доказывать. Она молча положила на стол телефон и направилась прочь, в свою комнату. Ей в этот момент казалось, что за ней по-прежнему наблюдает грустный дом, который никто не пожелал спасти.

Глава 7

Просто так

Утро – это все-таки удивительное время. Еще вчера вечером Саше было до слез обидно, настолько, что она сама себе пообещала больше не заниматься никакими расследованиями. И пускай преступник ходит безнаказанным, пусть и дом разрушает, раз никому до этого нет дела!

Но утром она почувствовала себя приободрившейся, будто ей за ночь внутренние батарейки зарядили. Хотелось снова действовать… вот только действовать было нельзя. Мама не шутила, у нее с этим строго. Если она сказала сидеть в комнате, нужно сидеть, иначе хуже будет.

За завтраком Саша попробовала выкрутиться. Она признала себя виноватой во всем на свете, предложила заклеить дыру в обоях и даже погулять с Димой. Мама была впечатлена, но окончательно гнев на милость не сменила.

– Мне нужно убедиться, что ты действительно взялась за ум, – строго сказала мама. – Поэтому сегодня ты точно будешь сидеть в своей комнате хотя бы полдня! Тебе необходимо подумать над своим поведением.

Полдня – это целая вечность, а над своим поведением Саша уже подумала и убедилась, что оно было правильным. Но говорить об этом маме было нельзя, и Саша покорно поплелась обратно к себе.

Диму от нее отгоняли. Макс не приходил сам. Телефон ей не вернули. Саше только и оставалось, что читать книги, но сосредоточиться на них никак не получалось. Она понятия не имела, сколько они пробудут в «Летнем Ветре». Вряд ли долго, они и так задержались, потому что перессорившаяся семья никак не могла договориться. Но и это закончится, тогда она просто не успеет довести дело до конца!

Саша уже смирилась с тем, что половину дня придется признать упущенной, когда у нее неожиданно появилась компания. Вероника пришла к ней все с тем же скучающим видом, будто совсем не хотела быть здесь, ей всякие малявки не интересны. Но она ведь пришла! Это было важнее всего.

– Тебя Макс прислал? – обрадовалась Саша.

Но Вероника возмутилась:

– Еще чего не хватало, указания от какого-то клопа принимать! Нет, я сама решила проведать, как ты.

– Я думала, ты не считаешь меня сестрой…

– Не считаю, – подтвердила Вероника. – Но я уверена, что никого нельзя наказывать несправедливо, даже тебя. Они все время говорят, что этот дом – развалюха, что его будут сносить. А тебя посадили под домашний арест только за то, что ты обои чуть-чуть порвала! Я за справедливость во всем, поэтому я и пришла узнать, не нужно ли тебе что-нибудь.

Это было мило, но бесполезно. Саша чувствовала: Вероника по-прежнему считает расследование нелепым и в этом помогать точно не станет. А если так, какой от нее толк?

– Хочешь, телефон свой одолжу? – предложила Вероника. – Хоть в Интернет выйдешь, нормальной жизнью поживешь…

– Не нужен мне никакой Интернет, – вздохнула Саша. – Мне бы бабушке позвонить, но это невозможно.

– Почему это невозможно?

– Потому что она болеет и не берет трубку. Я пыталась звонить – и ничего!

– Это потому, что бабушка сейчас в больнице, – деловито пояснила Вероника. Ей, похоже, нравилось давать пояснения и знать больше, чем другие. – Телефон она с собой не взяла, боялась потерять там. Но можно позвонить в больницу и позвать ее к телефону.

– Ты так делала?

– Пришлось, мама заставила. Сказала, что это поступок хорошей внучки. Подожди, у меня, наверно, в журнале нужный телефон сохранился…

Вероника несколько раз быстро провела пальцем по экрану и удовлетворенно кивнула. Она сама набрала номер, дождалась ответа и уверенно произнесла:

– Здравствуйте. Позовите, пожалуйста, Ольгу Михайловну Ветрову, это ее внучка звонит.

Саша смотрела на нее с немым восхищением. Она бы так не смогла! Ей всегда было страшно звонить незнакомым людям на городские номера. А уж дозвониться в больницу и вот так по-взрослому что-то попросить… Она и пытаться бы не стала, а Вероника делала это уверенно, почти как мама.

Дождавшись ответа, Вероника милостиво передала трубку Саше.

– Держи! Сейчас бабушка подойдет. Я подожду в коридоре, будет обидно, если тебя тут с телефоном засекут и меня накажут.

– Спасибо…

– Только не придумывай лишнего! – велела Вероника. – Я делаю это не ради тебя, а ради справедливости!

Такой подход не разозлил, не задел даже. Потому что справедливости все равно, иначе она наверняка заглядывала бы чаще. Ну а Саше помощь очень пригодилась.

Вскоре после того, как Вероника вышла за дверь, в трубке прозвучал знакомый голос.

– Вероничка, ты?

От того, что бабушка перепутала ее с Вероникой, было не обидно – она ведь знала, что Саша не сумеет вот так позвонить.

– Нет, бабуль, это я. Саша.

Саша даже не подозревала, что настолько соскучилась по бабушке. Она собиралась говорить строго по делу, ведь телефон могли отобрать в любой момент. Но от родного голоса в носу предательски защипало, а на глазах появилась горячая пелена слез. Кажется, бабушка чувствовала то же самое, потому что первое время они говорили только друг о друге, узнавали, как дела, договаривались снова увидеться…

А потом Саша наконец пришла в себя, вспомнила, о чем хотела спросить.

– Бабушка, тебе это покажется странным, но ты скажи, пожалуйста… А не было такого, чтобы у тебя кто-то хотел забрать этот дом?

– Мой дом? – удивилась бабушка.

– Я имею в виду, всю усадьбу… Было такое?

– Нет, конечно, милая, с чего ты взяла? Это же не какой-нибудь суперэлитный отель! Про «Летний Ветер» и знают-то очень немногие, Сашенька.

– Кто, например?

– Гости, которые у нас бывали. Но никто из них не предлагал усадьбу купить, уж поверь мне! Ее бесполезно покупать. Люди всегда ищут прибыль… Ну, это скучные подробности для тебя, моя девочка.

– Я знаю, что такое прибыль! – оскорбилась Саша. – Я на факультатив по экономике со второго класса хожу!

– Тогда могу тебе сказать, что «Летний Ветер» просто существовал. Он не требовал денег… до этой неприятной истории с ремонтом. И он не приносил много денег. Он был дорог мне не поэтому… Что уж теперь говорить?

Саша понимала, что такие беседы бабушку расстраивают, и ей хотелось прекратить – но сейчас отступать было нельзя.

– А еще кто про усадьбу знал?

– Люди из деревни ближней, конечно, из Кукушино. К нам ведь одна дорога от шоссе ведет! Но уж они меньше всего хотели, чтобы усадьба закрылась.

– Почему это?

– Я у них еду покупала, – пояснила бабушка. – Нам доставались очень хорошие продукты, молочко твое любимое…