каршерингом. Собственно, в Петербурге так и было. Когда в голове не было других мыслей, его немного раздражала безлошадная жизнь, и даже красота города не спасала ситуации. Но стоило пробыть месяц в Москве, пешие прогулки просочились в кровь и остались там вариантом нормы. Не брался объяснить, в чем именно дело, да и не пытался.

Ефим вообще удивительно легко привык к столице. Когда через неделю приятных встреч с Леной стало понятно, что это надолго, он снял небольшую квартиру-студию на Краснопрудной и переехал туда. Решил, что даже бывать здесь время от времени будет удобнее, чем жить в гостинице. Тем более в квартире он мог спокойно орудовать на кухне и радовать свою блондинку кулинарными изысками. Судя по всему, любовница готовила только яичницу и кофе, а он частенько баловался стряпней.

Сегодня, правда, она ждала его в ресторане. Всю неделю вечерами Лена чувствовала себя замученнее некуда, но в пятницу согласилась выйти в люди. Ефиму было все равно, где оставаться рядом, но хотелось немного встряхнуть ее. Его план по отвлечению любовницы от будничной суеты с похода в милое местечко только начинался. Завтра их ждала особая экскурсия по Москве и вечерний театр, а послезавтра — катание на фуникулере и ночь на шестьдесят девятом этаже в Москва-сити. Подозревал, Лена, как местная, пренебрегала этими простыми развлечениями, и надеялся ее удивить.

Она сидела за столиком в дальнем углу у окна и потягивала латте. Ефим невольно улыбнулся. Несмотря на деловой костюм, его сногсшибательная блондинка сейчас походила на обдумывающую новую шалость принцессу. Лена выглядела занятой и хитрой одновременно. А еще немного уставшей. Мужчина тихонько обругал шефа любовницы, она жаловалась на разногласия и придирки, и поспешил обнять ее. Больше всего на свете хотел окунуться в розовый аромат и нежное тепло. А еще спрятать ее от мира в своих объятиях.

— Дай угадаю, ты был на деловой встрече, — выдала Лена, рассматривая его костюм. — Выглядишь так, что хочется поиграть в босса и секретаршу.

Ефим поймал ее взгляд и подмигнул. Непременно поиграют и в это, сразу, как перестанут накидываться друг на друга при первой же возможности.

— Да. Заключал странный договор.

— А подробнее? — Лена отпила кофе. — Если можно, конечно.

— Без имен, думаю, вполне, — он протянул руку и погладил ее по щеке. Нырнул пальцами в шевелюру и слегка помассировал шею и затылок. Любовница прикрыла глаза.

— Не отвлекай, — пробормотала она и отодвинулась, убегая от руки. — Рассказывай.

Ефим облизнулся и покачал головой. Добродушно усмехнулся. Видел в ее настойчивости хороший знак. Раньше Лена не расспрашивала подробностей о работе, а сейчас, возможно, стала рассматривать кавалера как человека для длительных отношений.

— Я обычно антикризом занимаюсь. Анализирую финансовую отчетность, логистику, производственные цепочки, каналы сбыта, атмосферу в компании и стиль управления, а потом выдаю вердикт. Что, где и как изменить. И мне кажется, у меня неплохо получается.

— Это я помню, — Лена накрыла его руку своей, и Ефим прервался на миг. Ее прикосновение напрочь уносило разум.

— А еще у меня есть хобби. Изучаю поведенческие реакции. Давно и тщательно. Иногда консультирую людей, как найти подход к партнеру или как испортить жизнь конкуренту. Этот договор связан с хобби.

— Честно? Я не очень верю в подобные штуки, — Лена пожала плечами. — Мне кажется, для того чтобы тобой можно было манипулировать, нужна предрасположенность. Особый склад характера. С другой стороны, я руку готова дать на отсечение, что ты все делаешь идеально. А в какую обертку это заворачивать — дело твое.

Ефим не стал спорить. В конце концов, его куда больше справедливости интересовали ее новости.

— Расскажи, что у тебя происходило? Сдали Новосибирский проект?

— Сдали, — Лена залпом допила кофе. — Погоди… Хотела еще кое-что спросить.

— И что же?

— Ты говорил, что собираешься в Питер во вторник. Ты планируешь, — она помолчала, будто раздумывая, продолжать или нет, — вернуться?

Ефиму захотелось рассмеяться. Он не то, что планировал вернуться, он не знал, сможет ли уехать. Начиная с их внезапной встречи месяц назад, они с Леной почти не расставались. Ночи, проведенные раздельно, можно было пересчитать по пальцам одной руки, и его устраивало такое положение дел. Чувствовал себя одуревшим студентом.

— Конечно. К выходным. Не знаю, как буду там без тебя, — высвободил свою кисть из-под ее и сам накрыл ее руку. — Хочешь, поехали со мной? Посмотришь, как живу. У нас в доме, правда, раздрай, сосед перекраивает два верхних этажа нашей парадной, но жить можно.

— Зачем?

— Понятия не имею. Не общаюсь с ним. Он еще маму замучил с продажей этой квартиры, но предлагал такой мизер, что стоило прокатить его чисто из принципа. Так что я там почти как крот во вражеской банде. Что скажешь?

— Если отпустят на работе, то я с радостью. Хотя, признаться, устала от вокзалов.

— Значит, ждем, что скажут на твоей работе. Давай делать заказ.

— Давай, — Лена посмотрела на него, и Ефим приподнялся на месте, чтобы чмокнуть ее в нос. Идея взять свою блондинку в Петербург казалась идеальной.

* * *

— Сегодня ты не спешишь? — отец проводил взглядом официанта, который принес второй чайник взамен выпитого, и посмотрел на Лену.

Она налила себе чаю и покачала головой. Отец выглядел так, будто задумал какую-то шалость, и это, в общем-то, должно было насторожить. Жадно втянула носом лимонный аромат сенчи и мысленно махнула рукой: вряд ли родитель помирился с ней, чтобы устроить испытание. С ее дня рождения они встречались в его кабинете каждый четверг. Разве что на этой неделе перенесли ужин на среду, завтра отец уезжал в командировку.

Сегодня господин Александров или устал, или собирался принять важное решение. Как обычно, в таких случаях, он много говорил о делах, и Лена слушала, задавала вопросы и даже пыталась советовать. Знала, что подобная беседа помогает отцу взвесить «за» и «против». Второй чайник напрашивался сам собой, но, кажется, все равно насторожил мужчину.

— А куда делся твой клин? — отец ехидно улыбнулся, и морщины под глазами стали четче некуда. Похоже, решил, что о делах поговорили достаточно.

— Какой клин? — она решительно не понимала, о чем он спрашивает.

— Который клин клином. Лена… — тоном учительницы, заметившей набедокурившую отличницу, упрекнул он. — Вокруг ресторана полно камер. Тебя встречал кавалер, мне об этом доложили после первого раза. Подозреваю, ты завела себе мужчину для поддержания самооценки. Все-таки развод — дело сложно. А раз не спешишь, значит, сегодня тебя не ждут.

— Ефим уехал в Питер, — Лена усмехнулась. Отец всегда следил за ее личной жизнью, но обычно не лез с разговорами. — Собирались