Мне машут рукой и говорят: «Давай, новичок». Не успеваю я опомниться, как оказываюсь на свободной полосе и рискую выставить себя полным дураком перед кучей незнакомцев.

— Ты выглядишь чертовски напуганным, — замечает мужчина постарше, чей хмурый взгляд заставляет меня смутиться.

Я лишь пожимаю плечами.

— В основном растерян.

— Я Баш. — Он протягивает руку, и я крепко пожимаю её в ответ.

— Рис.

— Значит, ты новенький в городе?

Я морщусь. Табита практически бросила меня в котел с кипятком в маленьком городке, и мы всё ещё ничего не знаем друг о друге. О нашей ситуации. О том, что мы говорим людям.

И я, конечно, не настолько глуп, чтобы думать, что она хочет, чтобы я рассказал, почему я на самом деле здесь. Я снова пожимаю плечами.

— Вроде того.

— Ты друг Табби? — спрашивает Уэст, снова переключая внимание на нас с Башем. — Потому что любой друг Табби — мой друг. — Он очаровательно улыбается мне, демонстрируя белоснежные зубы. Он явно душа компании в этой компании. И хотя я испытываю иррациональную зависть из-за того, что он знаком с Табитой, я подозреваю, что он из тех парней, которых невозможно невзлюбить. Даже если бы я захотел, он бы мне не позволил.

— Что-то вроде того, — отвечаю я, пожимая ему руку и натянуто улыбаясь.

— Отлично, — Уэст хлопает меня по плечу и указывает на другого мужчину. — Это Форд. Мой хороший друг, а также самый сексуальный миллиардер в мире, по версии Forbes.

Форд закатывает глаза и устало вздыхает. Уэст ухмыляется ещё шире. Как маленький ребёнок, которому нравится дразнить родителей.

— Приятно познакомиться, — говорю я, протягивая руку Форду. Он лощёный. Одет он неброско, но от него так и веет деньгами. Не знаю, шутка ли это про миллиардера, но я предпочитаю не спрашивать.

— Я тоже. Хоть мы и закончили играть в боулинг. — Он кривит губы и оглядывается по сторонам.

— Эй, эй. Не стоит недооценивать очарование Аллеи Розовой Долины.

— Под очарованием он подразумевает липкие полы, — бормочет Баш, не отрываясь от своего бокала.

— Почему они...

Уэст взмахивает рукой.

— Нет. Нельзя так порочить это место. Это символ. Реликвия. Достопримечательность. — Он торжествующе поднимает палец. — Объект культурного наследия!

— Объект культурного наследия? — Форд выглядит потрясённым.

— Когда, чёрт возьми, ты успел стать таким эрудитом, Уэст? — Баш смотрит на него, склонив голову набок.

— Я много читаю, Баш. Это полезно для расширения словарного запаса. Может быть, профессия пожарного и не требует знания большого количества слов.

— А дрессировка лошадей — да?

Их непринуждённое подшучивание одновременно забавляет и кажется незнакомым. Я ловлю себя на том, что наблюдаю за ними, переводя взгляд с одного мужчины на другого и чувствуя себя совершенно не в своей тарелке.

Форд усмехается, качает головой и делает глоток пива.

— А ты, Рис? Чем ты любишь заниматься в свободное время?

— А почему стероиды? — шутит Уэст, прежде чем прикрыть рот ладонью. — Чёрт, прости. Язык быстрее мозга.

Форд стонет.

Бэш проводит рукой по лицу.

— Чёрт возьми.

И я смеюсь. Я ничего не могу с собой поделать. Этот смех непривычен для моего горла. Я провожу слишком много времени в одиночестве, и прошлая неделя была невероятно грустной. Но я всё равно смеюсь. Это было слишком добродушно, чтобы меня обидеть.

— Никаких стероидов. Просто скучная диета, отличная генетика и слишком много часов в спортзале.

— Справедливо. Да. — Уэст поджимает губы и оценивающе смотрит на меня. — Теперь, когда я присмотрелся, ты определённо мог бы быть крупнее.

Все смеются. Они смеются ещё громче, когда я впервые пытаюсь сыграть в боулинг.

Я молчу и оцениваю ситуацию. Но по мере того, как мы играем в боулинг, я чувствую себя комфортно в компании этих троих мужчин. Пару часов я не думаю ни об Эрике, ни о Майло.

Хотел бы я сказать, что не думаю о Табите.

Но это было бы ложью. Потому что, как и в нашу первую встречу, я не могу выбросить эту женщину из головы.

Не могу уже два года.

Глава 9

ТАБИТА

Во вторник вечером было много посетителей. Большая компания заполонила кухню в и без того напряжённый вечер. Это придало мне сил. Это чувство, когда разум и тело настолько сосредоточены на текущей задаче, что все остальные мысли отходят на второй план. Осознание того, что я нужна, помогает мне сохранять рассудок. Но количество гостей сократилось до нескольких столиков, и мои мысли блуждают, пока я стою в проходе открытой кухни и смотрю на свою гордость и радость.

Бистро «Бигхорн».

Кафе по утрам. Шикарная общая кухня с блюдами, приготовленными по принципу «от фермы к столу» по вечерам.

Начала работать на кухне в шестнадцать лет и с тех пор не оглядывалась назад. Продвигалась по карьерной лестнице, пока училась в кулинарной школе. А потом на собственные деньги купила обветшалое старое здание. Тщательно откладывала каждую копейку и потратила большую часть сбережений на ремонт этого места.

Теперь сводчатый потолок поддерживают толстые деревянные балки, каждая из которых украшена мерцающими огоньками. Сверху также свисают растения с листьями — их сложно поливать, но они придают помещению ощущение улицы. А когда солнце проникает сквозь световые люки наверху, вся столовая озаряется мягким зелёным светом. Высокие стеклянные окна выходят на главную улицу Роуз-Хилл, расположенную всего в паре кварталов от озера.

И всего в пяти минутах ходьбы от того места, где я оставила Риса. Бросила его прямо в глубокую воду и даже не спросила, умеет ли он плавать.

Если бы я могла говорить вслух, я бы сказала, что надеюсь, что он не сможет. Какая-то горькая, мелочная часть меня хочет отпугнуть его и заставить бежать без оглядки. Но потом я увидела, как он вдохнул запах волос Майло, когда поднял его сегодня днём. И выражение