нам надо белого вожака прикончить, а то ведь улизнет, сволочь. Ищи его потом.

— Это да, — недовольно нахмурился лесной Хозяин. — Такому зверю пути середь деревьев не запутаешь и в болото его не заведешь. Нет у меня над ним власти, даже в моем собственном лесу.

Радик, хоть и молод был, сообразил, что происходит, задрал голову вверх и, как видно, задумал подать сигнал своему новому вожаку, благо в ночи волчий вой далеко слышен, но не успел, потому что все тот же Баженов всадил ему пулю в голову.

— Сказал бы я тебе, парень, спасибо за то, что самому лапы в родной крови пачкать не пришлось, да язык не поворачивается, — встав с крыльца, произнес Герасим. — Уж извини.

— Да ладно, все понимаю, — убирая пистолет, отозвался Славян. — Но по-другому здесь никак. Нельзя его было в живых оставлять.

— Э-эх, — отмахнулся от него старый волкодлак, поднял с земли тело сына, который после смерти принял людское обличье, и понес его в дом, где уже лежали два трупа, принадлежавшие бывшим охранникам Анны.

Что до Немировой — она вроде бы более-менее пришла в себя после пережитого и даже относительно спокойно приняла тот факт, что забавный дедок в плаще является лешим, а три кряжистых мужика тоже оборотни. Но сейчас, глядя на происходящее, она снова начала нервничать и потому принялась цепляться за локоть Олега, который, как видно, стал для нее точкой опоры в этом безумном лесном мире.

— Ань, не психуй, — посоветовал тот студентке и погладил ее по плечу. — Даю тебе слово — уже почти все. Ночи сейчас короткие, скоро уже снова начнет светать, а как солнышко на небо вылезет, так мы в Москву отправимся. Все, что осталось — прогуляться по лесу да с твоим обидчиком пообщаться.

— А получится? — устало спросила девушка. — Он же…

— Так нас вон сколько, — изумился Олег. — Сама погляди.

Правды ради, компания, собравшаяся для того, чтобы прикончить одного оборотня и примкнувшую к нему ведьму, вышла и впрямь немаленькая. Сотрудники отдела в полном составе, три вожака стай, столько же волкодлаков помоложе, да еще дед Леонтий. Последний, правда, в потасовке участвовать не собирался, о чем сразу всем и сообщил, но, кроме помощи с дорогой туда, обещал закрыть пути, ведущие с поляны, всем противникам, кроме, разумеется, Чернобогова чада.

— Но потом — домой? — еще раз уточнила студентка. — Да?

— Сказал же, — изобразил обиду Олег. — А пока пошли уже. Не хватало еще, чтобы все были там, а мы тут остались. Не люблю в одиночку по ночам да в полнолуние находиться в местах, где свежие трупы лежат, а их в сторожке уже целых три.

Аргумент был веский, ибо, услышав его, Немирова мигом устремилась к тропинке, что виднелась меж елок.

— Ты вроде говорил, что она в милиции собирается работать? — спросил у Ровнина Баженов, проходя мимо него. — Зря. Не ее. Ей бы в конторе какой бумажки перебирать.

— Или в банке, — согласился тот. — Там чисто, тихо и спокойно.

Дорога много времени не заняла, уже минут через пятнадцать люди и оборотни вышли к тому самому месту, которое от них умело спрятала Яна. Была та поляна размером где-то с футбольное поле и в данный момент отлично подсвечена сразу четырьмя огромными кострами. Так-то звери огня боятся, но то ли ритуал того требовал, то ли просто волку-альбиносу не хотелось приносить жертву в темноте. Ну или он, как особа возвышенная, счел такой подход к вопросу более романтичным. Короче — поди знай. В любом случае тот факт, что драка станет проходить при относительно неплохом освещении, сотрудников отдела порадовал. Полнолуние полнолунием, но ночную остроту волчьего глаза с человечьим сравнивать не стоит.

Главный виновник происходящего уже пребывал в зверином обличье и, скажем прямо, выглядел впечатляюще. Здоровенный, клыкастый, с белоснежной шерстью, он являл собой пример животной мощи и силы, потому Яна, стоящая по правую руку от своего подельника, смотрелась на его фоне как-то даже немного жалко. Причем Олегу показалось, что и она сама это понимает. Более того, у него возникло ощущение, что ведьма изрядно побаивается своего приятеля, осознавая, что теперь не так уж сильно ему и нужна. Или даже жалеет, что ввязалась во всю эту свистопляску, которая может лично для нее очень плохо закончиться.

— Все как договаривались, — прошептал Морозов Герасиму. — На вас волки, на нас — вожак. Если ведьму попутно задерете, только «спасибо» скажем.

— С ведьмой как пойдет, а родне не беспокойся, что заслужили, то получат, — ответил тот, глядя на поджарых молодых волков, которые полукругом окружили альбиноса, причем их было куда больше, чем предполагалось изначально. — Интересно, остальные кто такие-то? Из какого леса пожаловали?

— Чужих убивать сподручней, чем своих, — просипел Антип, — их не жалко.

— Славян, Васек, вы выжидаете момент, — строго произнес начальник отдела, глядя на поименованных подчиненных. — Ни раньше, ни позже. Остановите его, а дальше Саня в дело вступит.

— Ясно, — в один голос ответили оперативники и зашуршали по кустам, причем один направился влево, другой вправо.

— Лен, ты вообще в драку не лезешь, ясно? — продолжил начальник. — Твоя работа уже сделана. Все!

— Плохое место, — пробормотал лесовик, глядя на костры, полыхающие на поляне. — Вон душ сколько между огнями пляшет.

— Ты о чем, отец? — уточнил Морозов. — Вроде здесь не капище? Ты же сам говорил?

— Не капище, — подтвердил Никитич, — а народу много померло. Два князя тут сошлись в драке, вишь ты. Давно, еще когда татарин по нашим землям на конях своих скакал. И ведь одного корня, браты, а все одно один другого убил, земли ему приглянулись эти, понимаешь. И всех, кто с ним был, тоже. А после тела так и оставил лежать, что грех великий.

— Ну вот тебе и ответ, почему он тут мероприятие надумал проводить, — пробормотал Ровнин. — Читал я, что братоубийство Чернобогу особенно любо было.

— Олег, не передумал? — спросил у него Морозов. — Можно еще все переиграть.

— Нет, — усмехнулся тот. — Да и не у меня самая опасная роль. Сань, ты у нас нынче прима.

— Все будет как надо, — прошептал Ольгин, сжимая в руках рукоять шашки, которую ему отдал