— Мы как раз туда и направляемся.

Дальше было ещё несколько узких переходов.

— Они бежали, — проговорил Гройс. — Я не знаю, как их заставили, но они сами бежали сюда, — коридор внезапно распахнулся, и мы оказались в зале довольно больших размеров.

— Сюда, — сказал старший Гройс, в то время как Кайрос угрюмо озирался, вздыбив шерсть на загривке. — Всё происходило здесь.

Впрочем, мы и сами уже это видели. Небольшое возвышение у дальней края помещения. Бурые, вставшие чешуйками отпечатки крупных лап на стене, обрамляющие грубо вычерченную маску неопознаваемого по виду зверя с оскаленной пастью, испачканной той же засохшей кровью.

— Они ели здесь пленников и кормили их кровью нечто, — пробормотал Джеральд.

— Своего бога? — предположил я. — Тёмного бога, очевидно.

— Возможно… Джеральд обернулся к мрачным оборотням: — Вольф, вам что-то известно об этом культе?

— Нет, — отрицательно мотнул он головой, — мы не общаемся с отбросами.

— А что за человечек нарисован вот тут? — я указал на примитивно выведенную человекообразную фигурку сбоку от нарисованной морды. — И почему они сделали это не в полнолуние, а раньше?

— Человечек может указывать именно на то, что здесь приносили в жертву людей, — предположил Джеральд, — или других разумных.

— Они приходили два раза, — сказал молчавший до того Кайрос. — Посмотрите, некоторые отпечатки более старые.

Я наклонился ближе к стене, рассматривая следы:

— Действительно, а поверх них есть новее! — и тут до меня дошло: — Сегодня должен быть третий! Нет никакой логики в том, чтобы приносить жертвы два дня подряд, а полнолуние пропустить!

— Ты прав, — Джеральд нахмурился, — нужно срочно удалить отсюда этих читаньцев, скоро будет не до них.

— Ты думаешь, к ночи?

— Непременно явятся. Хорошо бы нам ещё пару инспекторов в усиление вызвать. Вперёд, господа, завершим наше задание.

* * *

Дальнейшая часть горы была изъедена ходами, словно яблочная паданка червяком. Уровень пола и потолка опускался и поднимался хаотически. Временами соседние коридоры подходили так близко друг ко другу, что между ними виднелись неровные дыры на манер странноватых окошек. Долго бы мы искали здесь затаившихся контрабандистов, если бы не Гройсы! Вольф и Кайрос бежали впереди нас всё более уверенно — стало не до вопросов, но мне было очевидно, что запах читаньцев становится всё ярче.

Кайрос первым выскочил в очередной зал и рявкнул:

— Стоять!

Но на находящихся там контрабандистов это произвело совершенно обратный эффект. Заверещав, словно зайцы, они бросились в разные стороны, каждый в свой коридор!

— Рваные небеса! — рявкнул Джеральд.

И в этом возгласе было всё — и досада на читаньскую бестолковость, и раздражение на то, что нам приходится бегать по коридорам катакомб, тогда как алтарь неизвестного культа найден, и надо бы с ним разобраться, и опасения, что нелицензированные оборотни могут явиться куда раньше, чем мы предполагали, а времени до наступления темноты осталось не так уж и мало…

Кайросу повезло больше всех. Он сразу, первым же прыжком повалил на пол ближнего к нему контрабандиста и зажал ему ноги, просто усевшись на них и грозно взрыкивая.

Вольф кинулся в правый боковой коридор сразу за двумя. Я успел заметить по карте, что там тупик, и понадеялся, что он их успешно заблокирует.

Джеральд помчался вперёд за самым шустрым. До чего же эти читаньцы оказались скорые — даром что коротконогие!

А мой пройдоха юркнул в левый боковой тоннель, который, похоже, заворачивал петлю настолько, что мне казалось — мы бежим уже на выход. Сейчас сверяться с картой было совершенно некогда. В этот момент тело горы слабо дрогнуло.

А ведь под землёй необязательно дожидаться ночи, — мелькнуло у меня в голове, — здесь ведь всегда темно!

И в то же время по тоннелям разнёсся низкий раскатистый рык, неожиданно взлетевший к самым высоким нотам. По-моему, все волосы на моём теле от этого звука встали дыбом. А читанец помчался ещё быстрее, у него даже ноги начали как будто двоиться — не иначе, он решил, что леденящие душу звуки произвожу я!

Коридор резко распахнулся, и я понял, что вслед за читаньцем снова вылетел в зал с алтарём! Только на сей раз посреди него багрово светился портал, цветом и структурой так неприятно напомнивший мне банк «Хоарес» и адских псов, что у меня аж зубы заныли. Вот вам и ответ — почему никто не стал замуровывать катакомбы! Это только облегчило бы жизнь любителям тёмных ритуалов, раз уж у них был столь сильный портальщик.

Перед порталом, полукольцом, стояла на задних лапах пятёрка оборотней. Так они воспринимались ещё более жутко — огромные шерстяные твари в два с половиной метра ростом. Очень неправильно-человекоподобные. Трое из них придерживали полуобморочных девиц, завёрнутых в некое подобие простыней. Когти впивались в тело прямо через полотно. По белой ткани расплывались алые пятна. Все пятеро выли, голоса вибрировали и сплетались в какофонию, и это было жутко.

Ошалевший читанец выскочил прямо на эту группу и… Я успел подумать, что сейчас он развернётся назад, но — и это было поразительно! — похоже, оборотни пугали его гораздо меньше, чем я. Маленький контрабандист понёсся через зал бешеным зайцем. В этот миг я увидел, что из портала показалась ещё морда — крупнее и косматее остальных — и, не раздумывая, ударил по структуре портала специальным блокирующим заклинанием.

Не знаю, хватило бы мне сил или нет, но тут появились ещё участники сцены — со стороны центрального ствола выскочил Гаррет, сразу с рыком кинувшийся на ближайшего оборотня, и Пол Уитсби, на полном ходу синхронно мне ударивший в портал!

Багровое кольцо схлопнулось, располовинив огромного не успевшего выбраться оборотня.

Дикая песнь крови смешалась.

Стоящий по центру вервольф вдруг выгнулся. Но не из-за обратного превращения в человека, как я первоначально подумал, а из-за каменного острия, вылетевшего из пола прямо у него под ногами и насадившего оборотня на себя, словно на булавку. Девушка, которую этот оборотень когтил, рухнула на пол без чувств.

Я тем временем ударил направленным огненным лучом во второго и снёс башку из РШ пятому — тому, что был без девушки. Страшно было зацепить жертву, которая мгновенно стала заложницей.

— Живьём! — крикнул я.

Не нужно было объяснять Полу, что нам нужно кого-то допрашивать.

Оставшийся на ногах оборотень пятился к стене с рисунком морды,