то есть, спасибо за дрова. Да не надо их перекладывать, вывали из тачки и пусть лежат!

– Тут на кого только не охотятся, – кисло ответил Любомир. – Спасибо, что калитку открыла, через забор лезть не пришлось. Пойду я. Устал, с ног валюсь.

– Нет, подожди, – Зоя схватила его за рукав и нахмурилась. – Ты мне в прошлый раз так и не ответил. Что вообще происходит? Почему ты на меня рычишь все время?

– Как ты с людьми, так и они с тобой, – пожал плечами Любомир. – В Академию всегда те, кто заявки подавал, за день до Распределения приезжают. Познакомиться заранее, рассказать о том, куда ехать придется, как живем. Неофициальные посиделки, но так принято. Все твои сокурсницы пришли, а ты нет. Нас тогда еще предупредили, что ты всех, кто магией не владеет, и за людей-то не считаешь. Вы, маги, высшая каста, а мы так. Пыль.

– Я?! – изумленно пискнула Зоя. – Кто тебе такое сказал?

– Девица какая-то. Не помню, как ее зовут, – скривился Любомир. – Да и какая разница? Я тебя нарочно спровоцировать пытался, думал, извинюсь потом, объясню что к чему, а ты что сделала?

– Молнией долбанула, – виновато ответила Зоя. – Но я не хотела, оно само!

– Ну да, конечно. Само по себе. Швырнуть заклинание в того, кто не может от него защититься – это нормально? Ожерелье, символ мага, зачем нацепила? Чтоб кланялись каждый раз при встрече? Или чтоб лишний раз заговорить боялись? В парадном платье ходишь зачем – разницу подчеркнуть, между собой и простыми людьми? Считай, добилась своего, скоро все село от тебя шарахаться будет. Стража вон уже.

– Да ты… Ты что такое говоришь! – возмутилась Зоя. – Просто эта серая тряпка, она страшная. И я в ней тоже. Что было приличного – то и надела!

На глаза сами собой начали наворачиваться слезы. Да что ж за мир такой странный! Что ни делай – все не так.

– То есть, как это? Вот это вот все – просто для красоты? – удивленно спросил Любомир. – Ты это серьезно сейчас говоришь?

– Ну да, – пожала плечами Зоя. – Что ж мне, чучелом ходить? А на посиделках не была, потому что болела. С лестницы упала, не до посиделок мне было, да и лекарь бы не разрешил. А молнией – это я с перепугу, правда. Извини.

– Да я не обиделся. Сам дурак, не надо было сплетни слушать, – вздохнул стражник. – Я думал, ты меня вот этим всем на место ставить пытаешься. Ну, чтоб понимал, кто ты и кто я. Для красоты, надо же! Но ожерелье лучше все-таки сними, а то мужики тебе слово сказать боятся. Я ж им сдуру рассказал про молнию.

– Вот кстати! – оживилась Зоя. – Можешь мне объяснить, почему они ничего не едят кроме хлеба?

Любомир отвел глаза и забормотал:

– Ну, понимаешь… Место глухое, дикое, все по заветам и традициям, а ты им вот так сразу… Да что там такое? Кто там орет? Ночь на дворе, а они шляются.

За забором послышался топот, замелькал оранжевый свет факелов и кто-то громко провозгласил:

– Пришли, господин инспектор. Вот в этот дом вам. Стучите, значит, в калитку, пока госпожа магичка не откроет. А мы пошли.

Глава 17

Зоя и моргнуть не успела, а Любомир уже растворился в пространстве. В калитку деликатно постучали.

– Открыто! – крикнула Зоя и взмахом руки отправила ко входу несколько светящихся шаров, чтобы ночному гостю не пришлось пробираться наощупь.

– Доброй ночи, – негромко поприветствовал ее вошедший во двор молодой человек. Лучше всего к нему подходило определение «никакой». Светлые, мышиного оттенка волосы, средний рост, смазанные черты лица, добротная, но без изысков, одежда, пухлый кожаный саквояж. Встретишь такого на улице, и тут же забудешь, как он выглядел.

– Как удачно, что вы не спите, – продолжал подошедший гость. – Не хотелось вас тревожить в такую рань, но возникли некоторые проблемы со служебным ковром-самолетом. Моль побила, поэтому пришлось лететь рейсовым. Позвольте представиться, меня зовут…

– Виктор! – радостно воскликнул Любомир, появляясь откуда-то из-за поленницы. – Я надеялся, что они пришлют тебя!

– Неожиданно, – краешком губ улыбнулся посетитель. – Прошу прощения, если я вам помешал.

– Нисколько, – кисло возразила Зоя. – Проходите, я сейчас растоплю печь. Вы голодны?

– Благодарю, я позавтракал в Бобровичах. Не хотелось доставлять вам лишних хлопот. Вот от чая, пожалуй, не откажусь.

Проводив Виктора заранее подготовленную комнату, Зоя спустилась на кухню. Любомир уже развел огонь в печи, набрал в чайник воды и сидел, внимательно разглядывая висящие на стене ложки и поварешки. Зоя захлопотала, доставая хлеб, мед, масло и варенье, сбегала в кладовую за новым мешочком ароматных сушеных листочков малины и смородины. Бублик, свернувшийся в бублик на своей лежанке, провожал ее взглядом блестящих черных глаз.

В конце концов фантазия у Зои иссякла. Больше поставить на стол было просто нечего, так что ей пришлось присесть рядом с Любомиром. В кухне повисла неловкая тишина недоговоренности, которую через несколько минут, к большому облегчению обоих, разорвали шаги на лестнице.

– Вам, наверное, будут не слишком интересны наши разговоры, – с улыбкой сказал Зое Виктор. – Мы, конечно, мужчины, но с чайником как-нибудь управимся.

Зоя поняла, что ее выставляют из собственной кухни, хотела было обидеться, но тут внезапно вмешался Любомир.

– Пусть слушает. Она тут и недели не живет, так что это безопасно. А лишние глаза и уши нам не помешают.

– Ну, раз ты так считаешь, – с сомнением ответил ему Виктор. – Тогда рассказывай.

Чай пришлось заваривать три раза, причем занимался этим Любомир. Зоя, слушавшая его рассказ открыв рот, совершенно забыла о своих обязанностях гостеприимной хозяйки.

Перевал, ведущий в Шахтерское Княжество, как выяснилось, был не просто заброшенной дорогой, но еще и источником постоянной головной боли для полицейского ведомства. По множеству стежек, дорожек и тропинок неутомимые контрабандисты переправляли в Королевство высушенный и перемолотый в порошок взрыв-корень. Растение это, издавна почитавшееся зловредным, в сухую погоду имело свойство взрываться от малейшей искры или физического воздействия. Когда-то оно росло повсеместно, вытравить его было сложнее, чем хрен, но сейчас на территории Королевства взрыв-корень практически не встречался. Не то, чтобы кто-то впечатлился королевским указом, предписывающим его уничтожение. На королевские указы крестьянам было традиционно наплевать, а вот потери домашнего скота, решившего пощипать аппетитные зеленые метелки, задевали их до глубины души.

В Шахтерском же Княжестве взрыв-корень выращивали и культивировали, так как порошок из него был необходимостью при горнорудных работах. Хранение и распространение его вроде бы как подлежало учету и контролю, но золото справлялось с этими мелкими