class="p1">Щупальца, сковывавшие Арвена, ослабли. Этого было достаточно.

Он рванулся, как освобожденная пружина. Его тени-крылья сомкнулись над

оставшимися культистами, неся не холод, а сокрушительное, молчаливое

давление самой гравитации. Раздался хруст, несколько коротких хрипов — и

тишина.

Когда тени рассеялись, на полу лежали лишь бездыханные тела в черных мантиях и

разбитые костяные кинжалы. Черный дым рассеялся, не оставив и следа. Пламя в

очаге снова занялось, светящиеся мхи медленно зажглись. В воздухе висел лишь

запах озона и слабый, сладковато-горький шлейф испаренной тьмы.

Арвен, тяжело дыша, стоял среди разгрома. Его когти и тени медленно втянулись.

Он повернулся к Лире. Она стояла все так же, прикрывая гнездо, ее лицо было

белым как мел, но руки не дрожали. В гнезде, совершенно обессиленный, лежал

Искорка. Его свет был тусклым, как после тяжелой болезни. Он издал слабый,

жалобный писк.

Арвен подошел к ним, его шаги были тяжелыми. Он посмотрел на Лиру, потом на

Искорку. В его глазах бушевала буря — ярость, облегчение, гордость и

леденящий ужас от того, как близко к краю они подошли.

— Он... — начал Арвен, голос его сорвался.

— Он защищал нас, — тихо закончила Лира, и в ее голосе тоже звучала гордость,

смешанная со страхом. Она опустилась на колени рядом с гнездом, осторожно

касаясь дрожащего бока малыша. — Он использовал то, чему мы его учили. Но...

ценой.

Арвен кивнул, сжимая кулаки. Первая серьезная атака была отбита. Но они

показали свою силу. И свою уязвимость. Культисты теперь знали, что феникс

здесь. И что он уже способен на большее, чем просто светиться. Охота только

начиналась. И следующая атака будет серьезнее.

Он посмотрел на черную дыру в полу, на мертвые тела. Его башня, его

неприступная крепость, была нарушена. Война пришла к нему в дом. И теперь

ему предстояло не просто защищаться. Ему предстояло научиться защищать

других. Двух самых драгоценных существ во всех мирах. Ценой, которую он

только начинал осознавать, могло стать все, включая его вечное одиночество,

которое уже не казалось таким невыносимым, как раньше. Потому что теперь у

него было что терять.

Глава 21

Тишина после боя была гулкой, натянутой, как струна. Арвен уже запечатал пролом

в полу грубой, но эффективной магией срочного ремонта, превратив его в

гладкий, темный нарост камня. Тела культистов растворились в тенях по его

приказу — никаких следов, никаких улик для следующих. Но отпечаток атаки

витал в воздухе: запах озона и страха, тревожная вибрация нарушенных защит.

Лира, накормив и успокоив совершенно обессилевшего Искорку, сидела у очага, но

не дремала. Ее ум работал с холодной, непривычной скоростью. Она смотрела на

своих питомцев. Царь-василиск, чувствительный к магическим колебаниям, все

еще прятался. Мандрагора была плотно закрыта. Но лунные тушканчики, дрожа,

сидели на жердочках, а огненные ящерки беспокойно бегали по террариуму.

Жизнь. Она была хранительницей жизни. И эта жизнь теперь находилась под

угрозой. Она не могла просто стоять в стороне, прикрывая гнездо. Тактику

нужно было менять.

Арвен, стоя у карты подземелий, мысленно проигрывал сценарии. Они знали о

башне. Знают о фениксе. Следующая атака будет масштабнее, изощреннее. Его

сила была подавляющей, но ограниченной в замкнутом пространстве, когда нужно

защищать хрупких. Ему нужны были глаза, уши, дополнительные возможности. Он

был мечом и щитом, но ему не хватало... гибкости.

Они заговорили одновременно.

— Мои звери...

— Твои существа могут...

Они остановились, встретились взглядами. И в этот миг, без лишних слов, родился

план.

* * *

Следующая атака пришла трое суток спустя. Не снизу, а снаружи. Культисты,

наученные горьким опытом, решили надавить на щит. Они собрались у внешних

стен башни — дюжина фигур в черных мантиях. Они не пели. Они били.

Концентрированными лучами искажающей магии, которые заставляли камень

вибрировать и трещать, пытаясь найти резонансную частоту, чтобы обрушить

барьер.

Арвен стоял в главном зале, его ладони были прижаты к стене. Он чувствовал

каждый удар, каждый сбой в защите. Его лицо было искажено усилием. Он был

основным щитом, но щит мог не выдержать.

— Лира, — произнес он сквозь зубы.

— Я знаю.

И она начала действовать.

Она открыла клетку лунных тушканчиков. Не для того, чтобы выпустить. Она

протянула к ним руки, и ее дар, обычно мягкий и успокаивающий,

сфокусировался, стал острием. Она мысленно послала им образ — вибрация,

чуждая, опасная, снаружи. Тушканчики, чуткие сейсмографы магических

колебаний, встрепенулись. Они не поняли бы слов, но поняли инстинкт,

переданный через ее дар. Восприняли ее тревогу как свою.

Арвен, частью сознания следя за ними, почувствовал через их крошечные, острые

умы точечные удары по барьеру. Не общую атаку, а конкретные места

напряжения. Он смог перенаправить свою силу, укрепить именно эти точки,

вместо того чтобы распыляться.

Тем временем культисты изменили тактику. Трое из них выдвинулись вперед, держа

в руках странные сосуды, из которых пополз не черный дым, а прозрачные,

студенистые тени-слизни, способные просачиваться сквозь малейшие трещины в

магической защите.

— Арвен! Просачивание! — крикнула Лира, увидев это через окно-бойницу, которое

Арвен на мгновение сделал для нее прозрачным.

Он рванулся к месту предполагаемого проникновения, но понял, что не успеет

перекрыть все точки сразу. И тогда Лира бросилась к террариуму огненных

ящерок.

— Жарко, — прошептала она, опуская руки в террариум. Не приказа, а просьбы.

Ящерки, обычно такие мирные, почувствовали через нее исходящую от слизней

леденящую, мертвую угрозу своему теплу. Они вспыхнули. Не большим пламенем,

а десятками крошечных, сконцентрированных огненных шариков. Лира, рискуя

обжечься, выхватила из террариума плоский камень с нанесенным руническим

кругом (заготовка Арвена для быстрых чар) и бросила его к месту, где одна из

студенистых теней уже просачивалась внутрь.

— Арвен, сейчас!

Дракон, не раздумывая, послал в рунический круг короткий импульс активации.

Камень вспыхнул, и огненные шарики ящерок, словно ведомые невидимой рукой,

врезались в студенистую тень. Раздалось шипение, как от воды на раскаленной

сковороде. Тень сжалась, обуглилась и рассыпалась. Остальные точки

просачивания были нейтрализованы уже Арвеном, получившим драгоценные

секунды.

Но культисты не сдавались. Их лидер, высокий и тощий, вытащил черный кристалл и

направил его прямо на окно-бойницу. Из кристалла вырвался тонкий, почти

невидимый луч, который не атаковал барьер, а искал. Искал слабое, светящееся

пятно внутри — сигнатуру феникса.

Луч нашел. И устремился внутрь, к гнезду.

Арвен, отбиваясь от атак на барьер, увидел это. Он был слишком далеко. Он не

мог перекрыть этот луч, не ослабив общую защиту.

— ЛИРА!

Но Лира была уже на месте. Она не бросилась под луч. Она бросилась к гнезду и

схватила… Мандрагору