнале было, а теперь ты его пихаешь в сборную и приоритет ставишь.

— Люди меняются, — пожал плечами Тафгаев. — Я давно такой игры не видел. В ней есть изюминка, понимаешь. Креатив. У него уже игровое ай-кью лучше, чем у некоторых наших из основного состава. Ему нравится выигрывать. Он с характером спортсмен. Не с гонором, а с характером. С духом спортивным, понимаешь? Но у него конфликт с Ликтором. На совете его попробуют задушить.

— Значит, сам и пойдешь отбиваться, — заключил Дэвид ухмыляясь. — Я слишком стар, чтобы терпеть их всех, а Рик слишком несдержан.

— А сам этот Ликтор? — спросил Рик. — Он игрок какой?

— Совершенно некомандный. Индивидуалист. Такие хороши в атаке, но не знаю, насколько в этот раз удастся сделать форварда. Навыки вроде неплохие. Но слепить из него ничего не выйдет, как мне кажется. Только если через личную вражду с Андом поддерживать противостояние, но кто будет этим заниматься? Только дядя Дэвид такое может исполнить, чтобы они не заподозрили, но он слишком стар для этого.

— Для этого я ещё ничего. Но, честно говоря, не помню, чтоб балласт от спонсорского совета хорошо себя показывал. Выпустим раз за игру со скамейки и ладно.

* * *

Перед самым походом на заседание Фадей взял на себя смелость и втайне от всех вычеркнул Ликтора из списков. Теперь можно будет и поторговаться.

Как и прошлый раз он чувствовал себя на собрании неуютно. В своём спортивном костюме крупный дядька на фоне среднегабаритных людей в пиджаках привлекал много внимания.

Обсуждение длилось долго и вот дошло до состава команды. Сразу поднялся секретарь финансиста семьи Кригер. Пришёл с готовой установкой и даже не взглянул в список, сказав:

— Нас напрягает один участник, Андрей Богданов. Довольно слаб физически, можно посмотреть по его оценкам. К тому же не имеет страховки. В случае травмы мальчик может остаться инвалидом, и уж тем более не имеет смысла в таком случае тратить бюджет на его профессиональное обучение КП, учитывая, что это игрок-одноразка, до первой сшибки в наплечниках.

— Интересно, откуда у вас такие данные? — поднялся для ответа Фадей. — Анд — лучший игрок отборочных. Самый результативный. Четыре игры — четыре победы за его счёт.

— Из-за сентиментальности к бедняку давать стипендию это как-то… — финансист не стал продолжать.

— Топить способного игрока из-за личной неприязни члена вашей семьи, это как-то… — ответил ему той же монетой физрук, поймав недовольный взгляд завуча.

Остальные члены совета с интересом наблюдали за интеллектуальной дуэлью. Им, собственно, было плевать на такие мелочи. Лишь бы команда побеждала.

— От нас требуют результат, — продолжил Фадей. — А как мы выиграем, если лучших игроков не возьмут в состав?

— Лучших возьмут. А этого… — финансист опустил глаза на листок, чтобы посмотреть имя, и осёкся, видя, что фамилии Кригер в списке нет. — Погодите-ка тут какая-то ошибка. А где Ликтор?

— Ликтор? — удивлённо поднял брови Фадей. — Тот ученик, что сыграл против своей команды на отборочных? Даже не знаю, а что ему делать в этом списке?

Финансист растерялся, видя, что и остальные присутствующие перестали глупо переглядываться словно дети на уроке и сосредоточили своё внимание