Но пока не могу понять, где именно.

— Глеб, моя вина. Я привел его в команду. Привлек к разработке схемы. Мы только наладили работу с поставками, а тут такая херня.

— Не ошибаются только мертвые. Можешь выдохнуть, пока потери минимальные.

— Блядь, мы же деньгами его не обидели. Отвалили столько, что до конца жизни хватит. Какого хера он так поступил?

Всему виной алчность. Сучонок жаден до безумия. Он хочет бабла, очень много бабла. Кроме презренного металла его ничего не интересует, он даже сестру свою единственную бросил. На такое способен только конченый мудак. Что с девчонкой делать будешь? А что делают с бабами? Трахать. Гандон Богданов захлебнется в крови, а его сестра в моей сперме.

Пожалел бы ее, ребенок она еще. Повзрослеет. По кругу не пустил, Змею не отдал. Пусть спасибо скажет, что только я ее трахаю.

Посмотреть можно на твою игрушку? — на лице Багира появляется ухмылка. Понравилась? Мне для друга ничего не жалко, можешь хоть сейчас ее выебать, — Багир отводит глаза и опустошает свой стакан. — А может вдвоем ее выдерем? — говорю, а сам с трудом сдерживаю порыв, чтобы не врезать ему. Почему во мне такие смешанные чувства к волчонку, не понимаю. Пиздец какой-то. Я не припомню, чтобы мы на пару ебали одну бабу, — усмехается извращенец. Так может пора начать. Глеб, ты сейчас шутишь? Нет. Нагорный, ты псих. Согласен, я давно слетел с катушек. Хотя, — он делает паузу. Я подумаю над твоим предложением.

Гребаный свингер! Любитель групповушек и секс-оргий. Ну уж нет, моего ангела ты не получишь.

В дело ее пущу. Со Стариком надо разобраться. Он молодых и смазливых шлюх любит. В постели его измотает, и добудет для меня информацию. А потом пусть катиться на все четыре стороны. Она мне к тому времени надоест. С правой рукой Шаграева мы и без нее разберемся. Зачем нам этот гемор? Помнишь, у Гёте в "Фаусте": "Мне скучно, бес. Не помню. Я ни так начитан, как вы, Глеб Олегович. Без риска и азарта нет жизни. Жизнь без куража мне неинтересна. Задор тебя погубит, — мрачно заявляет друг. Похрену, мне некого и нечего терять. А как же Полина и Марьяша? О них ты подумал? Не напоминай. Они давно живут своей жизнью. Для них я убийца, монстр. Нас связывает лишь общая фамилия.

Делаю глоток виски и смотрю на заснеженный лес. Надо съездить на охоту. Уединиться на время с самим собой. Забыть ненадолго белобрысую девчонку.

— Глеб, война вот — вот начнется. Мы должны нанести удар первыми, — Багир вырывает меня из воспоминаний об ангелочке, спящем в моей спальне.

Война уже давно началась. Я развязал ее, когда отправил сына Шаграева к праотцам. Чтобы не проиграть первую битву, надо найти Богданова раньше, чем он выйдет на него, — со вздохом откидываюсь на спинку дивана. Ты думаешь, что он не побоится сунуться к Шаграеву? Он за бугром, найти его будет сложно. Богданов ищет покупателя. Кто больше заплатит, тот и получит схему. Но я выпотрошу его за долго до того, как деньги прожгут дыру в его кармане. Пока Шаграев прячется за границей, Богданов пойдет к Старику, мы должны его опередить. Враг еще не так силен, почему ты медлишь? Надо грохнуть всех, кто ему присягнул в верности.

— Ошибаешься, он силен, как никогда. Отрицать это глупо. До меня дошли слухи, что Шаграев желает примкнуть к мексиканцам. Вот тогда начнется ад.

Пожимаю руку другу и оставляю его одного. После разговора с Багиром в голове полнейший бардак. Мне надо собраться с мыслями. В этот раз нужно идти до победного конца. Решаю сходить в спортзал. Но сначала поговорить с Тохой. Вправить ему мозги.

— Блядь, какого хуя ты бухаешь?

Асхат сидит в своей комнате. На полу пустые бутылки и окурки. Пьет он без закуски.

В чем дело? Глеб, отпусти меня. Я хочу уйти, — начинает он без прелюдий.

Сука, кажется, его мозг превратился в плавленый сырок.

Асхат, куда ты собрался? К кому ты пойдешь? Чем ты будешь заниматься? Работать таксистом или слесарем в автосервисе? Твоего призвание — убивать. Ты уже в жизни столько натворил, что тебе из системы не выйти. Прекращай бабское нытье! Завязывай! — рявкаю на него. Хреново мне, босс. Твою же мать. Лиану вспомнил? Если не возьмешь себя в руки, то я куплю тебе билет, поедешь на встречу с ней. Давно пора выпустить своих демонов на свободу. Восемь лет прошло.

— Отпусти девочку.

Блядь! Я с вами свихнусь, честное слово. Вы что все сговорились? Кругом одни защитники это зеленоглазой ведьмы. Без году неделя в моем доме, а уже все охмурила. Сучка! Ресницами своими невинными хлопает. Губки свои пухлые от злости надувает. Бесит! Душу в себе порыв вернуться домой и придушить эту заразу.

Ты уже определись, кого из вас отпустить? Погубишь ты ее. Сломаешь. Девочка она еще. Невинная. Ты проверял что ли ее невинность? — рычу на него.

Хватаю за ворот рубашки. Как же вы меня все заебали.

— Не трогай ее, — мямлит себе под нос.

Я не узнаю его голос. Безумный убийца превратился в плюшевого мишку?

— Рот закрой! Ты меня доведешь. Обоих грохну. Порублю на мелкие кусочки. На ремни и лоскуты вас порежу. Закопаю в одной могиле.

Стерва! Ведьма! Мелкая дрянь! Сучка!

В голову приходит идея. Надо проверить, так ли невинна Ульяна, как кажется на первый взгляд, а за одну и преданность Тохаева испытать на прочность.

— С Ульяны глаз не спускай. С сегодняшнего дня ты ее телохранитель. Вечером я уеду на охоту.

Каждый день будешь присылать отчет, что делала, что ела, о чем с тобой говорила.

— Понял, — отзывается Тоха.

Вот и хорошо.

Я тебя подчиню, девочка. Ты с моего хрена не слезешь, малышка. Я твой хозяин! Буду трахать жестко и отвязно, до потери тобой сознания. Ты охрипнешь от стонов и криков. Ты никогда не забудешь меня.

Глава 11

Ульяна

Что случилось за ночь с матрасом? Кто набил его гречихой? Почему он такой жесткий? Не могу нащупать рукой подушку, одеяла тоже нет. Переворачиваюсь на спину, потягиваюсь. Открываю глаза. Красивый зеркальный потолок. В нем отражается мое обнаженное тело. Что? Аа! Я голая.

Подскакиваю с кровати, как ошпаренная. Оглядываюсь по сторонам. Это не моя комната. Не сомневаюсь, что это спальня его величества. Потираю виски от головной боли. Я не знаю, что произошло прошлой ночью. Последнее, что я помню, Глеб укладывает мою голову себе