сбежать. Она приказала колдомедикам не исцелять его. Для большего эффекта. В назидание остальным. — Ханна слегка отвернулась, чтобы еще лучше скрыть свое лицо.

— Но после этого ее наказали. — Ханна опустила лицо и уставилась в пол. Голос девушки звучал так, словно та была мертва. — Сейчас она просто отрезает пальцы. Если ты не проявляешь уважения. Если ты попытаешься сбежать. Если ты посмотришь на нее неправильно. Парвати и Анджелина — у них почти не осталось пальцев.

Ханна пристально посмотрела на Гермиону оставшимся глазом.

— Гриффиндорский дух в тебе должен умереть, Гермиона. Не пытайся быть храброй. Не пытайся быть умной. Просто не высовывайся. Люди уже несколько месяцев пытаются сбежать. Любого, кого поймают, жестоко наказывают. Любого... кому удаётся сбежать... У нас ушло слишком много попыток, чтобы догадаться... наручники, которые у всех нас есть... — Ханна подняла свое собственное медное запястье, — на них наложено Следящее заклинание. Если даже тебе удастся обойти Защитные чары, они пошлют за тобой Верховного Правителя. А потом твой труп повесят в Большом зале, чтобы мы все видели, как ты гниешь.

Гермиона почувствовала себя так, словно ее сильно ударили в грудь. Ее пальцы судорожно сжались на ткани покрывала. Она едва могла дышать.

— Кто это был?

— Джинни. Она была первым телом, которое они привезли и повесили. Мы все думали: тебе удалось сбежать. Ты ведь исчезла. Мы не понимали, что они просто бросили тебя в другое место...

Голос Ханны затих, и она снова взглянула на Гермиону.

— Ты ведь не знаешь, зачем они тебя вытащили, не так ли?

Гермиона покачала головой.

— Охранники много болтают. После войны все ожидали, что Темный Лорд начнет порабощать магглов. Но, оказывается, его ряды были более истощены, чем мы предполагали. Очевидно, бессмертие сделало его терпеливым. Он решил, что на первом месте сейчас увеличение численности населения среди чистокровных волшебников. Он лично разделил всех чистокровных на пары. Заставил их всех пожениться, приказав начинать обзаводиться потомством.

Лицо Ханны исказилось от презрения, когда она произнесла эту информацию.

Гермиона удивленно нахмурила брови. Увеличение численности? Война тянулась с большими потерями, учитывая размер волшебного населения, но Гермиона не думала, что Волдеморта вообще волнует этот вопрос. Браки по договоренности не были чем-то необычным среди чистокровных — но сделать это принудительным... казалось немыслимым. Ей вдруг стало интересно, что чувствовали в тот момент его последователи.

— Детей почти не появлялось. Уровень рождаемости среди чистокровных снижается уже много лет. Было несколько беременностей, о которых все говорили. Большинство детей рождались сквибами. Остальные попытки заканчивались выкидышами. Ну, — голос Ханны стал горьким, — по-видимому, перед лицом вымирания волшебного мира разум Темного Лорда несколько смягчился в отношении чистоты крови. Магия — это сила, ты же понимаешь. Он решил начать программу возрождения населения, включив туда всех полукровных и магглорожденных заключённых, которые у него были под рукой. Только для нас, девушек, такая участь хуже смерти. У магглорожденного мужчины просто будет контакт с чистокровной женщиной. Нас же заставят рожать до тех пор, пока мы не умрем.

Ханна выглядела так же ужасающе, как Гермиона себя ощущала внутри.

— Вот почему тебя наконец выпустили, — сказала Ханна, беспомощно жестикулируя. — Они используют школьные и медицинские записи, чтобы решить, кто из нас пригоден для программы. Та целительница, с которой ты говорила, она тут главная. Очевидно, она специализируется на магической генетике. Мы — ее подопытные крысы. Они проверяют у каждого фертильность.

Теперь Ханна плакала. Гермиона уставилась на нее, чувствуя слабость от шока. Это не могло быть правдой. Все это было кошмарной антиутопией. Как страшный сон, который до сих пор снится ей в ее камере.

— Нам... нужно выбираться, — сказала Гермиона как можно спокойнее.

Ханна покачала головой.

— Мы не можем, ты разве не слышала, что я говорила раньше? Пока ты не отрубишь себе руки, тебе не сбежать с этими наручниками. Все тщательно продумано. Анджелина потеряла указательный палец, чтобы узнать это. Наручники настроены таким образом, что при побеге Волдеморт сразу узнает об этом. Вот почему всякий раз, когда кто-то сбегает, за ним всегда приходит Верховный Правитель.

Ханна быстро огляделась, затем опустила голову, чтобы проверить пол за занавесками.

Гермиона проследила за взглядом Ханны. Там ничего не было.

— Кто это? Кто такой Верховный Правитель? — спросила Гермиона. Она не нашла в памяти никаких упоминаний о нем.

Ханна подняла голову.

— Я не знаю. Никто из нас никогда не видел его без маски. Все говорят о нем. Он правая рука Темного Лорда. Волдеморт редко выходит в свет, поэтому вместо него всегда появляется Верховный Правитель. Несколько недель назад они провели публичные казни, погибло более двадцати человек. Он убил всех до единого Убивающим проклятием. Он не делал перерывов. Он просто шёл мимо заключённых. Никто не видел, чтобы Темный Лорд бросал так много Убивающих подряд.

— Это... не представляется возможным, — сказала Гермиона, с сомнением качая головой.

Ханна наклонилась вперед и понизила голос.

— Я знаю. Но я видела тела после того, как он ловит пленников. Он всегда их находит. Макгонагалл, Грюм, Невилл, Дин, Симус, профессор Стебель, мадам Помфри, Флитвик, Оливер Вуд — это лишь те, кого ты знаешь. Их было больше. Намного больше. Члены Ордена были теми, кто всегда пытался сбежать. Они все возвращались трупами.

Ханна замешкалась и пристально посмотрела на нее.

— Не делай глупостей, Гермиона. Я рассказываю тебе все это не для того, чтобы ты попыталась сбежать. Я хочу предупредить тебя. Это ад. Ты должна быть готова к тому, что за любую попытку побега ты получишь увечья или умрешь.

Ханна, казалось, хотела сказать что-то еще, но вдруг послышались шаги. Выражение ужаса отразилось на ее лице, и разделительная занавеска упала, когда девушка бесшумно исчезла.

Занавеска по другую сторону от Гермионы резко распахнулась, и появился её первый целитель, выглядевший измотанным.

— Темный Лорд хочет лично принять участие в исследовании твоего сознания, — сказал он, с силой хватая Гермиону за руку.

Гермиона инстинктивно попыталась вырваться. Она выдернула руку из хватки целителя и спрыгнула с другой стороны кровати, чтобы создать дистанцию.

— Ах, глупая ведьмочка, — целитель вздохнул и указал на кого-то, стоящего вне поля зрения Гермионы, — оглушите ее и следуйте за мной.

Из-за занавеса появились два охранника и бросили в Гермиону два Оглушающих. От первого она увернулась, но второе попало ей в плечо. Она камнем свалилась на пол.

Когда