дне осталась капелька варева, которую я осторожно слила во флакон.

Вернувшись в свою башенку, я изучила остатки настоя с помощью инструментов юного алхимика.

– Вот и всё, через пару минут детектор определит, из чего состоит зелье. Так мы и узнаем, изменил ли его состав дядя Голень.

Дожидаясь результата, мы с Отисом прикончили пачку печенья и пару раз СЫГРАЛИ В «ВИСЕЛИЦУ» (оба раза я выиграла).

Когда детектор подал сигнал, мы бросились посмотреть результат.

– Он не обнаружил никаких лишних ингредиентов, – разочарованно вздохнула я.

– Значит, виновник – не дядя Голень, – заметил Отис.

– Не факт, – возразила я. – Он мог помешать церемонии другим способом.

– Но мы никогда об этом не узнаем. Если только…

Я прищурилась:

– Если только что?

– Ну если только это не двоюродная бабушка СИБИЛЛА…

Мы молча уставились на Отиса.

Сибилла могла бы нам очень помочь, но по одной причине вся семья её старательно избегала. Двоюродная бабушка способна видеть настоящее, прошлое и будущее, но, кажется, ей нравится предсказывать исключительно НЕСЧАСТЛИВЫЕ СОБЫТИЯ, поэтому её считают приносящей несчастье. Короче говоря, она – не самая подходящая компания, и от неё бросает в дрожь всю семью Мурашек!

Но, поскольку ничего лучше я так и не придумала, я решила последовать совету Отиса.

– Чтобы ей открылось видение, нужно принести ей что-то от дяди, – сказала я.

* * *

Но, поскольку дядюшка Голень – скелет, задача была не из лёгких, ведь это не так просто, как взять волосок или ноготь. Можно было бы попросить Отиса заняться этим, но я знаю, он ненавидит, когда я прошу его сделать то, что обычно делают собаки.

– НУ КОНЕЧНО ЖЕ! – воскликнула я. – Я знаю, кто может позаимствовать у дяди косточку вместо нас. Но нам снова понадобится печенье!

Минуту спустя мы с братом рыскали по коридорам замка, размахивая большой пачкой печенья.

– Йуху-у-у, Жгутик, иди сюда!

– У нас есть печеньки для тебя!

Мы поняли, что достигли цели, когда почувствовали, как под ногами задрожали половицы.

Через мгновение из-за угла выглянул призрак гигантского дога. Жгутик бросился к нам, стал облизывать наши лица и покрывать нас ПРИЗРАЧНОЙ СЛЮНОЙ (которая воняет ещё хуже, чем обычная), а затем проглотил одним махом пачку печенья вместе с коробкой.

Я стёрла слюну с лица и потрепала дога за ушами. Обычно Жгутик от меня отворачивается, потому что боится Ренуара, поэтому я оставила своего фамильяра в башне.

– Если хочешь, у нас есть ещё печенье, – сказала я Жгутику, который радостно гавкнул в ответ. – Но взамен ты должен принести нам дядюшкину косточку. БЕДРЕННАЯ отлично подойдёт.

Жгутик снова залаял, а затем припустил по коридору, а мы с Отисом бросились за ним. Мы как раз сбегали по ступенькам, когда услышали вопли дяди Голени, доносившиеся снизу:

– Дурачина, отдай кость! Живо верни её, псина!

– Ему удалось! – обрадовался Отис, когда мы почти оказались внизу.

Жгутик неподвижно стоял, виляя хвостом, посреди коридора с бедром дяди Голени В ЗУБАХ.

– Давай сюда косточку, ты умница, – сказала я. – С нас угощение.

Отис помахал пачкой печенья, но Жгутик не подошёл. Наоборот, он попятился и дал стрекача.

– Стой, нам нужна эта косточка! – закричали мы.

Мы с братом пустились в погоню, преодолевая лестницы и коридоры, пока не догнали Жгутика в саду. Вид у него был довольный, а морда вся в грязи.

– Полагаю, он ЗАКОПАЛ дядину кость, – вздохнула я.

– И что теперь делать? – спросил Отис.

Я схватила садовую лопату, которая лежала рядом с клумбой стапелий.

– Копать! – был мой ответ.

Глава 7. Драконы и призраки-сыщики

За полчаса мы перекопали половину сада. Среди находок оказались сокровища предка-пирата, гигантская кость, которая, судя по виду, принадлежала крокодилу, и древнее ОРУДИЕ ПЫТОК, с помощью которого расправились с кузеном Виселицей.

К счастью, нам также удалось найти берцовую кость дяди Голени. Очистив её от земли, мы коротким путём направились к самой восточной башне замка, где жила двоюродная бабушка Сибилла.

Только я собралась постучать, как бабушкин голос меня опередил:

– Заходите, заходите, внучата.

Стены её БАШНИ украшало множество амулетов, ловцов снов и странных блестящих безделушек, которые шумели при каждом движении воздуха. Бабушка сидела за маленьким столиком и рассматривала колоду карт Таро. Я, как всегда, не знала, в какие глаза смотреть.

Дело в том, что у двоюродной бабушки Сибиллы их было целых три пары: одна способна видеть настоящее, другая – будущее, а третья – прошлое.

– Бабушка, нам нужна твоя помощь, – объявила я.

– Что вы мне принесли? Ноготь с большого пальца? Волосы из подмышек? Глазное яблоко?

Я положила берцовую кость дяди Голени на столик.

– О-о-о, это любопытно! Найти кость непросто.

– Ну, дядя Голень весь состоит из костей, поэтому выбирать было особо не из чего, – заметил Отис, заглядывая в КОЛОДУ ТАРО.

– Кстати, бабушка, мы очень торопимся, – добавила я. – Нам нужно вернуть кость владельцу.

– Что именно вы хотите знать? – спросила Сибилла.

– Я хочу узнать, не сорвал ли дядя моё обмонстрение, – пояснила я.

Она кивнула, затем взяла в руки кость, которую мы ей вручили. Две пары век закрылись, открытыми оставались только глаза в верхней части лба – те, с помощью которых бабушка читает прошлое.

– ВИЖУ, ВИЖУ… Вижу тебя, Миртилла! – воскликнула она.

Я вцепилась в угол столика и встала на цыпочки, с нетерпением ожидая, что же будет дальше. Я чувствовала, что на этот раз мы не промахнулись!

– Вижу ещё кое-что… ПРОКЛЯТИЕ!

– Проклятие? – удивившись, переспросила я.

– Да, проклятие, наложенное на тебя, чтобы ты не превратилась в монстра, как остальные члены семьи.

Я лишилась дара речи, будто тарантул съел мой язык.

Дядя Голень меня проклял! Но зачем?

– Хотите узнать что-нибудь ещё? – спросила Сибилла, открыв другие пары глаз. – Например, какие бедствия ждут вас в будущем?

– Нет, спасибо, этого достаточно, – ответила я. А затем схватила берцовую кость, и мы с Отисом бросились прочь из башни.

– Я БЫЛА ПРАВА, именно дядя Голень испортил мою церемонию, – сказала я.

– И что ты будешь делать? – спросил брат.

– Найду его и заставлю во всём признаться, – решила я. – А потом потребую снять проклятие, если он не хочет, чтобы я приказала Жгутику закопать его кости в саду. В разных местах, – уточнила я.

Нам потребовалось некоторое время, чтобы найти дядю. Наконец мы услышали его пронзительный голос, доносящийся из одной из бань замка. Дядя Голень любит петь в душе, хотя эффект получается