проверь систему безопасности. Мало ли что. И нужно выяснить личность утопленника, которого обнаружили в купальне императрицы… Что-то гложут меня сомнения… Я, конечно, всех служащих в лицо знать не могу, но вот те, кто обслуживает мои покои и покои моей супруги, мне знакомы. И утопленника среди них не было!

— Сделаю, — серьезно кивнул Леандр. Впрочем, по-другому он и не умел.

— И не затягивай, — посоветовал ему папенька. — Через три дня прибывает делегация черизцев. Как мне шепнули, собираются посмотреть на Розамунду. И в перспективе — предложить ей в мужья их княжича…

— Имперская принцесса — да за какого-то там княжича?!! — неожиданно для всех возмутилась маменька.

— Душа моя, — устало обратился к ней папенька, — во-первых, княжич наследный. Во-вторых, в Черизии разрешена некромантия. А в-третьих… Розамунде уже двадцать! Ты в ее возрасте уже два года была замужем за мной и уже подарила империи наследника. — Папенька запнулся. Как-то жалобно посмотрел на маменьку. И неожиданно выдал: — Ну, где мы еще найдем нашей дочери жениха?! Не отдавать же ее за кого-то из наших аристократов? Начнется грызня за место у трона!.. Опять-таки, некромантия… Да и про ее детские глупости уже пора забывать. А то виданное ли дело: вместо камеристки завела себе нежить!..

Я была просто в ступоре от новостей. Но все же на детские глупости обиделась. И мстительно выпалила:

— Ну и что, что нежить?! Зато они безусловно мне верны! Не продадут меня, проиграв кому-нибудь в кости!.. — и запнулась, вспомнив вчерашнюю сцену. Мда-а-а… Хоть бы про это никто не узнал!

— Поговори у меня!.. — буркнул в бороду любящий папенька. — Я и до твоих скелетов доберусь!.. А то обнаглели!.. Императора не пропускать!..

Ах вот в чем дело! Папенька обиделся, что мои камердинеры держали его на пороге, как простого смертного! Так бы сразу и сказал!..

Мне одно было непонятно: доложили папеньке или нет про безобразия на хозяйственном дворе? Больше было похоже на то, что не доложили. И что мне делать? Самой рассказать? Или лучше промолчать? Как говорится, не буди лихо…

Пока я раздумывала над мучающей меня дилеммой, пропустила диалог папеньки и Вильяма. Опомнилась, когда родитель хлопнул ладонью по столу:

— Значит, на том и порешим! Вильям разбирается с менталистами, Леандр — с заклинаниями безопасности, а наши женщины пока делают вид, что ничего не случилось и как не в чем ни бывало готовятся к приему и балу…

Опять бал?!.. Мне вчерашнего хватило! И почему настоящее дело, так братьям, а как Рози — так очередной бал!

Мне очень хотелось возмутиться подобным произволом. В конце концов, балы меня никогда не интересовали. Но я только и успела, что открыть рот. В этот момент кто-то уверенно постучал в дверь. Папенька недовольно поджал губы, но дезактивировал артефакт, не позволяющий услышать за стенами кабинета, про что говорится внутри, и недовольно отозвался:

— Да!..

Дверь тотчас приоткрылась, и мы все увидели голову лорда Гриана, личного секретаря императора. С круглыми от удивления глазами:

— Ваше Величество, разыскивают принцессу Розамунду. Ее Высочество не вышла на работу!..

Я мысленно застонала, глядя на шокированные лица родни. Проклятый блондин!..

— Куда не вышла?.. — потрясенно переспросила маменька у всех сразу. И уставилась на меня. — Рози, ты что еще такое придумала! — возмутилась она в следующий миг.

Я!?.. Я здесь ни при чем! Это все тер Эйтель!

— Ничего! — буркнула раздраженно, прикидывая, как бы половчее и побыстрее покинуть папенькин кабинет. — Это все ваш «милый мальчик» тер Эйтель! Придумал, что если поручился за меня, то я должна неотлучно находиться при нем. То есть, работать вместе с ним!..

Последнюю фразу я буквально выпалила, мстительно надеясь на то, что папенька и маменька возмутятся произволу, и император наложит на мою работу запрет. Тем более что мне нужно было столько сделать!.. Мне нужно было переворошить имеющиеся в наличие книги по некромантии, где-то в них я видела хитроумную ловушку на воров. Пригодится. Нужно навесить на все комнаты в жилом крыле сигнализацию… В общем, дел невпроворот. Тут не до блондина и не до балов…

К моему ужасному разочарованию, когда родители опомнились от шока, то переглянулись и, поглаживая бороду, папенька выдал:

— В общем-то, тер Эйтель прав. Он за тебя несет личную ответственность, Розамунда. Так что ты действительно должна находиться при нем. — Каюсь, от изумления у меня непроизвольно отвисла челюсть. Папеньку это почему-то разозлило: — Ну? Чего ты на меня уставилась, дочь? Пора взрослеть и привыкать к ответственности! — рявкнул он. — Поднялась и отправилась к тер Эйтелю!

И я поднялась. И отправилась. В мечтах оттаптывая папеньке все ноги и захлопывая дверь в кабинет с такой силой, что с потолка на стол посыпались кусочки лепнины. Надо ли говорить, что к блондину я летела будто фурия? И чувство бешенства лишь усилилось, когда я увидела тер Эйтеля с беззаботной улыбкой на губах, щурящегося на пробивающиеся сквозь витраж лучи солнца. В руках блондин держал куцый букет роз. Словно его не садовники составили, а наглый блондин сам нащипал цветов на клумбах дворцового парка!

Вид у тер Эйтеля был настолько дурацкий, что на него все косились. Дамы сплетничали с нездоровым блеском в глазах, прикрывая лица веерами. Кавалеры глядели свысока. И внезапно мое бешенство приняло новое направление: вместо того, чтобы злиться на тер Эйтеля, я взъярилась на праздношатающихся придворных. Да так, что с кончиков пальцев начал срываться тлен…

Тер Эйтель первым сообразил, что происходит. Хотя вряд ли понял причины. Улыбка словно стекла с его лица. И блондин метнулся ко мне, отбрасывая цветы и шипя сквозь зубы:

— Рррррозамунда!..

Пара капель тлена все равно попала на несчастный букет. Но не это было поразительным. Мне не впервой портить некромантией вещи. Сногсшибательным оказалось то, что несчастные розы подобрала какая-то не слишком умная леди с рыжими локонами и дурацкой улыбкой на губах. Я не видела ее раньше при дворе, видимо, леди была новенькой. От того и не знала некоторых неписаных законов двора. Ну и пострадала…

Я видела карем глаза, как рыжеволосая леди поднесла оброненный блондином букет к лицу, глубоко вдохнула и… Когда она опустила букет, он уже весь почернел. А по погибшим лепесткам роз ползали жирные черви. Рыжая пару мгновений тупо смотрела на это безобразие. Но потом до нее дошло.

Как она визжала! Даже я испугалась. Вопль рыжей девятым валом загасил во мне бешенство. Взлетел под высоченный потолок дворцового холла, заметался там раненной птицей. Я схватилась за уши, хоть немного прикрывая их ладонями от пронзительного звука, причинявшего боль.