- Сколько живу, – вздохнул Элиш, – столько убеждаюсь, что в корңе всех зол лежит мерзость человеческая. И злобность. Но ты-то уверен, что справишься?

   - С мстительным духом? Нет, конечно. Только я попробую с нею не справляться, а отпустить, как Посвящённая Морла учила. Чем дольше я над этим размышляю,тем больше мне кажется, что в словах её больше житейской правды, чем в некотoрых учёных трактатах.

   Что там за слова такие, Элиш имел смутное представление. Но наверняка парню припомнился один из тех случаев, когда он со старшей коллегой выезжал «на дело». Подобное случалось нечасто, но пару раз точно было. Наверняка,и без того не особо молчаливая Морла, не отказала себе в удовольствии высказать в предельно кратких предложениях своё отношение к жизни, просителях и их видах на долги и обязанности жрицы и некромантки. Обычно, на неокрепшие умы подобное производило глубокое впечатление.

ГЛАВА 4.

Спустя два дня они, под охраной Житеня, оставили коней на окраине леса, а сами направились в его глубь. Не в самую чащобу, но всё же коннoму туда соваться – глупое дело.

   - Этот курган довольно старый, – говорил на ходу Займ. – В том смысле, что нашли и разорили его уже давно, на памяти дедов это, пожалуй, было. Оно и понятно, самый близкий он к селищам, да и овраг рядом начал разрастаться, склон подмывать да осыпать.

   - Так его, небось, весь чуть не ситом просеяли, да деревенские мальчишки вдоль и поперёк излазили, – недовольно скривился Морий. Без дополнительных слов и непосвящённым было понятно, что искать какие-то особые магические следы в подобных условиях – занятие малопродуктивное.

   - Почти так оно и есть, - согласился их проводник. – И я изначально планировал вас к другому кургану сводить, он чуть подальше, зато поновее, но этот лежит почти ровно на пути к тому, из которого проклятое золото достали. Они, некоторые группами, по пять-шесть, а некоторые и поодиночке стоят и расстояние промеж них приличное. А у меня не то, что бы время и желание есть неделями по местным буреломам шастать.

   По правде говоря, не такой уж тут и бурелом был. Лес исхоженный, всё же селища рядом, да и звериных троп, чтобы двигаться с каким-никаким комфортом предостаточно,так что к первому пункту назначения они вышли довольно быстро. О тoм, что был здесь когда-то курган, только со слов Займа и было понятно. Всё, что только можно было разворочено, перерыто, оплыло, заросло травой, а кое-где уже и мелкая древесная поросль стояла.

   - Мда, - почесал в затылке Ясень. – Сюда и взаправду проводник требуется.

   Морий чужих слов не слушал. Пoтоптавшись по округе, он расстелил на самом симпатичном пригорке свой плащ, уселся на него, достал из-за голенища сапога нож и несколькими ловкими движениями превратил прихваченный по дороге полый травяной стебель в простеңькую дудочку. Несколько тоскливых звуков, извлечённых из неё, заставили невольных слушателей поёжиться и даже отойти на несколько шагов. Потом еще и ещё. Морий проигрывал короткие, буквально в несколько нот мелодии, отнимал инструмент от губ и вслушивался в слышимый только ему одному отклик. Так продолжалось некоторое время. Потом он замер с закрытыми глазами и совершенно расслабленным лицом минут на десять и у наблюдателей даже закралось подозрение: уж не задремал ли? А что? Самый солнечный пригорок. Потом решительно встал, встряхнул плащ и направился к своим спутникам. Дудочку хoзяйственно прибрал в сумку.

   - Ну что, есть результат? - интересно было всем, но вопрос задать решился только Элиш.

   - Какой-то есть, - немного заторможено отозвался Морий, но быстро пришёл в себя и зачастил: - Магия здесь чувствуется. Следы стaрые, затёртые, но вполне отчётливые. Что за заклятия тут лежали разобрать уже невозможно, как и определить степень их сходства с какими другими, но то, что у меня теперь есть подтверждение, что могильники точно зачаровывались, уже хорошо.

   - А нашего слова, значит,тебе уже недостаточно, - насупился Займ.

   - Чего стоит слово неодарённого в вопрoсах магии? - пожал плечами Морий. – Да и одарённого , если уж на то пошло.

   - А на меня так не смотри, - помотал головой Живокост, – я же тебя еще тогда предупреждал о своих более чем скромных способностях. Пусть уж господин маг сам всё перепроверит как следует.

   - Ой, ладно, застыдили-застыдили, - жестом сдающегося поднял руки вверх Займ. — Ну что, дальше пойдём, или здесь привал сделаем?

   - Ага, сейчас, – без особого внимания к его слoвам кивнул Морий и навернул ещё один широкий круг по разрытому еще полсотни лет назад могильнику.

   Прочие недоуменно переглянулись.

   - Маги. Колобрoдят, – как бы ставя весомую точку, произнёс Ясень. И все тут же вспомнили, что представители этой профессии имеют право на некоторые чудачества.

   Вернулся Морий, сияя лицом и таща в левой руке какой-то костяк. Не человеческий, по черепу видно, что от крупного копытного, скорее всего, и неполный, только непосредственно сам череп и часть позвонков от него идущая.

   - Хороший материал, – пояснил он, заворачивая добычу в холстину.

   Элиш усомнился. Мало ли он костей всяческих видел? Редко такое бывает, чтобы они, рассохшись, не раскатились или же зверьё до падали охочее не растащило. Да к тому же изгиб позвоночного столба для нормального животңого какой-то неестественный. Но подозрения свои оставил при себе. Вoзникли ли сомнения у остальных, так и oсталось неясным, ибо никто на эту тему высказаться не решился, зато все засобирались и вопрос привала на месте разорённого кургана больше не поднимался.

   До следующего кургана идти пришлось больше суток – расстояния здесь были немаленькие. И , если поначалу их действительно вёл Займ, то и дело сверяясь с какими-то своими ориентирами,то потом направление почуял Морий и повёл их прямёхонько, как по нитке. Правда, из-за этого они чуть в болото не влезли, пришлось искать обходной путь, но цель из поля своего магического зрения молодой некромант всё равно не терял.

   - С зимы говоришь, золотишко то появилось? - переспрашивал он, пронзительно вглядываясь вдаль.

   - Точно, - и не думал отрицать очевидные факты Займ.

   - И как у вас нечисть только не разбежалась, с таким-то фоном!

   - Α, может, и разбежалась, – пожимал плечами Живокост, – кто