— Что именно тебе не нравится, малышка? — я тянусь через стол и беру её за руку. — Само мероприятие или то, что ты идёшь туда со мной как с парнем?

Мэдди смотрит на меня, как на идиота, но вопрос, между прочим, вполне уместный. Я-то на подобных балах бывал не раз, а для неё это первый раз, и она просто не знает, чего ждать. Это чувство неопределённости, плюс весь стресс последних недель — и вот она на грани.

Так с ней с тех пор, как она вернулась. Она не особо вдавалась в детали, но того, что рассказала тогда в больнице, мне хватило, чтобы возненавидеть её отца и, если честно, всю её семейку. Что за отец отказывает дочери в помощи, когда может её оказать? Особенно если она всего добилась своим трудом, а он без колебаний сделал то же самое для её братьев. Мэдди не говорила мне это напрямую, но Эрни описал их разговор достаточно ярко, чтобы мне захотелось сесть в самолёт и самолично разобраться с этим ублюдком. За то, как он с ней говорил, я бы мог его прибить. Но я сдержался — исключительно из уважения к ней.

— Поверь, дело не в тебе, — тихо сказала она. — Если бы ты не согласился пойти со мной, я бы вообще туда не пошла.

— Тогда в чём проблема?

Она тяжело вздохнула: — Я ненавижу подобные мероприятия. Всё это показное, чрезмерное… когда на самом деле мне бы хотелось просто побыть дома с тобой и Тайем.

— Как бы приятно это ни звучало, я всё же хочу показать всем, какая у меня потрясающая девушка. И подумай: сколько удовольствия мы получим, сидя где-нибудь в уголке и обсуждая всех этих напыщенных типов, — усмехнулся я.

Я бывал на таких приёмах сотни раз, и если уж там что-то и заслуживает внимания, так это публика. Особенно когда собираются все местные богачи, наливают бесплатный алкоголь и дают им шанс покрасоваться. В прошлом году на аукционе за подписанную форму игрока «Вегас Вайперс» кто-то выложил полмиллиона долларов, хотя вся команда не стоит и половины этой суммы. Старые богатые мужчины, что с них взять — любят швыряться деньгами. Но, по крайней мере, больнице от этого польза.

— Нам обязательно идти? — Мэдди надула губы.

— Да, — рассмеялся я. — Это же не пытка. Большинство девушек мечтали бы о такой ночи — наряд, ужин из четырёх блюд, открытый бар… К тому же, разве ты не обязана там быть по работе?

— Да, — буркнула она, накручивая на палец золотой локон. Её плечи опустились, и она уставилась куда-то на оживлённую улицу. — Просто… я переживаю, что встречу Бауэра. С тех пор, как я вернулась, мы не пересекались, а он наверняка снова начнёт давить насчёт Лос-Анджелеса.

Мэдди уже тысячу раз прокручивала этот вопрос с программой в ЛА — туда ехать или нет — и до сих пор не пришла к решению. Узнав, что место ей досталось благодаря отцу, она будто утратила к этому всему вкус. Но и бросить мечту, к которой шла столько лет, ей тяжело. Эта программа — её цель, и она буквально у неё в руках… если бы не её грёбаный отец, который всё испортил.

Конечно, я бы предпочёл, чтобы она осталась здесь. Но я не стану ей препятствием. Она заслуживает того, чтобы исполнить мечту, какой бы она ни была. Даже если это значит Лос-Анджелес — значит, так тому и быть. Я уже свыкся с мыслью, что, если понадобится, будем жить на два города. Поддержу её в любом случае. В отличие от её отца, которого я бы с удовольствием придушил. И если мы когда-нибудь встретимся — Боже, храни этого человека.

— Не переживай, Мэдди, я разберусь с Бауэром. Он не станет тебя доставать.

Она смотрит с недоверием, но не спорит, просто ищет новый повод отказаться:

— У меня даже нет подходящего платья. Что я вообще надену?

— Об этом можешь не думать, — отвечаю я, доставая визитку. — Моя подруга владеет этим бутиком. Загляни туда сегодня, она обо всём позаботится. Скажи, что всё на мой счёт.

— Ты не будешь покупать мне платье, Роман, — цокает она языком.

— Расслабься, — усмехаюсь, отпивая воды. — Я найду, как ты мне отплатишь.

Она прищуривается — намёк ей не понравился так, как я рассчитывал.

— Просто доверься мне, ладно? Хочу сделать для тебя что-то приятное. Уверен, ты найдёшь там то, что тебе по душе.

— Если уж ты так хочешь, — она улыбается лукаво. — Может, пойдёшь со мной? Выберем платье, которое понравится тебе.

Она облокачивается на стол, и от открывшегося вида у меня всерьёз появляется соблазн отменить все дела на сегодня. Мы вместе-то недолго, а она уже умеет нажимать на все мои кнопки.

— С удовольствием бы пошёл, но мне сегодня на работу. Хотя… можешь прислать пару фото из примерочной, — подмигиваю я.

— Господи, ты невозможен, — смеётся она, закатывая глаза. — Кстати, тебе ведь к часу надо быть на работе?

— Чёрт, — рычу я, глядя на часы. — Точно. Но ради тебя я могу всё перенести.

— Не нужно, я в порядке, — она улыбается, мягко сжимая мою руку. — Увидимся за ужином?

— Я буду считать минуты, — вырывается у меня, и я едва сдерживаюсь, чтобы не застонать от собственной слащавости. Что вообще со мной происходит?

Мэдди усмехается, глядя на меня: — Знаешь, для такого сурового мафиози ты чертовски милый романтик.

— Вот она, эта дерзость, которую я так люблю.

— Только попробуй повторить это при моих людях — и я покажу тебе, насколько страшным может быть настоящий мафиози.

— Я тебя не боюсь, — она упрямо поджимает губы, вызывающе, почти умоляя, чтобы я её поцеловал.

Я с радостью поддаюсь, целую её жадно, но отстраняюсь ровно в тот момент, когда чувствую, что она начинает растворяться в поцелуе.

— А вот зря, — шепчу я.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — быстро касаюсь губами её лба, пока совсем не потерял голову. Мне сегодня нужно работать, а если она продолжит смотреть на меня так, я не уйду вообще. — Даже если ты неисправимая провокаторша.

Она смеётся и машет мне рукой с невинным видом. Я даже не оборачиваюсь — и так едва сдерживаюсь, чтобы не вернуться. Чем быстрее я со всем этим закончу, тем скорее смогу вернуться домой и… насладиться ею как следует.

Доктор Тейлор держала меня «на сухом пайке» со дня ранения, утверждая, что секс — это «слишком активное занятие» и я могу разойтись по швам. Сегодня